Чтение онлайн

Я вошёл в свой старый мир, проснувшись, как и ожидал, в своей постели. В пахнущей сыростью комнате таверны, на фоне окружающей меня ночной темноты квадрат открытого окна светился волею чистого звёздного неба. Одежда была аккуратно сложена – я сделал это машинально перед тем, как провалиться в сон.

Теперь, когда я стал единым в этом и том мире, меня не удивляли некоторые провалы в последовательности событий. Я даже нашёл с помощью Аум описание моей говорящей книги, могучего артефакта доступного лишь под патчем забвения.

Удивлению не было предела, когда я узнал, что внешний мир с интересом наблюдает за всеми моими преступлениями против жизни людей и нелюдей. В какой момент я стал для толпы чем-то вроде бойцового пса или бегового таракана, я толком и не интересовался, лишь прервав Аум на моменте, когда та вывела диаграмму моих подписчиков и растущие просмотры.

Боги и маги, что создали наш мир, как будто питались болью его жителей. Они даже придумали шоу, в котором насильно погружали одного из преступников к нам, в игру, как они это называли, и, если тот умирал, его убирали навсегда в реальности – высшая кара для бессмертных богов, чей ритм времени и жизни был один к десяти с нашим.

В среднем человек живёт в игре от рождения до смерти тридцать лет, пока рука с мечом не дрогнет и его не заменит кто-либо более молодой. Полуэльф живёт в игре чуть дольше за счёт смешанного метаболизма, но это тоже очень зависит от твёрдости его руки. Эльфы могли бы жить вечно, но войны уравняли все расы.

Тридцать лет проходят в мире богов-игроков и зрителей всего за три года. За три года можно увидеть, как рождается и умирает личность, не оставляя после себя ничего. Умирает насовсем.

Я стиснул под мышкой книгу, от чего фолиант крякнул, наконец-то проснувшись. Кого же я должен ненавидеть больше… Буржуа, что пьют кровь простых людей и нелюдей? Грибов, которые противостоят экспансии на их земли? А может, богов-программистов и потребителей нашей боли, как у них называют – контента? Тех, кто наслаждается происходящей мясорубкой. Всех тех, кто накидал моему двойнику донатов на новую капсулу, мол «на, играй нам на потеху», а парень взял и не выдержал, сломался, растворился в собой же созданном образе, в персонаже, во мне.

Я вспомнил свои чувства за прошедшую неделю: страх потерять работу, страх быть убитым, боль от потери Лизы, свистящую картечь над головой – и мне стало противно от своего мягкосердечия. Пальцы сами побежали по страницам книги, открывая случайную главу.

Вызов Гварда.

Трёхголовый змей настолько толстый, что в мир проходят лишь его три головы оставляя туловище где-то в бездне. Змей застревает в почве и атакует всё что видит. При подчинении устанавливает ментальную связь с магом и атакует уже только то, на что укажет лок.

Каждая голова Гварда имеет здоровье сравнимое с лошадиным. Его кожа крепка, как лёгкая кольчуга, а дыхание способно сжечь незащищённого человека с одного попадания. Регенерирует вплоть до отращивания головы, если не убит. Способен выполнять команды по автономной защите, отсюда и кличка Гвард.

Достойный воин, жалко, что стационарный. И тут меня посетила мысль по оптимизации – недаром я был инженером в двух мирах. Захлопнув книгу, я снова сунул её в карман, и она тотчас засопела. Интересно, это как-то связано, что я становлюсь всё агрессивней и уверенней, а фолиант всё более сонливым?

Сбежав по лестнице на первый этаж, я чуть не столкнулся с барменом – он вообще когда-нибудь отдыхает?

– О, Дон Эффириум, я починил ваш паромобиль, изволите проверить? – скрестив пальцы на вечно полируемом стакане произнёс он.

– Конечно, я сейчас уезжаю, – отметил я само собой разумеющийся факт.

– Не хочу навязываться, но вчера вы сказали, что сегодня вы изволите докинуть серебряных за ремонт, – расплылся в улыбке трактирщик.

– Изволю, но сейчас нет. Приеду, будут... наверное.

Я произнёс в уме заклинание идентификации, а упитанный хозяин таверны более не посмел меня задерживать.

Шагнув на тёмную улицу, я сразу же бросил взгляд на починенное авто – деревянные панели, пострадавшие в перестрелке, были заменены, вмятины на железных частях загрунтованы и покрашены, даже угольный ящик был наполнен.

– Нори, где же ты? – только подумал я вслух, как в моём уме возник ответ: «Кидай пати, я реснулась, где умерла».

Теперь, после долгого разговора с Аум, я понимал, о чем и на каком языке говорила девушка. Это был самовыдуманный специализированный язык геймеров – игроков. Тех, кто спускается в подобные миры, которых, как я узнал, существует несколько, но не один не выделяется такой жестокостью и притягательностью для зрителей, как наш.

Левой рукой оттянув поддувало и дёрнув за рычаг зажигания подкотельной печки, я тут же услышал треск огня, почему-то зная, что бармен и его люди мне приготовили всё так, чтобы топка быстро растопилась – уголь был полит маслом.

– Я у таверны. Сейчас тебя заберу, только паромобиль прогрею, – снова подумал я вслух.

«Как ты можешь чатиться из-под забвения?» – удивилась девушка. – «Короче, не спеши, грей свой мобиль, я щаз подбегу, быстрее будет».

«Что тут такого, что я использовал внешний мир, как связующий», – пожал я плечами, попутно потрогав котёл, он был тёплый.

Я встал, ещё раз обойдя чухающую зачатками пара машину, остановился сзади авто, приподнял дверцу багажника и обомлел. В багажнике лежали три барабанные винтовки с патронами и штук пять бомб наподобие той, что взорвала «Южную Лошадь». Те, кто чинил машину, не могли не заглянуть внутрь, но всё было на месте. Чем руководствовались ремонтники – уважением или страхом – по сути, было не важно, и я прикрыл багажник.

Тем временем котельное фырканье стало частым, а мощи паровой энергии возможно было достаточно, чтобы вращать вал, идущий на передние колёса.

– Ножик, мой ножик! – материализовалась рядом Нори, обнимая стилет, отнятый у Креста.

Я хлопнул по пустому карману, в котором лежал артефакт и улыбнулся проворству девушки.

– Спасибо, эльфячья твоя голова, ты затащил катку!

– Не за что. Где #Яковубивать? – осведомился я.

– Он сказал, что ему скучно, и вступил в армию позавчера, – не отвлекаясь от разглядывания ножа, пояснила Нори.

– Ну что, едем взрывать? – осведомился я.

– Так! – взгляд девушки вдруг стал серьёзным, а она взяла ножик большим и указательными пальцами ладони, словно учительница держит указку. – Давай по пунктам, чтоб ничего не забыть! Бомбы взял?