Чтение онлайн

– Тогда слушайте, мистер О'Харвей...

Русские - сумасшедшие.

Ли давно был в курсе этого факта. Сосед, некогда служивший в Югославии, рассказывал о своих впечатлениях от русских из миротворческого контингента. "Crazy". Так он называл тех парней. Видимо, было за что. Теперь Ли убедился в его стопроцентной правоте.

Ему, выросшему на принципах рационального мира, услышанное в сознание не укаладывалось. Сказки "Тысячи и одной ночи", да и только. Какой-то мировой заговор, какие-то охотники. Ли уже собирался вставить пару скептических замечаний, но вовремя вспомнил свои изыскания и наблюдения. Всё, абсолютно всё, чему он стал свидетелем в последнее время, говорило о том, что этот чёртов русскоий мог быть и прав. Принцип Оккама был на его стороне. А когда речь пошла про зомбирование через игры, Ли встрепенулся - потому что сам также пришел к сходным выводам. И собственное странное поведение, и результаты дизассемблирования программных кодов РЕОЛовских игр, и странная смерть Патрика, и сетевые похождения, и похождения в реале... Одним словом, похоже, русский был прав: к этому следует отнестись предельно серьёзно.

– И, наконец, - тем временем мистер Воронофф подвёл свою лекцию к логическому завершению, - я должен сказать, что сейчас важен каждый день. Каждый час, каждый миг. Каждый лишний расшифрованный килобайт. Вам невероятно повезло, что вы, прикоснувшись к тайнам РЕОЛа глубже многих других, все еще живы. Но представьте себе тысячи подростков по всему миру, отравляемых этими играми. Представьте, как эти подростки, получившие отравленный дар, через десять-двенадцать лет возьмут в свои руки всё. Политику, финансы, армию, культуру, медицину...
– русский смотрел не на собеседников, а куда-то в стену, словно видел за этой стеной то, о чём говорил.
– Чьи указания или прямые приказы они будут исполнять? Во имя чего станут жить? И как станут повелевать жить другим? Нет, разумеется, с идеологической точки зрения всё будет просто идеально. Гораздо идеальнее, чем, к примеру, в вашей стране.

– Моя страна не права, но это моя страна. Не помню, кто сказал, но сказано неплохо, - проговорил Ли. Сейчас, после всего пережитого, особенно остро ощущалась горечь этих слов.

– Хорошо, не будем конкретизировать, - русский включил компьютер.
– Такое безобразие творится везде, где-то больше, где-то меньше. Но это всегда обман. Ширма. Подковёрная возня - по Черчиллю. Думаете, вы не в состоянии что-то сделать? Ошибаетесь, джентльмены. Именно вы и можете, иначе за вами не шла бы охота.

– Вот об этом я не подумал, - хмыкнул Хич. Он с почти мальчишеским любопытством наблюдал за загрузкой системы и прикладных программ на компьютере.
– Эй, приятель, так значит, мы и вправду подобрались к чьему-то мягкому брюху?

– А ты об этом только сейчас догадался, или когда они тебя мочить пришли?
– насмешливо поинтересовался Ли.

– Ну, я же не такой умный, как ты, - широко улыбнулся Хич.

– Брэк, парни, - остановил их русский.
– Что я, зря тут два часа распинался? Вы здесь не для того, чтобы выяснять отношения.

– От нас требуется делать именно то, за что нас чуть не убили?
– Ли подался вперёд. Смертельно хотелось закурить. Или выпить пару литров кофе. Или, на худой конец, нюхнуть какой-нибудь дури. А потом проснуться с дикой головной болью, но в настоящем мире, а не в этом сюре. Забыть про погони, скитания, сумасшедших русских с их совершенно безумными идеями. Выпить таблетку прозака и отправиться на работу. Как прежде...

Но как прежде не будет. Уже не будет. Ни-ког-да.

– Да, - русский подтвердил его подозрения. Будь он проклят.
– Я чувствую ваше желание вернуться к прежней жизни. Я вас понимаю, парни. Но возврата не будет. Я не Морфеус и у меня в кармане нет коробочки с красной и синей таблетками. А те, кому вы, сами того не подозревая, перешли дорогу, приговорили вас к смерти. Пока у них будут шансы реализовать свой план, вы будете ходить под топором. Значит, ваш единственный шанс выжить - работать вместе с нами. Разрушить их план. Тогда вы перестанете их интересовать... Убедительно?

– А потом они замочат нас из мести, - хмыкнул Хич.
– Невесёлая перспективка.

– Не уверен, - неожиданно для самого себя сказал Ли.

– Вы правы, - кивнул русский.
– Этим господам чужды человеческие чувства. В частности, месть. Они действуют только по законам целесообразности. Поэтому... Я уже озвучил единственный достойный для вас выход. Я не лишаю вас выбора. Вы можете хоть сейчас выйти на улицу и помахать нам ручкой. Но для вас это означает перспективу скорой смерти. А для нас - массу неприятностей и потерянное время. Кроме того, нам придется кое-что в ваших мозгах стереть. Мы рисковать не можем.

– А вы ведь тоже рациональны до спинного мозга, мистер, - заметил Ли.

– С кем поведёшься...
– русский пожал плечами.
– Ваш выбор?

– Вы его и без нас знаете, - Ли наконец почувствовал пустоту в желудке: в последний раз ел ещё в аэропорту Сент-Луиса. Да и что это была за еда? Гамбургер и стакан кока-колы.

– Да нет проблем, остаёмся, - поддержал Хич.
– Если, конечно, мы договоримся о цене.

– Интересно, юноша, а не выкатить ли нам счет за ваше спасение? И поторговаться - может вы нам еще и должны останетесь?
– сказал русский, что-то отщёлкав на клавиатуре. Хич счел за благо промолчать.

– Ладно, ладно, не напрягайтесь так. Но и не надо считать нас дойной коровой. Да, вы оба нужны нам - мы этого и не скрываем. Но и мы нужны вам не меньше. Так что, как говорил герой одного нашего старого мультфильма: "Ребята, давайте жить дружно". Ну а условия для жизни, поверьте, у вас будут весьма не плохими - по крайней мере, по тем меркам, на которые вы оба в своем нынешнем статусе могли рассчитывать у себя на родине. А уж для вас, мистер Данхилл, точно намного лучше, чем те, что были. Ну да, как у нас говорят, "соловья баснями не кормят", а вы с дороги. Так что перед тем, как вам покажут ваше новое жилье, можете перекусить.

58. Украина. Дергачи, Харьковская область, офис одной из фирм Братства.

Антон даже не стал заезжать в город, проскочив по Окружной. Хотя, Харьков считался спокойным городом, но иногда и здесь происходили неприятные вещи. Местные Братья сообщали, что в последнее время участились случаи проявления охотников. Пока ни на кого конкретно не напали, но Видящие Братья отмечали связанные с ними возмущения в "потоке событий". Рисковать не стоило. И поэтому, оставив сиявший огнями ночной Харьков по правую руку, Антон направил машину прямиком на Дергачи.

Некогда захолустный райцентр давно уже превратился в "спальный район" Харькова, хоть и сохранил номинальную административную самостоятельность от соседа-мегаполиса. Он и выглядел каким-то сонным: здесь днём, и ночью было непривычно тихо. Оживление появлялось утром и вечером (время "с работы" и "на работу"), да бабушки волокли с базара солидных размеров "кравчучки"... Здание, к которому подъехал Антон, не принадлежало ни СБУ, ни МВД, ни какой-либо другой "конторе". Здесь когда-то располагался "почтовый ящик", расцвет которого пришёлся на советские времена. Затем "ящик" тихо скончался от хронического безденежья. Оборудование разворовали, помещение стояло бесхозным и разрушалось, пока не нашёлся новый хозяин. Сейчас здание занимала большая фирма - связанная с Братством. Род деятельности фирмы остался для Веры загадкой, да она этим не очень-то интересовалась. Её волновало только одно: что с ней здесь будут делать. Честно сказать, ничего хорошего - для себя - она не ждала.

Антон привёл мрачную, хмуро молчавшую Веру в какую-то подвальную комнатку, неожиданно имевшую изнутри вполне жилой вид.

– Располагайся, - сказал он, включив свет.
– Квадратных метров тут не очень много, но переночевать тебе хватит... Холодильник в соседней комнате. Если хочешь перекусить...

– Спасибо, я не голодная, - буркнула Верка, бросив сумку на стул поверх кучки ярких журналов и плюхаясь на старенький, но еще вполне крепкий диванчик.

– Ну, тогда спокойной ночи, - Антон знал, что девушке не от чего радоваться, но её постоянное плохое настроение начинало вызывать беспокойство. Особенно с учётом малоприятных последствий расщепления личности.
– Ничего не бойся. Здесь хорошая система защиты.