Чтение онлайн

— Да...

— И это ещё не всё, Серёженька. Готовься, добивать буду.

— Валяй... — обречённо вздохнул парень.

— Первый входящий в этом году, как и в том, были приняты на территории Казахстана.

— Где? — не веря своим ушам, переспросил Иванов.

— В Казахстане, точнее не скажу. В роуминге. Получается, твой клиент в определённый день включил телефон, поговорил с кем надо и приехал к нам. Даже боюсь спрашивать, зачем.

— Фигасе... Ну хоть что-то хорошее есть?

— В городе он сделал пять звонков из разных мест, потому биллинг толком тебе ничего не даст. Зато есть адрес терминала, где он счёт пополнял шесть дней назад. Я его тебе тоже сброшу вместе с примерным временем проведения оплаты. Сам понимаешь, деньгам ещё дойти к нам нужно. Но там не долго, не переживай. До получаса максимум транзакция занимает. Так вот, это — магазин. Съезди на удачу, может, камеры твоего злодея записали. С терминала по-быстрому посмотреть вряд ли получится — хозяева в столице сидят и пока запрос к ним дойдёт — рак на горе свистнет. Больше, извини, помочь нечем.

— И за это спасибо, — искренне поблагодарил инспектор. — Буду должен.

— Да ничего ты не должен, — неожиданно рассмеялась Светлана Васильевна. — В гости заезжай, чаю попьём. И с тебя история об этом деле, если она не секретная. Я ведь женщина страсть какая любопытная. Расскажешь?

— Конечно. Только потом, когда найдём жулика.

Нажав кнопку отбоя, Иванов подробно пересказал беседу приятелю, присовокупив в конце:

— Предлагаю сейчас в магазин ехать. Там записи с камер долго не хранят. Мудотрясов, — тут он сплюнул. — Вот же привязалась терминология!.. В общем, ими потом займёмся.

Снова пиликнул смартфон, приняв сообщение от Светланы. Просмотрев полученные цифры, Сергей не удивился. Там значились лишь номера Хабалкина и Ирины Павловны (все предоставленные Ягой контакты Иванов тщательно записал и носил с собой. Вот и пригодились). Оставался терминал...

Магазин с «пополняшкой» расположился в одном из жилых кварталов города и относился к торговым точкам «шаговой доступности», а попросту занимал одну из переделанных квартир на первом этаже жилой высотки. Вход по ступенькам с улицы, узкие проходы между стеллажами, кассир на выходе да дремлющий охранник в зале. Ничего необычного. Инспекторам довольно легко удалось убедить администратора показать им записи с камер наблюдения.

И снова неудача... В означенное время дешёвенькая камера зафиксировала, как к терминалу, расположенному у самого входа, подошёл крепкий мужчина в тёмных брюках, толстовке с накинутым на голову капюшоном, и в медицинской маске. Повозившись у «пополняшки» минуты три, он покинул помещение.

Уличная камера тоже толком не помогла. Так как дело происходило около половины одиннадцатого ночи, она лишь показала быстро удаляющийся в неизвестность силуэт. И на этом всё.

Инспекторам хотелось выть от досады. Плюнув на всё, отправились к Серёге домой, успокоиться и посовещаться.

Поздним вечером, традиционно сидя на кухне, подводили итоги. Оба инспектора были откровенно злы на самих себя.

— Дела наши — швах! — задумчиво размешивая в кружке чай, начал Антон. — Куда не ткнись — пусто. И кто бы мог подумать — такие сложности из-за простых прыщей! Идеи есть?

Сергей ответил не сразу.

— Толком нет. Дальше, по уму, надо всех на прослушку ставить и «ноги» к каждому приставлять. Ну и связи отрабатывать. Только как? Постоянно Печатью размахивать — соответствующие органы разозлим, потом отмазываться устанешь. Они таких самозванцев ох как любят. Стандартных даже для полиции оперативно-технических возможностей, кроме самих себя, мы не имеем. Тут хитрее надо... или отказываться, делая вид, что всё хорошо и нас не касается.

— Похоже, придётся, — печально заметил Швец. — Своей мёртвой печёнкой чувствую — муторное это дело, не отцепимся — попьёт оно у нас кровушки. Но обидно то как! — он от избытка чувств ударил ладонью по столу, заставив вздрогнуть мирно спящую на подоконнике Мурку. — Как щеглов зелёных уделали!

Маша, по-свойски введённая в курс дела и до сей поры помалкивавшая, неожиданно подняла руку, словно отличница — первоклассница.

— Мальчики, а можно я скажу?

Ответом ей стали два задумчиво-печальных взгляда инспекторов.

— Вы бы с Фролом Карповичем посоветовались. Он умный, опытный. Может, и подскажет чего.

Антон рассмеялся.

— Машуля, и что мы ему скажем? Застряли в расследовании женских прыщей? Ты сама понимаешь, как это звучит? Да и чем он поможет? Разве что взбучку за нерадивость и глупость устроит. У него это быстро...

Его прервал Иванов с крайне задумчивым лицом.

— Погоди, она дело говорит. Может нам шеф помочь, если захочет.

— Как?

— Помнишь, когда мы за Бездушной гонялись, он упоминал, что есть возможность запрос в Ад отправить, чтобы душу покойной Яги опросили. Она же раньше с этим плясуном дела имела — может, знает чего. Должна знать! Давай попробуем! Ну не побьёт же он нас, в конце концов, если идея ему не понравится! А рассказать о случившемся стоит. Слишком сложно всё для такой мелочи, как испорченная мазюка для рожи. Если хочешь — я говорить стану.

Теперь задумался Швец. Думал долго, обстоятельно, взвешивая все «за» и «против». Ему не слишком хотелось лишний раз светиться перед начальством, но и отступать было стыдно. Наконец он решился.

— Давай. И докладывать вместе станем. Ты в одежде сегодня спать ложись, не дело перед начальством в труселях красоваться. А я за встречу договорюсь. Глядишь, и срастётся.

Так и поступили.

...Фрол Карпович хохотал. Зычно, искренне, захлёбываясь от восторга. Его борода тряслась, напоминая собой тот самый пресловутый электровеник, а из глаз катились слёзы веселья. Ладони хлопали по рабочему столу, выбивая непонятный, но задорный ритм.

— С прыщами, ох-хох-хо, боретесь, говоришь? У баб рожи — ой, не могу, хох-хо-о... перекривило? А вы, значит, лиходея ловите, дабы неповадно было? Хо-хо...

Боярин забавлялся долго. Затем, отсмеявшись, неожиданно резко сказал:

— Правильно сделали, что пришли. Слишком хитро удумано для мелкой пакости, слишком хитро... Да и зубы показать следует. Садитесь, — кивок головой в сторону лавки у стены, — и рассказывайте снова, ничего не упуская.

Инспекторы послушно, снова, в подробностях, пересказали абсолютно все события с того злополучного вечера. Начальник не перебивал, лишь изредка неодобрительно хмурил брови или напротив, удовлетворённо похмыкивал. Когда парни закончили своё повествование, Фрол Карпович, немного подумав, произнёс:

— Одобряю. Верно сделали, что ввязались, а не на поводу у баб пошли. Ещё чего не хватало — злодейства неуважительные прятать! Вижу — старались, а не бока отлёживали. Потому поступим так... Снаружи подождите! — привычно командным голосом бросил он. — Не уходить! После позову.

Ждали парни под дверью около часа. Наконец раздалось:

— Швец! Иванов! Зайдите!

В кабинете им улыбался донельзя довольный начальник.

— Идите! — непонятно заявил он, вальяжно махнув рукой.

Приятели переглянулись. И в этот момент, прямо посреди кабинета, материализовалась дверь. Обычная, офисная, без каких-либо опознавательных знаков в виде цифр или табличек. Антон с Сергеем перевели удивлённые взгляды на начальство, ожидая разъяснений. Никто и не подумал сдвинуться с места. Боярин оценил настороженность сотрудников, улыбнувшись краешком рта.