Чтение онлайн

Прошли немного по направлению к горсовету, и Жека узнал, про какой дом шла речь. Находился он напротив 14-й школы. На первом этаже дома — краеведческий музей со старинными пушками у входа и здоровенным зелёным медным самородком, прикрученным штырями прямо к стене. Соседство со школой, конечно, так себе для тех, кто работает посменно. Придя с ночной смены, человек лишён дневного отдыха визгами и воплями школоты, но для тех, кто работает в день, дом более чем выгодный. И самое главное, одна его сторона смотрела на красную сторону, на главный проспект города. Двор облагорожен, подъезд тоже. Дверь квартиры отделана лакированной вагонкой, сложенной красивым узором. По всему видно, что квартира ухоженная.

Внутри тоже прекрасно. Импортные обои, на полу паркет, хрустальные люстры везде, импортная сантехника, в том числе дефицитный унитаз с компакт-бачком. Мебель уже вывезли, и без неё громадная квартира казалась аэродромом. У входа были гардеробная, прачечная. В коридоре хоть в футбол играй. Настоящая сталинка!

— Ой, как тут просторно, — обрадовалась Ирина. — И уютно.

— Тебе нравится? — улыбнулся Жека.

— Да. Очень. Хоть и великовато для меня, но всё же рано или поздно, надеюсь, будет семья и дети, — рассмеялась Ирина. — Да. Я куплю эту квартиру.

— Ну вот и прекрасно. Сейчас я поговорю об оплате. Постой пока тут.

Жека подошёл к мужику и хотел спросить его, когда заполнять документы и платить, как тот позвал его выйти на площадку побазарить. Жека пожал плечами и вышел.

— Слыш, ты... А ты чё не в своё дело лезешь? — хриплым голосом спросил мужик, и поза у него была нездоровая, с какой-то агрессией. Одна нога впереди, другая позади. Руки наизготовку.

— В смысле не в своё? — недоумённо спросил Жека. — Когда это было?

— Когда у бабки стал спрашивать, за сколько она хату нам сдаёт, — напористо сказал мужик.

— И что такого в этом? — опять недоумённо спросил Жека. — Спросил ради интереса. Я коммерсант. Интересно, какой процент вы поднимете. Мне что? Хоть за сколько покупайте — пофиг. Я на конечную цену согласен, квартира хорошая. Если документы в порядке, справка из ЖЭКа, что отсюда все выписались, свидетельство о приватизации на имя этой бабки, то покупаем, нет проблем.

— Справку из ЖЭКа тебе... — как будто задумчиво сказал мужик, потом резко скоординировался, чуть присел и попытался ударить Жеку прямым хуком. Только попытался, потому что Жека легко ушёл от удара вбок и сразу назад.

— Ты чё, совсем? — удивился Жека. — Чё творишь? Мужик! Не буди лихо!

— Сука... Комерс ты, говоришь, — ухмыльнулся мужик, и попытался ударить ногой. — Раскулачиться не хочешь, гнида?

Жека поймал его за ступню и резко вывернул. Мужик заорал, пытаясь схватиться рукой за поручень подъездной лестницы, но не смог и ударился рожей о ступеньку. Жека пару раз ударил его по челюсти, потом прижал коленом, вытащил финку из кармана и приставил к горлу.

— Чшшш, сучка, не ори, а то испугаешь мою сотрудницу, — тихо сказал Жека и надавил на финку, чутка пустив кровь. — А ну, лежи, падла, а то сейчас язык из шеи вытащу.

Мужик попробовал освободиться, но понял, что это ни к чему не приведёт, и сразу же притих.

— Ты чей? Погоняло как? — так же тихо сказал Жека. — Чё ты на людей кидаешься?

— Я из Москвы... — прохрипел амбал. — Тебя уроют.

— Тсс... Тихо, тихо... Еще раз такой же вопрос! — Жека провёл ножом по щеке мужика, чуть порезав. — Чьих ты? Погоняло твоё, и босса?

— Семён моё погоняло. Из салматовских, с Видного.

— Чё с хатой старухи? Чё не так? Документы в порядке?

— В порядке. Она за 50 штук нам продать хотела. Убазарили.

— И чё? Ты меня на гоп-стоп хотел взять, козёл? Отвечай, сука! — Жека рукояткой финки ударил бандита по голове. — Хочешь, нос отрежу? Нет? А чё? А глаз? Яйца? Тоже нет? Документы где на хату?

— В конторе... У Влада... Не убивай...

Жека взял амбала за шкварник и с силой ударил о лестницу, вырубив напрочь. Потом осторожно открыл дверь квартиры и заглянул внутрь. Повезло. Ирина стояла в зале у окна и увлечённо смотрела на школоту, что-то затеявшую на крыльце школы. Жека поднял лежащего в отрубе амбала за воротник пуховика, затащил в ванную, приподнял одежду и пару раз ударил финкой в сердце, потом снова закрыл рану курткой и свитером, начавшим напитываться кровью. Туда же, под них, сунул валявшееся ножное полотенце. Тело дёрнулось и обмякло. Идеально, конечно, было бы перерезать горло, но тогда с трупа набежало бы много крови, которую потом хрен отмоешь. А Иринке ещё жить тут...

Жека помыл финку, руки, выключил свет в ванной и подошёл к Ирине. Вот они и остались вдвоём впервые за долгое время...

В школе напротив началась большая перемена. Из дверей вывалилась толпа хохочущих и визжащих детей и подростков, затеявших веселую возню. Всё как и всегда. Только на них уже не было октябрятских значков и пионерских галстуков. Пионерия была тихо свернута. Молодежь лишили коммунистической идеологии, а взамен ничего не дали.

Ира с улыбкой наблюдала за детьми, по-видимому, вспоминая себя. Вспомнил и Жека. Для него эта школа была родная. Учился здесь до 6-го класса, до тех пор, пока родителям не дали квартиру на речке. Там уже пошел в новую школу. Но об этой были самые теплые воспоминания.

— Как тут хорошо, — улыбнулась Ирина, взглянув на Жеку. — Сразу жизнь чувствуется, воспоминания приятные. Мне нравится тут.

— Да... — согласился Жека. — Вспомнить есть что. И хорошее, и плохое.

Тут между ними как будто пробежала искра, мощный заряд, долгое время копившийся и наконец-то достигший некоего высшего значения. Сколько ходили вместе, переглядывались, перешучивались... Жека взглянул на Ирину, увидел в её глазах бешеную страсть неутолённой взрослой женщины, привлёк её к себе. Одновременно обняв друг друга, стали целоваться бешено и исступлённо, как будто в последний раз жили на свете. Ирина скинула пальто прямо на пол, Жека туда же запульнул свою кожанку. Следом полетели белая блузка и лифчик. Жека целовал крупные упругие груди Ирины, выпуклые розовые соски, белоснежную шею, свежие губы, лицо. Она казалась как будто созданной из сахара, сладкого, но в то же время жгучего. Запретного и в то же время желанного.

Одна незадача — завалиться негде. Но всё же вышли из положения — подоконник. Здоровенный метровый подоконник квартиры-сталинки. Наверняка их видели бешено занимающимися любовью прямо в окне — случайно замеченный секс есть в памяти у каждого человека. Но им самим было без разницы, заметили их или нет. Жгучая страсть и жажда неутоленного желания охватила обоих. И, как это часто бывает, закончилась она так же быстро, как и пришла.

Одевались молча, испытывая неловкость, стесняясь смотреть друг на друга, и, когда уже почти оделись, Ирина смущённо рассмеялась.

— Это что такое было?

— Это было соблазнение босса, — в ответ заржал Жека, притянув женщину к себе.

— Или соблазнение подчинённой, — улыбнулась Ирина.

Вот знал же, что на работе мутить шашни — последнее дело. Не должно быть никаких амуров между боссом и подчинённой, в ответственности которой практически всё. Только строго деловые отношения. Дурак. Поддался чувствам, не устоял перед соблазном овладеть женщиной, о которой мечтал чуть не два года.

— А где мужчина, который нас привёл? — спросила Ира, надевая пальто.