Чтение онлайн

35.

Погруженный в беспамятство Гизо дернулся и застонал, отвлекая Нортиса от воспоминаний.

Издав еще один стон, Игольщик приоткрыл глаза и повел по сторонам мутным плавающим взглядом.

«Приходит в себя» - заключил калека и подвел платформу чуть ближе, чтобы жертва смогла его разглядеть в полумраке канализационного коллектора.

Выждав пару минут, Нортис наклонился вперед и закатил Игольщику сильную затрещину – левой рукой. Вскрикнув, Гизо мотнул головой и на этот раз, открыл глаза уже осмысленно, сфокусировав их на калеке.

– Привет – Нортис холодно поприветствовал мужчину.

– А? Ч-что? Где я?! – Гизо дернулся в путах и завертел головой по сторонам. Его лицо исказила отчетливая гримаса страха и недоумения.

– Ты сейчас хорошо видишь? Зрение восстановилось в полном объеме? – спросил Нортис, не обращая внимания на слова Игольщика.

– Что?! Ты кто?! Кто ты, мать твою?! – в голосе связанного мужчины прорезались нотки ярости – Ты знаешь, кто я такой? А?! Знаешь, что с тобой сделают?!

– Ты не ответил на мой вопрос – безразлично произнес Нортис, делая короткое движение рукой. Широкое лезвие тесака вонзилось в обнаженное бедро мужчины и остановилось, дойдя до кости. Дико закричав, Гизо задергался в веревках, в тщетной попытке освободиться.

– Повторяю вопрос. Твое зрение восстановилось? Ты хорошо видишь?

– Ты что творишь? – брызгая слюной, завопил Игольщик, перемежая слова всхлипами и не сводя расширенных глаз с глубокой раны на ноге – Ублюдок! Ты мне ногу пропорол! Тварь! О-о-о… моя гребанная нога… моя нога! Я истекаю кровью!

Заметив, что калека снова поднимает тяжелый тесак, Гизо заторопился с ответом:

– Погоди! Нет, нет! Не вижу! Темно здесь! Темно!

– Это не важно – качнул головой Нортис – Главное, чтобы твои глаза нормально функционировали. Взгляни сюда – активировав браском, калека вывел на экран увеличенное изображение татуировки и поднес компьютер к лицу Гизо – Что ты видишь?

– Тату. Обычное долбаное тату на чьей-то гребаной руке – поспешно забормотал Игольщик.

– И эту татуировку сделал именно ты – добавил парень, не убирая браском от глаз Гизо – Кому ты ее сделал? Имя?

– Да с чего ты взял, что тату набивал именно я? – дернулся Гизо – Ее кто угодно мог сделать! Слушай, парень, наложи жгут! Я же сдохну от кровопотери! Посмотри, как кровища хлыщет!

– Эту тату набивал ты – повторил калека, заметивший перечеркнувший лицо Гизо нервный тик, стоило тому взглянуть на тату – Я это знаю.

– Послушай, ты, похоже, не понимаешь, в какое дерьмо вляпался. Меня будут искать. Если хочешь жить – развяжи гребанные веревки и верни мне браском. Обещаю, что забуду этот инцидент и мы останемся друзьями. А? Что скажешь?

Вместо ответа Нортис взмахнул Потрошителем, и на теле Игольщика появилась еще одна рана, на этот раз на другой ноге и гораздо выше, в опасной близости от паха. Подождав, пока Гизо прекратит вопить и дергаться, калека поднес мерцающий экран к его лицу и прошипел:

– Имя! Или я нарублю тебя на мелкие куски и скормлю крысам! Поверь мне – это не лучшая смерть!

– Что, что ты хочешь?! – прорыдал Игольщик, с ужасом смотрящий на свои раны, из которых толчками выплескивалась кровь. Драгоценная кровь лилась на грязный пол, заливала мусор и крысиные черепа.

– Имя того, кому ты набил татуировку – повторил Нортис, с не меньшим беспокойством смотря на обильный поток крови – в его планы не входило потерять информатора из-за кровопотери. Если Игольщик сейчас не заговорит, то придется соорудить жгут.

– Может договоримся? У меня куча бабок! – проскулила жертва – Я даже могу обеспечить тебе перевод в одиннадцатый сектор! Нет! Даже в десятый! Там не жизнь, а сказка! Чисто и тепло, много воды и еды! Почти нет радиации!

– Может и договоримся – кивнул Нортис – Сразу, как только назовешь имя. И поверь – не стоит мне врать.

Игольщик попытался заглянуть в лицо Нортиса, но успеха не добился – оно было скрыто тяжелой пластиковой маской химзащиты. Хотя на мгновение ему показалось, что у захватившего его незнакомца вместо глаз черные дыры. И Гизо Игольщик сломался. Всхлипнув, он подавлено кивнул и едва слышно прошептал:

– Все, все, хватит. Я понял. Покажи фотку еще раз.

Внимательно изучив изображение, Гизо кивнул:

– Моя работа. Но набивал я ее очень давно, когда жил в седьмом секторе. Он тогда еще совсем пацан был. Лет пятнадцать-шестнадцать, не больше.

– Имя – глухо повторил калека, до хруста сжимая рукоять тесака – Имя!

– Бассери Сальвати – едва выдавил Гизо – Сын… сын главы Службы Внутренней Безопасности Виттори Сальвати… Иисусе… мне конец…

– Сын главы безопасности Виттори Сальвати – медленно, будто смакуя каждый слог, произнес Нортис – Ты уверен? Ты делал много таких татуировок.

– Место приметное больное – тяжело дыша, пробормотал Игольщик – Криминальные татуировки в приметных местах не лепят. Кто под мышкой набивает, кто на спине под лопаткой – в таких местах, где одеждой скрыть можно. А Басс всегда отмороженный был, весь в папашу. На все плевать, ничего не боялся. Вот и забашлял мне, чтобы я на тыльной стороне ладони тату набил – на девок в колледже впечатление произвести хотел видать. Да и работу свою я всегда помню.

– Понятно. Что ты знаешь о его друзьях? Близких друзьях. У каждого есть кликуха – Рыжий, Линдро, Гикс. Слышал когда-нибудь?

– Нет. Бассери у меня в мастерской всего раз был – когда татушку набивал. Приходил один. Сразу рассчитался и умотал. Послушай, отпусти меня, а? – проскулил Гизо, чувствуя, что его ценность как информатора приблизилась к нулю - Просто отрежь веревки и уходи. А уж выползу как-нибудь. И разузнаю для тебя о друзьях его – у меня есть связи! Крутые связи! Уже завтра скину тебе полную инфу по Бассу и его друзьям! А? Что скажешь? Договорились?

Гизо не успел заметить метнувшееся к его груди лезвие Потрошителя и захрипел, когда тесак пробил ребра и рассек сердце. Второго удара не потребовалось – Игольщик умер.

– Не договорились – мертвым голосом ответил Нортис трупу, выдергивая тесак.

Теперь он знал имя. Имя одного из тех, что уничтожили семью Вертинских и превратили его самого в жалкого калеку.

«Бассери Сальвати…» - мысленно произнес калека, искривляя губы в жуткой усмешке – «Скоро мы встретимся, и поверь – наша встреча тебе не понравится. Очень сильно не понравится».

Вскоре гусеничная платформа уже катилась по коридору, направляясь к ЖилМоду Рамиреса. Нортису требовалось некоторое время, чтобы прийти в себя и не наделать глупостей.