Чтение онлайн

— Как-то не похожа ты на мою маму.

— О, нет-нет! Ты, малыш, теперь убегаешь от реальности. Я совсем не ангел, и у меня нет ни времени, ни желания разжевывать тебе то, как жизнь устроена на самом деле.

— Мама не должна себя так вести.

— Игра остается игрой. Ты так увлекся своей песочницей и игрой в Саджи, что перестал отделять себя настоящего от своего игрового персонажа. И не указывай мне, как воспитывать детей. Твои сестры были теми еще оторвами, но они выросли! Заметь, в нормальных здоровых женщин. Ты Анжи Ганет! И ты мой сын, хочешь того или нет. Если я говорю, что твой путь в этом мире окончен, значит, так оно есть.

Чем больше я слушал Персею Де’Бран, тем четче понимал, что именно так должен вести себя родитель, искренне заботящийся о благе своего ребенка. Да, характер у моей мамы не подарок, но так и должно быть. Этакий дракон в юбке.

— Что будет дальше?

Мама покрутила цветок над ладонью, не прикасаясь к нему.

— Новая жизнь, новое тело, но ты останешься Анжи Ганетом. Наш великий лидер Акаши после пяти лет исследований судьбы этого мира назвал его несовершенным совершенством, о котором мы забыли. Мигель потерял счет возможным вариантам будущего, в котором нет старых добрых хранителей, но есть другие силы, охраняющие мир от саморазрушения.

— Ты была третьей. Что думаешь ты об этом мире?

Европа улыбнулась и подняла руки, заставляя все цветы в поле разом подняться в небо.

— Я думаю, это лучшее место для взросления, мое дорогое дитя. Мир, который мы все заслуживаем. Мир, о котором мы все забыли.

Часть 7/7

На личную почту Акаши пришло письмо от неизвестного отправителя. Оно было коротким, без всякого шифра и двойного смысла. Простой и понятный текст, предназначенный для одного получателя.

«Тебе никто не поможет. Я тебя сам найду. Однажды мы встретимся с тобой лично, и я наконец набью тебе морду за все, что ты сделал для человечества».

Прочитав текст несколько раз, Акаши сразу понял отправителя и личность, помогшую ему узнать этот адрес почты. Переслав сообщение Мигелю, получил от него мгновенный ответ.

«Этот парень, походу, никогда не успокоится! Впрочем, признаю талант Европы. Это лучший из возможных выходов для всех нас».

Акаши улыбался. Впервые за время обсуждения дальнейшей истории этого парня он сам смог увидеть светлый исход событий.

В тот же день ник Саджи пропал из всех трех миров, словно он покинул пределы этой игровой вселенной.

Хризалида. Книга третья. Безграничный.

2510 год

Галактика Ваальбар. Планетная система WWT-77862. Планета Рената. Окрестности города Тагуса. Реабилитационный центр «Флэр».

Из-за погодных аномалий у города Бремен возникли неполадки в работе электронного оборудования. Это и стало причиной аварии на орбитальном лифте, соединяющем город с космической станцией Месса. Из строя вышла система искусственной гравитации, удерживающая поезда на рельсах, проложенных вдоль внешней обшивки лифта. Семнадцать секунд неполадок стали причиной самой ужасной катастрофы в истории Бремена.

Меньше чем через минуту с момента аварии на всех улицах Бремена прозвучал сигнал аварийной тревоги. Примерно в это же время на город обрушился дождь из вагонов, локомотивов и фрагментов обшивки подъёмника. Под стальным градом рушились дома, погребая под собой местных жителей и случайных прохожих. По улицам прошел дождь из битого стекла, убивая и калеча тех, кто пытался спастись бегством.

Смерть витала в воздухе и не спешила покидать это место. Никто не видел и не слышал ее, но в этот день все горожане ощутили, что она где-то рядом. Смиренно ждет, когда ее услуги потребуются тем, кто пережил саму катастрофу. К ней присоединились закадычные друзья, Хаос и Паника, которые всегда следуют за своей подругой. Сегодня с этой троицей познакомятся почти все местные жители.

В первые часы после аварии из Тагусы, ближайшего к Бремену города, были отправлены почти все аэрокары спасателей и медицинской помощи. Коммунальные службы разблокировали резервные транспортные линии, системы канализации и водоснабжения. Если с последствиями катастрофы не справиться в короткое время, может вспыхнуть эпидемия, вызванная большим количеством трупов и благоприятной средой для размножения бактерий.

В течение недели все больницы соседних городов принимали людей, которым не могли оказать медицинскую помощь по месту жительства. Если пациент был транспортабелен, его отправляли в соседний город или клиники в пригороде. Таким образом власти города снижали нагрузки на больницы у эпицентра катастрофы. Работы по разбору завалов продолжаются и по сей день. Еще есть шансы найти выживших под обломками зданий.

Реабилитационный центр Флэр работал с семидесятипроцентной перегрузкой из-за наплыва пациентов. Персонал вызывали из отпусков, непрерывно принимая новых пострадавших. Морг переполнен, труба крематория чадит не переставая, операционные работают круглосуточно, а врачи не спят сутками. Пациентов слишком много. В коридорах некогда белые полы стали красными от кровавых разводов.

Из-за наплыва тяжелораненых начали использовать палаты отделения коматозников. В 407-ой комнате был только один пациент, но уже к вечеру первого дня у него появилось одиннадцать стонущих соседей.

Окрестности города Тагуса. Реабилитационный центр «Флэр»

Гея Никсон была одним из немногих пассажиров, которым удалось выжить после падения вагона. Длинные чёрные волосы, худощавое непривлекательное телосложение и черты лица обычного пятнадцатилетнего подростка. До аварии красавицей ее называла лишь мама, да и то по большим праздникам. На ней была больничная роба, поставлены две капельницы, тело завернуто в такое количество бинтов, что девушка походила на мумию. Из-за травмы в основании черепа у девочки парализовало всё тело. Кусок твердого пластика от внутренней отделки салона вагона перебил нервы, отвечающие за ноги и правую часть тела, оставив в рабочем состоянии только левую руку.

Она была в сознании с первых дней катастрофы и видела, как через её палату проходят десятки тяжелораненых пациентов. Десятки мелких ран и переломов, вкупе с параличом тела, не оставляли ей другого выбора, кроме как наблюдать за тем, что происходит вокруг. Выжившие после самой катастрофы вскоре погибали от полученных травм. Тех, кого удавалось вытащить из разрушенных домов и покореженных вагонов, везли в ближайшую больницу, где не хватало места для их приема. Спасенные люди умирали в ожидании или после перенесенных операций. Все это происходило на глазах подростка, находящегося в шоковом состоянии. Серая, молчаливая обыденность из череды смертей в компании людей, которые были одной ногой уже в могиле.

К концу второй недели в палате остались только Гея и мальчик, лежащий на соседней койке. Чуть старше самой Геи, короткие черные волосы, идеально чистая кожа и приятные черты лица. Он был подключен к аппарату искусственного жизнеобеспечения и за прошедшее время ни разу не пришел в сознание. Мальчик был единственным пациентом, на ком Гея не видела ни гипса, ни бинтов. Врачи лишь мельком его осматривали, уделяя больше времени девушке, которая замкнулась в себе.

По тому, как врачи уклонялись от вопросов о судьбе родителей, Гея поняла, что они погибли при падении поезда. Ей не хотелось плакать или говорить об этом. Надежду на их спасение она потеряла еще в первый день, когда увидела, как из ее палаты уносили тела соседей по вагону. Молодожены, сидящие спереди, бородатый старик, стюардесса — их тела выносили вперед ногами, пока в палате не осталась всего пара пациентов.