Чтение онлайн

— После того, как я объяснился тебе в любви, что мне остаётся? Куда ты, туда и я. Но предупреждаю, мы с тобой затеваем авантюру, которая может нам дорого стоить!

С каждым шагом всё суровей

Камни яростных дорог.

Я иду по следу крови

Тех, кто раньше изнемог.

Валерий Брюсов

Плотная пелена облаков заполняла обзорный экран. Вторую неделю «Русанов» висел на орбите, и всё это время погода на экваториальном континенте не радовала. Пасмурно, ветрено, снег вперемешку с дождём. Неприветливо Вашингтон встречал незваных гостей. Или здесь всегда так? Тогда оставалось посочувствовать колонистам.

Последний этап подготовки к высадке завершился. Елене хотелось поскорее вниз — хоть какие-нибудь активные действия! Напряжение в экипаже ощущалось буквально кожей. Хуже всего, она не могла сообщить подчинённым о цели экспедиции. И они ни о чём не спрашивали, не высказывали своего мнения, старались вести себя так, будто это самая заурядная экспедиция. Однако не получалось. Ленарт при встречах старательно отводил взгляд, Благоев целыми днями сидел на машинной палубе, хоть дел там у него никаких не было, у Рыжика в глазах — изумление с примесью испуга, Петра поглядывала настороженно, недоверчиво. Спокойнее всего к происходящему относился Бардаш, не спешил давать оценку. Его присутствие рядом всегда вселяло уверенность, это Пристинская поняла ещё на Дзёдо. И решила, что именно Бардаш будет высаживать и подбирать её во время вылазок на Вашингтон. С этим никто в экипаже не спорил, Евгений — опытный косморазведчик. Да что там опытный — прирождённый косморазведчик!

В тренировочном лагере Елене не пришлось объясняться с экипажем, этот труд взял на себя Воронин. Он предложил скрыть то обстоятельство, что на Вашингтон они летят самовольно. Мол, особая секретная миссия. И к командиру люди тогда будут относиться с уважением, и осторожность соблюдать, и помалкивать, вернувшись на Землю. Но врать товарищам по команде было противно. Мерзко использовать в тёмную людей, которых уважаешь, с которыми делишь опасности и невзгоды.

Теперь они висели на орбите, пытаясь выудить как можно больше информации из перехваченных теле- и радиотрансляций, сделанных зондами видеозаписей. Вряд ли их засекли, у колонистов нет ни космических кораблей, ни автоматических спутников. Следят ли они вообще за околопланетным пространством? Во всяком случае, связаться с пришельцами никто не пытался. Наблюдения показывали, что за последние тридцать лет колония продвинулась довольно значительно — назад, по пути регресса. Столица, приютившаяся на берегу незамерзающего моря, оставалась единственным поселением, как-то претендующим на статус города. Серого, пропитанного гарью и копотью города двадцатого века. Километров на двести на восток и запад вдоль побережья и на пятьдесят вглубь суши раскинулись освоенные территории, покрытые распаханными полями, посёлками и дорогами. А дальше, до самых ледников, шла пограничная полоса, почти незаселённая и малоизученная. Куда судьба забросила Брунхартов, неизвестно, как их искать, тем более. Оставалось надеяться, что в колонии ведётся хоть какой-то учёт населения. В любом случае поиски необходимо было начинать со столицы, невзрачного городка с претенциозным названием Вашингтон-Сити.

Шлюпка опустилась на опушке леса.

— Приехали! — констатировал Бардаш. — Посмотрим, какая ты, планета Вашингтон. До рассвета полчаса, нужно поторапливаться.

Собственно, планеты видно не было. Фары они выключили, едва начали снижаться, так что мир вокруг тонул в кромешной тьме. Только ветер завывает, да скрипят ветви деревьев.

— Угу. Ты хоть свет-то включи, — попросила Елена. — А то что ж мне, на ощупь переодеваться?

— Пардон!

Десантный отсек шлюпки заполнило тусклое аварийное освещение. Елена поднялась с кресла, быстро освободилась от скафандра. Приоткрыла дверь и тут же поёжилась от хлынувшего внутрь холода.

— Какая температура за бортом?

— Минус пять по Цельсию всего-навсего.

— Всего-навсего?! А ты попробуй в одном трико посидеть на этом морозе. То-то я смотрю — пар изо рта так и клубится.

Она поспешно натянула прихваченные с Земли кожаные штаны, толстый пуховый свитер, длинные сапоги и меховую куртку. Сунула за пояс парализатор, прикрыла свитером.

— Заберёшь меня в двадцать ноль-ноль с этого же места. Найдёшь?

— Автопилот найдёт.

— Пока! — Пристинская выпрыгнула за борт, на многолетнюю подстилку опавшей листвы.

— Удачи, командир!

Бардаш захлопнул гермолюк, тихо запели двигатели, и шлюпка круто взмыла вверх. «Вот я и осталась одна на чужой планете», — проводила её взглядом Елена. — «Теперь ждать помощи неоткуда. Надо со всеми проблемами справляться самой».

Рассвет долго ждать себя не заставил. Прошло минут пятнадцать, и чернота ночи начала сереть, таять. Проявились из темноты скрипучие деревья — корявые стволы с чёрной корой, голые узловатые ветви. Листьев не было, но и без них понятно, что это нечто местное, неземное. Пристинская выудила из кармана куртки асса — электронного ассистента, — вывела на экран карту местности. Всё верно, высадились там, где и планировали, за этим леском — шоссе, ведущее в столицу. Пешком — два часа ходьбы. Или остановить попутку. Если у них здесь принято подбирать случайных встречных — во всех нюансах местных нравов с орбиты не разберёшься. Уже хорошо, что у колонистов есть конституция и демократически избираемое правительство со всеми атрибутами республиканской власти староамериканского стиля: президент, конгресс, суды, законы, шерифы, свобода слова и тэдэ. А то Михаил начал было всякие ужасы фантазировать: «суд Линча»!

Пристинская спрятала прибор и направилась в лес. Выглядело всё как в авантюрных романах: в одиночку, на незнакомой планете, не имея достаточной информации, без скафандра, практически без экипировки! Что у неё есть? Парализатор, асс да коммуникатор экстренной связи. Хуже всего, что никак не удавалось отделаться от ощущения нереальности происходящего. Будто не Елена Пристинская продирается сквозь корявые чёрные ветви, а кто-то сторонний, и она лишь наблюдатель. В таком состоянии чертовски легко наделать глупостей.

Лесок закончился, вернее, оборвался у прорезающего его шоссе. Пристинская сбежала с насыпи, притопнула ногой. Что это за покрытие? Точно не пластбетон. Неровная, растрескавшаяся, узкая лента уходила в сгущающийся утренний туман. Одно название, что шоссе, два мобиля с трудом разъедутся! Она повернулась в сторону города и уверенно зашагала по кромке серой полосы.

Приближающуюся сзади машину Елена услышала издалека: гулкий рёв и дребезжание наполнили воздух. Да, дорожная полиция здесь очень лояльна. «А есть ли в колонии вообще дорожная полиция?», — постаралась она вспомнить и не смогла. На всякий случай сошла на обочину, повернулась навстречу приближающемуся рёву. Грязно-зелёная громада грузовоза вынырнула из тумана и затормозила, даже руку поднимать не пришлось. Из окошка кабины высунулась бородатая физиономия. Блекло-голубые глаза изумлённо вперились в стоящую на обочине женщину.

— Доброе утро! Вы в столицу едете? — Пристинская постаралась изобразить дружелюбие.

— Ха! Ты откуда здесь взялась, пташка?

Мужчина говорил по-английски с лёгким акцентом — Фонд Вашингтона набирал добровольцев по всей Земле. Тем лучше, её произношение тоже не безукоризненно.

— Взялась, — Елена неопределённо махнула рукой. — Не подвезёте?

— Почему не подвезу? Садись.

Пристинская обошла мобиль и по лесенке поднялась к открытой пассажирской двери. Кабина была просторная, но отнюдь не опрятная. И недвусмысленно отображала вкусы хозяина: всё свободное место на приборной панели, дверях, задней стенке, даже на потолке обклеено картинками одного и того же содержания: голые девицы, демонстрирующие свои прелести или участвующие в половых актах. Прямо перед глазами Елены два бугая удовлетворяли себя при помощи девочки-подростка. Разведчица невольно поморщилась, но дверь за собой всё же захлопнула. Не стоит делать преждевременные выводы.

Мотор взревел громче, машина рывком тронулась с места.

— Что, поссорилась с дружком? — водитель самостоятельно нашёл объяснение появлению прекрасной незнакомки на пустынном шоссе. — Понимаю, утром всё выглядит по-другому, особенно после весёлой вечеринки. Но он у тебя больной на всю голову! Высадить такую цыпу в пяти милях от города! Чем же ты его так достала?

Пристинская промолчала, неопределённо пожав плечами. Мужчина и не настаивал на ответе, включил допотопный радиоприёмник, покрутил колёсико настройки. В кабину ворвалась мелодия, непривычная, но довольно приятная.

— Здесь «Кантри-радио» отлично ловится, а ближе к Фронтиру — только треск и визг.

Минуты три они ехали молча, довольствуясь аккомпанементом неизвестных музыкантов. Елену это вполне устраивало. Однако водителя — нет.

— Так ты, стало быть, теперь свободная пташка?

— Почему? У меня есть мужчина, — возразила Елена. Пора начинать игру.

— Это тот, который тебя на дороге высадил?

— Нет, другой.

Водитель окинул её быстрым, оценивающим взглядом.

— Что, захотелось на стороне развлечься? Или бизнес? Тогда я тебя понимаю, каждый зарабатывает, как может. Такой куколке грех своей фигуркой не воспользоваться. А меня мой «Зелёный Бизон» неплохо кормит. Домик в столице, то-сё. На жизнь не жалуюсь. Пусть у меня и нет столько деньжат, как у нашего президента, зато палка стоит о-го-го! Если надоест тебе твой бизнес, милости прошу, будешь иметь сразу всё в одном флаконе. У меня, конечно, имеется с полдюжины девочек в придорожных посёлках, но это так, для развлечения. Если дома будет ждать такая краля, как ты, я ни на кого другого и смотреть не стану.