Чтение онлайн

Сейчас он достал из сейфа бутылку виски восемнадцатилетней выдержки и свою любимую коробку с сигарами. Налил почти половину бокала, выпил без закуски и только тогда закурил гаванскую сигару, погрузившись в бездну воспоминаний всех перипетий в Конгрессе. В дверь деликатно постучали, прервав поток хаотических мыслей.

— Войдите! — раздражённо разрешил он. Роберт Гейтс зашёл и плотно закрыл за собой дверь. — Боб, я был на волосок от отставки… Чёрт бы побрал этих русских… После пресс-конференции их МИДа у нас не осталось ни одного козыря. Мистер «НЕТ»[8] проехался по нам вдоль и поперёк, а уж отказ выдать останки лётчика и самолёта… — Кейси удручённо мотнул головой. — Боб! Мы в глубокой заднице! И нужно срочно искать выход из создавшегося положения!

— А если сфабриковать угон нашего самолёта? — осторожно предложил тот.

— А зачем угонщик столько летел над территорией Советов? Выбирал место для посадки на такой высоте? Не смеши меня. Кстати, что говорит твой аналитик?

— Увы, сэр, ничего хорошего… — вздохнул Гейтс. — Он с самого начала считал, что это тупиковый путь. А теперь… теперь его мнение — снять эмбарго с России.

— Он с ума сошел?! — вспыхнул начальник Центральной разведки.

— Говорит, что такой шаг позволит быстро загладить недопонимание между нашими странами. Пусть русские считают, что это жест доброй воли, что мы умеем проигрывать. Заодно появится реальный шанс выйти на широкие торговые отношения, а через них собрать много новой информации о предикторе. И ещё… он считает, что в России действует группа предикторов.

— С чего он взял? — насупился Уильям.

— География людей, оформляющих патенты, резко изменилась. Сэр, в дело вступили другие люди. Нет, общее качество патентованных изобретений не изменилось, но вот местоположение — да: добавилось несколько городов и не только граждан, но и целых коллективов. Более того, русскими сейчас принято беспрецедентное решение — потеснить крупные компании электроники на мировом рынке. Не только в радиопередающих устройствах, но и в производстве компьютерной техники.

— Даже так? — Кейси угрюмо засопел, наливая себе ещё один бокал виски.

— Да, сэр. Пожертвовав законсервированным агентом в Саратове, мы получили информацию, что там вывели на конвейер образцы техники, значительно превосходящие наши. Мы привлекли для анализа своего человека из компании IBM… он говорит, что у них нет даже первичных наработок по таким образцам.

— Может, это «утка» для провокации наших агентов? Может, нет никакого нового оборудования?

— Нет, сэр. У агента внук работал на саратовском заводе «Орион». Тот и проболтался. Судя по описанию, какие-то печатающие устройства с термической обработкой и оборудование для новых вычислительных машин. Причём последние являются незаконченным устройством — часть компонентов отсутствует изначально, значит, окончательную сборку проведут в другом месте.

— Русские хотят обойти нас таким способом? — горько усмехнулся Кейси. — За 50-100 лет у них техника продвинулась на такой незначительный уровень? Ни за что не поверю! Скорее всего, нас хотят послать по ложному следу! Так что агент зря раскрылся.

— Так или иначе, мы в этом регионе теперь слепы и глухи… а в России осталось всего тридцать наших агентов, сэр… И я не дам гарантии, что Кей-Джи-Би не ждёт своего часа, подведя к ним провокаторов. По нашим данным Моссад попытался внедрить ещё одного агента — через Одессу вглубь страны…

— И?

— Русские перехватили его сразу в этом портовом городе. Создали провокацию, и всё… Поскольку документы были на имя гражданина их страны, агент просто бесследно исчез, не дойдя до связного. Я подозреваю, что связной перевербован и своевременно доложил о прибытии нового человека из Израиля. Перед самой операцией «Санта Клаус» французы также попытались внедрить женщину-агента. В конечном итоге ей вообще аннулировали туристическую визу. В ста метрах от аэропорта сфабриковали провокацию и сразу же объявили персоной нон грата.

— А англичане? — злорадно ухмыльнулся Уильям.

— МИ-6 — для нас закрытая организация, — вздохнул Гейтс. — Может и были попытки, но вряд ли с успешным итогом. Русские как будто получили исчерпывающие списки агентов мировых разведок на сто лет вперёд. Даже возможные изменения истории учли. В этом направлении очень сложно стало работать.

— Похоже, предиктор передал не только списки агентуры, но и полный список граждан, как лояльных к режиму коммунистов, так и прямо противоположный. Судя по тому, как они незаметно убирают всех приверженцев демократии среди рядовых граждан, интеллигенции и даже соратников по партии, скоро инакомыслящих вообще не останется или они забьются в глубокие норы, — проворчал Кейси. — А бороться с фанатиками, не имея поддержки изнутри — бесполезная затея. Только выжигать под корень.

— Но у них сильная армия, и сейчас началась поддержка предиктора, — возразил ему Роберт.

— Вот это и сдерживает меня от радикальных шагов. Хотя… хотя подгадить мы им сможем.

— Чем, сэр? — удивился Гейтс.

— На днях в газетах прошла информация, что русские планируют беспрецедентную полярную экспедицию. И маршрут ни для кого не тайна. А мы пошлём в одну из точек следования нашу субмарину и сорвём им эту акцию. Вскрытие льда сразу в нескольких точках не способствует благополучному продвижению на аэросанях, — усмехнулся он. — Завтра я поговорю кое с кем из «ЮэС Нэви», и думаю, что мне пойдут навстречу.

14 января 1983 года. г. Москва. Кремль. Утро

Полчаса назад Андропову позвонил Соломенцев и попросил аудиенции. Голос был взволнованный, и в короткой беседе глава Комитета партийного контроля заинтриговал главу государства, поведав, что идеологический эксперимент в Рябиновске вышел на новый уровень. Михаил Сергеевич попросил также пригласить и товарища Крючкова, заметив, что его ведомства эта беседа тоже коснётся.

Владимир Александрович и Михаил Сергеевич прибыли в Кремль практически одновременно и вместе зашли в кабинет генсека.

— Раз все в сборе, прошу, Михал Сергеич, пояснить, с чем связан такой скоропалительный разговор? — Андропов скрестил пальцы рук на столе.

— Понимаете, Юрий Владимирович, я считал, что этот идеологический эксперимент будет немного другим… Наверное, будет правильным сказать, что в рамках общего развития нашего времени… А здесь совсем другой формат… он полновеснее и монументальнее, что ли… Я думаю, что вам обоим нужно посмотреть то, что записали в Рябиновске, — он открыл портфель и выложил из него видеокассету.

— Хорошо, давайте посмотрим, — Андропов встал со своего места и пригласил всех в небольшой смежный кабинет, где обнаружился видеомагнитофон и телевизор. Кассета быстро ушла в приёмник, и на экране появился один из видеоклипов:

Солнцем пылая над нами,

Гордо летая ветрами

С нами вольная земля

Навсегда.

День зажигая сердцами,

Вверх подымается знамя.

С нами сила да любовь,

С нами долг!

Кавер на песню Ярослава Дронова в нашем мире звучал величественно. Красочные виды Москвы и в отдельности Кремля, разбавленные в клипе сочным голосом Олега Ефанова, заставили подобраться генсека и главу КГБ. Как только пошёл припев, тот видеоряд сменился на документальные кадры основных вех развития молодёжных строек, различных достижений молодого поколения в науке и технике, не забыв про пионеров и комсомольцев школьного возраста.