Чтение онлайн

В Корбин я съездил с большой пользой и для себя, и для общего дела. Удалось плодотворно пообщаться с местными представителями контрразведки, а также с примчавшимся из столицы эмиссаром начальника разведки Бурова. После этого Алешкин ординарец Флюсов в подробностях поведал мне о происходящих в Ивангороде делах.

Я переживал, что младший царевич действует неосмотрительно, демонстративно идя на конфронтацию с отцом и его окружением. Однако же Алексей сумел меня удивить. На пару с князем Григорянским они разыграли небольшой спектакль, где Алексей Иванович играл роль громоотвода, создающего имитацию бурной деятельности с громкими спорами по любому поводу. А пока все внимание правящей верхушки было приковано к царевичу, Григорянский тихонько занимался полезными делами.

К примеру, по документам из столичного арсенала в Кузнецк отправилась на доработку партия новеньких минометов, признанных бракованными. На самом деле минометы были вполне боеспособными, той же марки, что уже использовалась мною в Корбинском крае, и отправились они не в Кузнецк, а прямиком ко мне.

Кроме того, воспользовавшись планом проведения военных учений, утвержденных еще в начале года царевичем Федором, князь Василий отправил по одному батальону из трех Белогорских пехотных полков на плановые маневры к границе Корбинского края. Нужно ли объяснять, что этот сводный пехотный полк по новенькому царскому тракту Усолье – Корбин – Чистяково вот-вот прибудет в Корбин?

Туда же уже пришли три кирасирских эскадрона из находящегося в стадии формирования первого полка нашей тяжелой кавалерии. Кавалерия у нас, в общем и целом, находилась в ведении царевича Алешки, потому здесь моим друзьям даже не пришлось придумывать ничего предосудительного – это отследить никто не мог.

Помощь была не такой большой, как хотелось бы, но спасибо и на этом. Все пригодится, и час выхода на сцену нашей тяжелой кавалерии настанет, и надежная опытная пехота лишней не будет, что уж говорить про новое поступление минометов! Теперь главное – мне не оплошать, а там уж сдюжим как-нибудь с противником. Хоть численное превосходство по-прежнему на стороне Яноша, оно уже не кажется таким уж устрашающим. Да и действует он чересчур прямолинейно, что позволяет нам постоянно предугадывать все ходы, а мы продолжаем подкидывать ему сюрпризы.

Сейчас вот пехота деловито растягивала в полях между забитыми в землю кольями стальную проволоку, спешно собранную для меня со всего края. Удовольствие дорогое, но ничего не поделаешь – нужно для дела. И очень жаль, что проволока эта простая, а не колючая – гораздо больший был бы эффект. Но пока придется довольствоваться тем, что есть. Тем более что применять ее в боевых действиях пока никто не додумался. Стало быть, скоро улорийцы первыми столкнутся с необходимостью преодолевать искусственные заграждения под огнем противника.

Таким образом, моя краткосрочная отлучка с театра военных действий получилась весьма плодотворной в общем, но самым ценным ее итогом стала встреча с семьей. При виде маленького сына и супруги у меня перехватило дыхание от накатившей волны нежности, что заставило задуматься о происходящих со мной изменениях. Нет, я всегда был приверженцем семейных ценностей и к созданию семьи подходил со всей возможной ответственностью, но раньше мне это не мешало вольготно чувствовать себя на работе или вообще в походе, подальше от дома. А теперь отъезд из дому я воспринимаю как тяжелую обязанность и с гораздо большим удовольствием остаюсь с семьей. То ли старею, то ли умнею, то ли просто до чертиков устал от постоянной борьбы на несколько фронтов, но факт остается фактом – если раньше я радовался свободе полевых условий, то сейчас скучаю по дому.

А может, все дело в том, что домом этим раньше был царский дворец со всеми его интригами и многоличием постоянных обитателей? К своему новому жилью мы привыкнуть еще не успели, зато в Корбинском замке чувствуем себя очень даже хорошо. Примерно так же, как в моем родовом Холодном Уделе.

В общем, поездка получилась полезной во всех отношениях: я получил мощный заряд бодрости от общения с семьей, стал обладателем важной информации, отдал необходимые распоряжения. Даже перевел в завершающую стадию важнейшую заграничную операцию. Жаль, что я не смогу находиться поближе к месту событий, например в Южноморске, чтобы с наибольшей оперативностью получать информацию о происходящем за морем. И также жаль, если не удастся продавить государя по теме с перекупкой пшеницы на континенте. Очень бы ко времени это было!

Ну ничего, разберусь с Яношем, разберусь с фрадштадтцами, а там и до своих вредителей руки дойдут. Что-то пропало у меня желание безропотно отправляться в почетную ссылку. Доберусь я до вас, господа хорошие, ох, доберусь! Ставки нынче высоки, как никогда, никак нельзя сейчас выходить из игры. Иначе все будет зря, все придется начинать сначала.

Подпоручик Андрей Вершинин осторожно разжал пальцы и чуть наклонил циферблат часов, подставляя его под тусклый свет звезд. Три часа, пора. У идущих за ними ребят сегодня будет около сорока минут на «тихую» фазу операции.

Улорийский секрет располагался буквально в десяти метрах от него, по ту сторону невысоких кустиков. Два бойца сидели на подстилке из прошлогоднего валежника, старательно пытаясь не шевелиться и не производить шума. Третий сидел на дереве и в данный момент считал себя полностью слившимся с его стволом.

Эта линия постов была третьей и последней на пути к улорийской ночевке. Два предыдущих вообще не вызвали у маленькой группы разведчиков каких-либо затруднений, хотя сейчас уже противник, наученный горьким опытом, пытался маскироваться. Наверное, улорийцы с союзниками даже считали, что делают успехи на данном поприще, но у таридийских разведчиков их жалкие потуги не вызывали ничего, кроме усмешки.

Вот эта троица наверняка считала, что обнаружить их ночью в степи просто невозможно, зато они надежно контролируют все окрестные подходы к ночному лагерю. Сидели они действительно тихо, не шумели, не переговаривались друг с другом, да и расположились неплохо, сведя риск одновременного уничтожения всей группы к минимуму. Но, черт побери, кто их надоумил выбрать местом дислокации заросший кустарником островок посреди степи, да еще и с торчащим там единственным на всю округу деревом? Андрей с напарником только сокрушенно покачали головами, когда выяснили это. Впрочем, им не пристало жаловаться на поведение противника, ибо таридийский разведчик обязан справляться со своей работой при любых обстоятельствах. Так что поведение противника подпоручика не расстраивало и не радовало. Просто сегодня придется повозиться чуть дольше, да и только.

Андрей повернулся к своему напарнику рядовому Петрушину, указал жестом на ближнего караульного, потом ткнул пальцем в себя и, нарисовав в воздухе короткую дугу, сообщил тем самым, что берет на себя дальнего противника. Затем последовал кивок вверх, на сидящего на дереве, еще один условный жест и палец к губам: «третий тоже мой, работаю без шума». Все, вперед.

Бесшумно подобраться к своему оппоненту удалось минут через семь-восемь. Бедолага так ничего и не успел понять, когда Вершинин тихой стремительной тенью поднялся у него за спиной, зажал рукой рот и вогнал в тело нож.

В трех метрах правее Петрушин проделал почти то же самое со своим противником. Оба разведчика удержали тела от падения и аккуратно опустили на землю. Подпоручик уверенным движением вытянул из заплечного ранца маленький арбалет, медленно, стараясь не произвести ни звука, взвел пружину, наложил маленькую металлическую стрелку. Медленный выдох, прицел, спуск – и застигнутый врасплох улориец ничком валится с дерева вниз.

Напарник тут же подскакивает к его телу для проверки и спустя секунду дает отмашку – чисто! Дело сделано, подпоручик достал крошечный потайной фонарь, прикрывая своим телом от случайных взглядов со стороны вражеского стана, зажег фитиль и несколько раз подал условный сигнал в сторону ожидающих штурмовиков Дегтярева, открывая и закрывая фонарную шторку.