Чтение онлайн

– Ваше величество! – под воздействием внезапно пришедшей на ум мысли Хаксли склонился к уху короля. – Отдайте мне этого мошенника. На безрыбье и рак – рыба. Может, удастся извлечь кое-какую выгоду и из этого негодяя.

– Валяй! Хотя я бы все-таки казнил его. Расстроил он меня сильно! – кряхтя и держась рукой за поясницу, Георг Второй поднялся на ноги. Шум мгновенно утих. Король указал пальцем на дрожащего и всхлипывающего актера. – Ты заслуживаешь самой мучительной смерти, но я сегодня добр, потому отдаю тебя лорду Хаксли. Не найдешь с ним общий язык – будешь посажен на кол. Медленно и мучительно. Прием окончен, все свободны!

Присутствующие склонились в поклоне, после чего король в сопровождении герцога Труро покинул Зеленый зал.

Возвращался лорд Генри из королевского дворца в прекрасном расположении духа. Звезды благоволили ему – он не только избежал желчных нападок со стороны армейских и флотских чинов, но и лишний раз доказал свою компетентность перед королем. А приятным бонусом к благоволению короля шел переданный ему пленник с двумя подручными – их заподозривший неладное майор Тейлор не осмелился показывать перед высокой комиссией.

Поглядим, что можно выжать из этих шутов. Может, и удастся как-то их использовать в своих целях…

Сюрпризы бывают не только неприятными, иногда судьба прямо-таки радует нас, легко и непринужденно решая проблемы, над которыми мы тщетно ломали голову. Я чего только ни передумал в поисках подходящего способа вывести из игры фрадштадтцев, а они взяли да и ушли сами! Я опасался, что за время моего отсутствия вражеская армия серьезно продвинется в глубь нашей территории и я не успею проконтролировать подготовку маленького городка Малоозерска к встрече неприятеля, но непогода, внутренние неурядицы и продолжавшие следовать выработанной мною тактике таридийские солдаты не дали вражеской армии развить высокую скорость. Так что все вышло просто замечательно – к вечеру третьего дня я уже вернулся из Корбина, а Янош только-только подходил к Малоозерску.

Уход островитян меня сильно озадачил. Вернее, озадачили обстоятельства, при которых он состоялся, потому поначалу я не хотел верить в такую удачу, искал подвох и успокоился только после донесения от разведки о форсировании отрядом Блаунта Славицы.

– К нам среди ночи ввалился помещик Барташов из Сосновки, – посмеиваясь в пышные усы, рассказывал полковник Румянцев, когда мы выехали с ним на осмотр местности на подступах к городку, – весь мокрый и грязный, глаза навыкате, мычит что-то нечленораздельное. Насилу вообще узнали, кто это, потом еще водкой его поить пришлось, чтобы в себя пришел. Ну, а как только он смог рассказать, что в его деревне вас фрадштадтцы захватили, так тут уже нам не до смеха стало. Веселов три эскадрона гусаров пустил на перехват по разным дорогам, я со своими уланами – прямиком в Сосновку. Но там уже закрались подозрения. Семь человек из якобы вашей свиты, зарубленные фрадштадтцами, оказались совсем незнакомыми людьми. Более того – их и военными-то можно назвать с большой натяжкой. Судя по знакам различия – сплошные полковники да подполковники, а мундиры разносортные, оружие вообще черт знает какое, в общем, на ряженых похожи. Стали мы про вас спрашивать, но ни описание, ни поведение на ваши тоже не похожи. Вот тогда я послал гонцов вперед по Корбинской дороге и выяснил, что вы благополучно движетесь к столице края.

– М-да, – задумчиво протянул я, – а ведь была у нас мысль завернуть в Сосновку на ночлег, да в последний момент передумали.

– Не иначе – бог миловал, – подал голос подполковник Веселов. Маленький и верткий, он, казалось, ни секунды не мог усидеть на одном месте – ему всегда нужно было куда-то бежать, нестись сломя голову, что-то делать. Наша сегодняшняя неспешная езда явно была Веселову в тягость, и он постоянно ерзал в седле, крутил головой по сторонам и поминутно придерживал лошадь, такую же горячую и нетерпеливую, как наездник.

– Это точно, – согласился я, не став распространяться о том, что сам погнал людей вперед, стремясь не уклоняться от кратчайшего пути в Корбин.

– Убедиться-то мы убедились, что вы целы и невредимы, вот только загадкой осталось, кого же захватили на самом деле? Тем паче, что участвовавшие в захвате фрадштадтцы, словно ошпаренные, рванули в сторону границы, а их генерал с утра разругался с Яношем и увел войско.

– Еще и Барташов со всей челядью волосы на себе рвали, каялись, что не уберегли Князя Холода от врагов! – нервно дернул плечом командир гусаров. – Ничего не понимаю!

– Честно говоря, среди солдат пошел слух, что вы, ваше сиятельство, морок наслали на островитян, чтобы вывести их из игры, – Румянцев снова усмехнулся, показывая, что сам он не верит в подобную чушь, но при этом смотрел на меня вопросительно, ожидая объяснения загадочных событий.

– Идея, в общем-то, неплохая, – я в задумчивости почесал затылок, – даже жалко, что она не пришла мне в голову и все произошло случайно.

И я рассказал соратникам всплывший в памяти рассказ подполковника Зимина об объявившемся в этих краях самозванце, выдающем себя за князя Бодрова. Тот как раз разъезжал по периферии, где меньше шансов встретить людей, видевших меня хотя бы мельком, да наслаждался причитающимися мне почестями. Вот награда и нашла своего героя – целый экспедиционный корпус островитян принял его за меня! Понятно, что беднягу уволокли подальше от улорийцев, чтобы не делить с ними славу. И сейчас он, скорее всего, находится уже где-то на пути к Островам. Что ж, хотел славы – пожалуйста, получай. Во Фрадштадте его обман быстро раскроется, и сильно сомневаюсь, что король Георг пощадит самозванца – уж слишком велико будет разочарование.

Но мне есть за что поблагодарить ложного князя, ведь из-за его мошенничества враг был введен в заблуждение. Улорийский король не простил генералу Блаунту пренебрежения собственными интересами, отчего последний счел за благо убраться со своими солдатами восвояси. И вот что еще интересно: вряд ли фрадштадтцы пойдут в Торшек для посадки на корабли. Янош не решился немедленно мстить заносчивым островитянам, но сильно сомневаюсь, что допустит их спокойную эвакуацию в улорийском порту. Значит, фрадштадтские корабли будут забирать их где-то с побережья Улории, причем грузиться войско будет долго, шлюпками. Пошлю-ка я гонца в Чистяково! Пусть наш флот наведается к соседям – война так война. Будем считать это местью за пленение Князя Холода! Хоть и ненастоящего.

– Со льдом получилось что-нибудь? – спросил я, как только решился вопрос с отправкой гонца.

– Вот это уж, Михаил Васильевич, ребячество и пустая трата времени, – Веселов раздраженно дернул головой. – Люди зря только рискуют, подбираясь к вражескому лагерю так близко!

– Есть такое дело, – поддержал его Румянцев, – рассчитывают-то наши умники правильно, но подбираться к улорийскому стану с запущенными воздушными змеями приходится метров за двести. Риск изрядный, и не везде можно подыскать подходящее место. А на большем расстоянии управлять процессом тяжело. Опять же, в первую ночь заело что-то у них там, так пришлось сворачиваться раньше времени.

– Вы мне про результат скажите, про трудности мне без вас Миткевич доложит, – недовольно буркнул я. В теории моя затея выглядела легко исполнимой, а на практике, как всегда, вышло все не так.

– Ну, в первую ночь улорийцы удивились, – подполковник скорчил кислую физиономию, показывая свое отношение к подобным «неправильным» штучкам на войне, – а после второй вроде как забеспокоились. Но нам их так месяц засыпать колотым льдом придется, чтобы какой-то прок получить!

– Будет вам прок. Сегодня же ночью!

Примерный план на сегодняшнюю ночь и завтрашний день у меня начал складываться еще до отъезда, а сегодня я намерен был внести в него последние поправки. Потому мы самым внимательным образом еще раз осмотрели подступы к Малоозерску, пути его обхода с юга и дамбу, удерживающую озеро Малое в берегах на северной окраине городка. При этом все семь тысяч местных жителей моим волевым решением были срочно эвакуированы из своих домов – я не собирался повторять московский опыт тысяча восемьсот двенадцатого года, но мне требовалась абсолютная свобода действий, никак не обремененная присутствием горожан.