Чтение онлайн

Милена вздохнула.

— Элгор в Кэроме, — добавил Роар. — Он там как раз сейчас прижмёт книтов, тех, кто были на её стороне и на стороне Шерга. Там давно было гнездо паразитов. Шерга давно хотел на место ферана.

— А разве он мог? — нахмурилась девушка.

— Ну, на что-то же они рассчитывали, — повёл рукой митар. — Дэшая всегда была нашей очень большой проблемой. Но в понимании законов — она рабыня, наложница Эаргана Горана. И, если иных распоряжений не было, она наложница Горанов до сих пор. Без каких-либо прав. Шерга был свободным мужем, но он был на службе у ферана, а значит присягал ему на верность вдвойне. И сейчас открыто предал. За что был фераном казнён. Дэшая же не могла бы нажаловаться, как ни кричала об этом. Её слово шло к великому эла и советам только через книтов или её покровителей.

Он вздохнул и развернулся, чтобы видеть её лицо.

— Сейчас только ждать. Разворошим гнездо в Кэроме и посмотрим, что будет. У Тёрка достаточно доказательств, чтобы очень много народа казнить. Но решать, что к чему, будет феран.

Милена кивнула и закрыла глаза.

Мысли поскакали вскачь. Тревога всё же не отпускала и не была пустым звуком — что-то должно было случится. И девушка отчаянно боялась поделиться этим своим предчувствием хоть с кем-то. Надо наверное рассказать Хэле.

Роар потянулся, потом приподнялся на локте, окинул её очень голодным взглядом, рыкнул и Милена снова была сметена желанием и страстью, хотя казалось, что даже пальцами не могла бы пошевелить. Но нет могла и даже больше.

Рэтар нагнал Хэлу уже в комнате. Она стояла в чистой, опустив руки в ледяную воду, как последнее время делала после сильных заговоров. Казалось, что внезапно стала меньше, чем была на самом деле. Колдовство далось ей тяжело, но она храбрилась и как обычно не показала, что ей плохо.

Подойдя к ней со спины, Рэтар обнял женщину, уткнувшись в макушку лицом, втягивая тёплый запах. Благодарность, что была у него внутри, невозможно было бы измерить.

Курног — страшный яд. И в своём гневе, злобном желании мести Дэшая отравила бы половину домашних, а если бы зашла в дом, то последствия были бы ещё печальнее, а исправить это мог бы только маг, используя магический огонь.

Рэтар видел результат отравления этим ядом. И мать Шерга умерла очень быстро, потому что яд был выплеснут ей в лицо, и это спасло её от жестокой предсмертной агонии в течении нескольких мирт.

Но чаще всего вдыхают испарения яда и оттого мучения растягиваются — язвы на коже, нестерпимое чувство горения снаружи и скручивающая боль внутри, и всё это при невыносимой жажде, которую нельзя уталить, наступающей слепоте и безумии, которое часто находит на жертву отравления.

— На одну ведьму была нужна другая, — глухо проговорила Хэла и по её телу прошла дрожь.

Рэтар не нашёл, что ответить. Он просто развернул ведьму лицом к себе и поднял на руки.

— Прости, — прошептала она.

— За что? — удивился феран.

— Я не смогла узнать, кто её покровители, — Хэла обняла его шею, руки из-за заговора и воды были ледяными.

— Ты пыталась? — спросил Рэтар, вопросительно приподнимая бровь.

— Уж не думаешь же ты, — фыркнула ведьма, — что я с ней разговоры разговаривала, потому что нашла в её лице отличную собеседницу?

Феран слегка улыбнулся и отрицательно мотнул головой.

— Я очень старалась, но у неё в голове ещё более мерзко, чем у сына, — брезгливо поморщилась Хэла и крепче обняла его, утыкаясь в плечо лицом.

Рэтар вздохнул — кто бы сомневался. Он погладил ведьму по спине и отнёс в постель.

— Блага тебе, родная, — проговорил он, целуя её в лоб.

— Да так себе работёнка, — улыбнулась она и её ладони обняли его лицо.

— А ты ещё сопротивляешься, когда мы тебя благодарим, — заметил Рэтар, а Хэла смущённо повела головой. — Правда заговорила меня от всех ядов?

— Пфф, — закатила глаза ведьма, фыркнув. — Спрашиваешь?

— Кажется уже нет, — рассмеялся он и поцеловал её в губы.

Утро следующего дня было испорчено сообщением от великого. Рэтар сидел за рабочем столом и со злостью смотрел на лежащую перед ним бумагу.

— И что это? — громыхнул зашедший в книжную Тёрк.

— Напоминание о том, что моя жизнь мне не принадлежит, — ответил феран.

— Что это значит?

— Великий приказал, чтобы мы с Роаром присутствовали на праздновании цветения в Йероте.

— А при чём тут жизнь? — спросил брат, садясь в кресло напротив.

— Потому что вернуться обратно мы оба должны с супругами, — проговорил Рэтар и кажется это был первый раз, когда он сказал это вслух, пытаясь осознать всю отвратительность ситуации.

— Чего? — нахмурился Тёрк.

— И он великодушен, — проговорил феран язвительно, — потому что мне разрешено выбрать себе супругу самому. В качестве извинения за прошлый раз.

Брат издал какой-то утробный звук, лицо его перекосило злостью и презрением.

— Сейчас разрыдаюсь, — отозвался он, хмурясь. — Тебе-то это зачем?

— Он переживает, что у меня нет наследников.

Тёрк разразился отборной руганью.

— А больше ему ничего от тебя не надо? — спросил он зло.

— Если бы я знал, — вздохнул Рэтар.

— Зачем ему ты? Роар понятно, но есть же Элгор. В очередной раз пытается ударить побольнее? Или знает про Хэлу? — проницательно спросил старший мужчина.

— Не знаю, Тёрк, — ответил феран. — Понятно, что знает что-то, просто не уверен до конца. В конце концов я сделал то, что он хотел.

— Пытался понять, — проговорил брат, скорее сам себе.

— Но оказалось мало. Видимо до конца не удовлетворило…

— Мальчишка, что думает об этом? — спросил Тёрк, говоря про Роара. — Что-то мне говорит, что он в восторге не будет.

— Вот в этом сомнения нет, — повёл головой феран.

Тяжёлые мысли не отпускали, раздражали и вились, колясь и кусаясь. Сейчас со смертью Дэшаи вопросов только прибавилось.

— Элгор ещё в Кэроме? — перевёл разговор Рэтар.

— Я вчера его предупредил о том, что произошло здесь и чтобы он побыл там, пока до них дойдёт весть, — ответил Тёрк. — Надо посмотреть насколько быстро это будет и что это за собой повлечёт.

Феран согласно кивнул.

— Не пойму чего она хотела, — повёл головой старший брат. — Убить всех нас? И себя?