Чтение онлайн

— Хочет сбежать? — нахмурился Рэтар.

— А ты бы не хотел?

— Хорошо. Пусть так.

— Я же правильно понимаю, — спросил тан как можно тише, — что мы по уши в трясине и тонем так быстро, что спасения скорее всего нет?

— Это моя забота, Роар, — ответил Рэтар спокойно.

— Ты хочешь, чтобы я был фераном, — резонно заметил на это митар.

— Но феран всё ещё я, — ответил он.

— Рэтар, — нахмурился тан.

— От тебя требуется только одно — будь благоразумен, Роар.

— И смирен? Только смирением войну не выиграть.

— Наши головы на плахе, Роар. Без головы никакой тебе войны, и защитить ты никого не сможешь. Поэтому благоразумие, парень… Больше я от тебя ничего не хочу, — феран кивнул, давая понять, что разговор окончен.

И вот рядом стоял великий и ждал. Ему необходимо найти возможность, но для чего? Чего правитель на самом деле хочет от Изарии, Горанов и Рэтара?

— Пройдись со мной? — предложил эла небрежно, но было понятно, что это приказ, не предполагающий отказа.

— Как тебе будет угодно, великий.

— Твой митар сделал выбор, или так же упрям как ты? — спросил правитель, когда они шли по залу, в сторону той части здания, где были комнаты принадлежащие непосредственно ему.

— Сделал, — ответил феран Изарии.

— Прекрасная новость, — улыбнулся великий. — Кто?

— Лета Анпа, — ответил Рэтар.

— Ты шутишь? Ты отказал при мне одним беднякам, но соглашаешься на других? Ещё более бедных. К тому же безумных.

— Когда выгоды нет, приходится смотреть в сторону других качеств, — пожал плечами изарийский феран.

— И какие же у неё есть качества, — скривился правитель. Они дошли до рабочей комнаты великого эла. Зашли внутрь. — Рэтар?

— Она способна выносить потомство Горанов, — ответил тот. — Это первое.

— О, есть ещё? — удивился эла.

— Да, достаточно важное.

Правитель повернулся и вопросительно уставился на ферана Изарии.

— Она тебе никогда не была интересна, — ответил Рэтар откровенной грубостью, но остался спокойным.

— Осторожнее, друг мой, — предупредил его великий, неоднозначно ухмыляясь.

— Раз ты ставишь меня в такое же положение, — пожал плечами феран, — что и моего танара когда-то, то я не могу игнорировать эту деталь.

— Она может быть интересна кому-то другому, — снисходительно заметил эла.

— Да, — согласился Рэтар. — Это мне тоже понятно. И поэтому никакого обряда не состоится пока я не буду уверен в том, что внутри неё моего митара не ждёт неожиданность в виде чужого ребёнка.

— Позовёшь магов? Или ведьм? — и правитель сделал упор на последнее слово, а изарийский феран почувствовал, как земля стала уходить из под ног.

— Моего мага будет достаточно, — ответил он, стараясь оставаться спокойным.

— Не ссорься со мной, друг мой, — улыбнулся Лоаяс полной опасности улыбкой. — Моё положение шатко. Меня окружают предатели и каждое мгновение я ожидаю своего конца. Я не могу не проверять своих феранов.

— Я не доказал тебе, что верен? — спросил Рэтар. — Ты сомневаешься, что я приду на твой зов?

— Но последний раз ты именно так и поступил, — парировал правитель. Вот и то, чего феран Изарии ждал так долго, ещё до визита великого и его двора в Зарну.

— Ты знаешь, что я выполнил твою просьбу, — ответил он. — Я объехал границу, я составил тебе полный отчёт о происходящем на ней.

— Но ты не прибыл сам, как я просил, — отрезал эла.

— У меня были веские причины. Ты знаешь, что моего митара тяжело ранили. Он был при смерти.

— Но не умер.

— Это плохо? — поинтересовался Рэтар и тревожный гул в голове стал нестерпимым. — Потерять ещё одного верного человека было бы весьма печально, великий.

— Ты прав. Но кажется причина твоего отсутствия была не только в твоём митаре. Разве только его ранили? Кажется ещё твою чёрную ведьму? — великий сложил руки на груди и пристально всмотрелся в Рэтара.

— Да, ранили, — как можно спокойнее ответил тот. — Она спасла Шер-Аштар от тяжёлых потерь.

— И митара спасла, — добавил правитель.

— И его, — согласился изарийский феран, чувствуя, уже точно понимая, что стоит на краю.

— Действительно ценная вещица, — хмыкнул великий эла. — Такая ценная, что ты променял меня на неё.

— Если это даёт тебе усомниться в моей верности, если это перечёркивает всё, что я сделал для тебя и Кармии, — повёл головой Рэтар, выдерживая жёсткий, испытывающий взгляд грасцитовых глаз Лоаяса. — Что ж — я приму наказание.

— И снова ты пытаешься поссорится со мной, — вздохнул эла.

— Лоаяс, — обратился к правителю Рэтар, — чего ты от меня хочешь?

— Знаешь, как мне порой страшно? — спросил тот, глядя на изарийского ферана. — Этот страх душит, Рэтар. Душит меня. Оглядываться, быть всегда в напряжении. Нет. Я был у тебя и мне было спокойно, несмотря ни на что. Вернулся сюда и меня снова заполнил страх.

— Великий…

— Я верю тебе. Верю, — перебил Рэтара правитель. — Но я должен быть уверен, понимаешь? До конца. В тебе, и в Роаре.

Феран Изарии нахмурился, потому что не верил великому эла. Не верил.

— И поэтому я забираю твоих ведьм, — произнёс он приговор.

— Прости? — леденящий ужас стиснул внутренности Рэтара.

— Я решил, что заберу их в качестве залога вашей верности и в дальнейшем, — буднично ответил великий. — И это…

— Нет, — отрезал феран.

— Что? — правитель приподнял брови и будто удивлённо уставился на него.

— Я сказал — нет, — ответил Рэтар. — И перестань делать вид, что ты удивлён, озадачен или ошеломлён.

— Рычишь на меня? Скалишься? — и Лоаяс стал жёстким и злым, стал собой. — Я не спросил, друг мой. Я приказал, достопочтенный феран Изарии!

— Мне плевать, — рыкнул он. — Ведьмы принадлежат мне и фернату.

— Изария принадлежит Кармии, — отрезал правитель. — Всё твоё — моё, Рэтар. Вдруг ты забыл — так я тебе напомню.

— Я помню, Лоаяс, — кивнул на это феран, — я помню. У меня отличная память, великий. Я помню, что моя супруга и мой сын тоже были твоими. И я закрыл глаза на это. Но ведьм я тебе не отдам.