Чтение онлайн

— Ты это брось! — Воспротивился император. — Будет суд, и уже по приговору суда наказание понесут. Да и грех разбрасываться столь ценным ресурсом.

— Неужто опять ссылка, али просто порицание? — Разочарованно скривился Макаров, уже убедившийся в неэффективности полумер.

— Да нет, какая ссылка за государственную измену! Врачам учиться надо и студентам руку набивать, так что врагам народа путь один, в биологические отходы класса «Б»! После приговора суда…

Павел Петрович сменил тему, затребовав доклад, чем дышит столица, крупные города и страна. Не только сказки с мест от службы тайной экспедиции, но и личное мнение Александра Семёновича, чай не дремал всю дорогу, пока из Санкт-Петербурга добирался. С некоей гордостью Макаров отчитался, что всё более менее идет по плану — народ запутался настолько, что пребывает в тихом смятение. Кое-где оживляемом то локальными крестьянскими волнениями, где недовольством дворян. Газеты и журналы вносили весомый вклад в неразбериху в умах общества, умело перебивая повестку и отвлекая внимания от действительно важного.

— Оно и правда, Ваше Величество, к рождеству дозреют и на любой порядок согласятся, лишь бы были четко понятны правила и законы. А то только начнут возмущаться трехдневной барщиной, так на следующий день статьи о раскрепощении крестьян у нерадивых помещиках. Не успеют это переварить, им о равноправии женском. Ну и про соседей без прикрас стали писать, до того доходит, что за иноземную речь и в морду сунуть могут. Вам ещё послы иностранных держав не жаловались на очернение их стран, ноты протеста не присылали?

— Я в отпуске, никого не принимаю. — Осклабился самодержец. — Крупными беспорядками не полыхнет ситуация?

— Не должно, крестьяне целиком и полностью за ваше здравие молебны устраивают, а дворяне… Сами знаете, недовольны, но что они супротив армии? Тем более в войсках обновленный кадровый состав в офицерстве и реформы в самом разгаре, солдаты как и крестьянство, с именем вашим все надежды связывают. Так что притихли в ожидании, что поумней, так помалкивают, поглупей горло дерут. А как вы на свою сторону большую часть промышленников и крупных землевладельцев привлекли, все замерли в ожидании. Чего произойдет и как при выборе стороны не прогадать…

— Церковники воду не мутят?

— Не замечены, Ваше Величество! Гавриил то ведь здесь, недалеко от вас обретается? Надо бы навестить владыку, засвидетельствовать почтение, хех.

— Здесь он, при Саткинской церкви Троицы Живоночальной обретается. Читает, что предоставляем, да так увлечен, что и к церковной службе охладел. По меткому выражению потомков, от знаний сих обтекает. Не пошла церкви на пользу поддержка государственная, коли история не врет. Да и империи от церкви мало проку вышло… Никуда не денется Гавриил, такое православие нам не нужно! Тоже боль головная и немалая…

Сделали перерыв на обед, по обыкновению, принятому при Павле Петровичу — сытному, но без помпезности и излишеств. Устроились здесь же, в кабинете, едва приступив к трапезе, Макаров не утерпел — полюбопытствовал про некую контору, чья деятельность внезапно третий месяц была на слуху по всей Европе. Не растут ли уши у компании ООО Пирамида «Лев Сиона» от неких инсайдов из будущего. И не притянут ли за эти уши дела компании к ниточкам из России? Император недовольно заметил, что-то не забота руководителя тайной экспедиции, его дело внутренняя политика и охранение государственных устоев.

— Все файлы на одной флешке не хранят! — Назидательно воздел перст вверх государь.

Макаров сварливо заметил, что и он сам, и его сотрудники обучены думать, а эта контора мошенническая уже и в Польше обосновалась. А схема подозрительно напоминает то, что творилось у потомков, даже с названием сходство поразительное. Ещё и жиды там заправляют, это вообще какое-то издевательство! И что характерно, дела у конторы идут в гору, рост акций чуть ли не вдвое ежемесячно, ажиотаж и нездоровое оживление. В европейских газетах писали, что одно время в Англии деятельность этой конторы хотели запретить, дело чуть до суда не дошло. Но судя по наступившей тишине и отсутствию каких-либо последствий для предприимчивых дельцов, и продолжившейся работе — кто-то не хило нагрел руки на взятках от этих плутов. На самом верху.

Император вздохнул и польстил: «Экий ты проницательный, Александр Семёнович, за что и состоишь руководителем тайной экспедиции. А что в Польше, пускай резвятся средь магнатов и шляхты, а к нам уже не пускайте. Али и наши туда вкладываются?» Макаров гулко захохотал: ' А то как же, чай не мамонты! Кубышки разбивают и в долги влезают, пищат, но лезут! Удвоение капиталов за месяц, это какой соблазн для скудоумных!'

Павел Петрович попросил высказать, к каким умозаключениям пришел Макаров в своих подозрениях. И как бы он устроил эту операцию, коли ему поручили. Александр Семёнович с достоинством промокнул губы салфеткой и стал рассуждать, отметив, что сие не только его мысли единолично, а плоды аналитики наиболее одаренных сотрудников.

— Единственно, об чем голову ломали, это как капиталы заработанные забрать. И пришли к выводу, что не стоит мараться и навлекать подозрения. Куда удобней эти деньги использовать на подкуп высокопоставленных лиц, ссужать деньгами различных татей и недовольных своим положением групп и обществ. Тут и всеобщее прозрение после вскрывшейся аферы больно ударит по исполнителям, что на виду, и так иудеев недолюбливают, мягко говоря. И сколько влиятельных чиновников на крючке будет после скандала… — Причмокнул Александр Семёнович.

— Не тати, Семёнович! — Поправил его самодержец. — А руководство национально освободительных движений и борцов за свободу! Значит, не претит тебе мысль о таких методах?!

— А я рази не жандарм?! Мне по службе не с руки миндальничать! — Чуть не задохнулся от возмущения Макаров. — Там не с кем договариваться! Они же нас за людей не считают! Я и раньше иллюзий не питал, по поводу Европы, а как ознакомился с ходом грядущих двух сотен лет, так в краску бросает и зло берет. Ведем себя как провинциальная барышня, которую на попойку лейб-гвардейцы в трактир увезли! Шампанское рекой, мы им сонеты читаем и про платоническую любовь речи ведем, а они со скукой нам в бокал подливают! Это не центр цивилизации, это карцинома! Коя опухолью по всем странам расползается! Не зря там они в будущем маски сбросили, и содомитов в церкви венчают, и парады эти богомерзкие! Не говоря уже о том, каким издевательствам нашу империю подвергли! Есть Персия с тысячелетней историей, Китай тот же, огромные империи со своими обычаями и законами, но там то ведь нет такого блядства! Не норовят жить за счет грабежа всех остальных стран и не навязывают свой образ жизни как единственно правильный! Одной токмо мыслью живу, если не застану атомную бомбу, так хоть к обустройству урановых рудников в Семиречье руку приложу!

— Ну будет тебе, Александр Семёнович, будет! — Принялся успокаивать разошедшегося не на шутку Макарова император. — Как там говорится: «Русские сильны на поле брани, но проигрывают при заключение мирных договоров». Не будем договариваться значит, вернее, будем делать вид, что договариваемся. А сами продолжим гнуть свою линию.

— Не доживу я, Ваше Величество… — Сник руководитель тайной экспедиции.

— И я не доживу! — Отрезал Павел Петрович. — Но в наших силах заложить фундамент империи, которая даст укорот этому кублу змеиному. И никаких тебе, прости господи, освобождений братских европейских народов, нет у нас там братьев. Видел сегодня, как с клещами боремся? Всё вырубили под корень, выжгли, а опосля ещё и железный трактор проедет и перепашет. Вот наша задача, назовем этот проект «Мост в будущее». Воспитать общество, которое займется вырубкой гнилой поросли, сделать трактора, что запашут эту санитарную зону. А главное, самим эту заразу не подхватить и не обратиться в подобных нелюдей…

Глава 12. Наш самый веселый на этой планете ансамбль…

Южный Урал, июнь 1797 г.

Мария Сергеевна, несмотря на свои уже почти пятнадцать лет — девушкой выросла самодостаточной, без комплекса неполноценности, а уж привить ей чувство вины за что-либо — было задачей невыполнимой. Но вот после ознакомления с творением дядьки, взглянув на себя и свое поведение со стороны, глазами Егора — Маня слегка задумалась. И на следующий день, критически оглядев подругу — заявила: