Чтение онлайн

Гостья вновь осталась одна. Вот только взвинченные нервы никак не хотели успокаиваться. Почему-то вдруг стало ужасно душно. Стараясь не шуметь, подошла к окну и уже взялась рукой за хлипкий крючок, чтобы распахнуть створки, но в последний момент передумала, опасаясь, как бы её не углядел какой-нибудь припозднившийся прохожий. Поэтому она просто постояла рядом, вцепившись пальцами в шершавые планки жалюзи.

Снаружи тянуло прохладой. Откуда-то доносился негромкий стрекот цикад. Над городом, погружённым в непривычную для человека двадцать первого века темноту, ярко сияли густо рассыпанные по темно-синему небу звёзды.

Нике казалось, что всё это действует на неё успокаивающе, и она простояла так до тех пор, пока не стали зябнуть ноги. Вернувшись в постель, девушка поправила матрас, прикрылась одеялом и расслабилась, стараясь заснуть.

Однако перед мысленным взором вдруг начали мелькать равнодушные и искренне озабоченные лица врачей, усталые медсёстры в масках, стойки с вставленными пузырьками, от которых уходили в вены пластиковые трубки, и знакомое кресло с блестящими кольцами на колёсах.

К сожалению, лишившись детства, Виктория Седова не стала взрослой. Наоборот, инвалидность гипертрофированно усилила свойственные подросткам эгоизм, нетерпимость и себялюбие. Страдая сама, девушка буквально изводила свою мать мелочными придирками, то и дело впадая в истерику, устраивая безобразные скандалы по каждому поводу, и в конце концов вообще сбежала из дома, попытавшись покончить жизнь самоубийством, но вместо вечного покоя обрела кучу бед и неприятностей, попав в жестокий и дикий мир.

Вспомнив стремительно постаревшее лицо матери, Ника тихо завыла сквозь стиснутые зубы, чувствуя, что не в силах сдерживать рвущееся из груди рыдание.

Давно уже она так долго не плакала, разрываемая стыдом, сожалением и страхом перед будущим, поэтому смогла забыться в полудрёме лишь тогда, когда небо уже начинало сереть.

Видимо, помня о ночном происшествии, добрая вдова не стала будить постоялицу, позволив той проваляться почти до полудня.

С трудом сев на постели, девушка осоловело посмотрела на невольно вздёрнувшую белесые брови Ульпину и криво усмехнулась.

— Такая страшная?

— Вчера-то покрасивее были, госпожа, — опустив взгляд, буркнула рабыня. — Умываться то будете? А то обед скоро.

— Надо, — неохотно согласилась Ника.

Лениво пережёвывая разваренные овощи с редкими вкраплениями мяса, она подумала с грустной обречённостью: "Если так дело пойдёт, я с ума сойду от всех этих снов и мыслей. Надо срочно чем-то мозги занять".

Если в доме Септисов она могла бы поболтать с бабулей или двоюродной сестрой, а в дядюшкином имении были все возможности для тренировок, то попав в положение скрывающейся от властей преступницы, она оказалась буквально заперта в четырёх стенах.

У хозяйки квартиры и её невольницы хватало своих забот. Одна день деньской проводит возле ткацкого станка, другая ей помогает, а ещё таскает воду, выносит помои, разогревает еду, убирается, стирает. В общем, все при делах. Отвлекать их как-то не хочется, утруждать Константу покупками новых свитков — тоже.

Пару часов промаявшись от безделья, девушка наконец-то решилась взяться за то, чем напрямую обязан заниматься каждый уважающий себя попаданец, а именно осчастливить хроноаборигенов разнообразными достижениями современной путешественнику во времени цивилизации. И пусть она пока не обладает возможностью непосредственно подтянуть местный технический прогресс, ничего не мешает ей составить планы на перспективу.

Автомат Калашникова, промежуточный патрон и командирская башенка для Радланский Империи пока не актуальны. Да и не смыслит она ничего ни в химии, ни в металлургии, ни в механике.

Придётся вспомнить что-нибудь попроще. Например, приличное нижнее бельё. Сейчас ей ещё можно ходить без бюстгальтера. Но вот лет через десять, если она их конечно проживёт, сей предмет туалета очень даже пригодится.

Окрылённая идеей, Ника схватила так кстати приобретённую восковую табличку и записала название радланскими буквами, добавив к лифчику ещё и трусики.

В двадцать первом веке человека, кроме грандиозных достижений научно-технического прогресса, окружают тысячи мелочей, способных осчастливить любого из его далёких предков.

Девушка знала, что бумагу делают из целлюлозы, а ту, в свою очередь, из дерева. Вот только о технологии данного процесса она не имела никакого даже отдалённого представления. Так что в уборной по-прежнему придётся пользоваться мокрой губкой, тряпочкой или соломой.

А вот загружающийся горячими углями утюг — предмет достаточно простой, и вряд ли местная промышленность не справится с его производством, что, в свою очередь, открывает возможность для пошива гораздо более сложной и вычурной одежды, чей внешний вид не испортится окончательно после первой же стирки. Столь же просты и полезны: тёрка-шинковка, мясорубка и даже самовар! Да хоть тот же чайник с носиком, до которого как-то не додумались здешние гончары и медники. А есть ещё книгопечатание! Со свинцом здешние литейщики работают, перстни с геммами ювелиры вырезают. Надо только свести их вместе, и можно открывать эпоху просвещения. Рюкзаки, чемоданы на колёсиках.

Попаданка вспомнила, как удивилась, увидев, что местные ездят на лошадях без стремян. Хотя какие-то сёдла здесь уже применяют. Между тем, с опорой и забираться на добра коня легче и рубить сподручнее.

Весь остаток дня Ника лихорадочно вспоминала, с горьким сожалением отбрасывая всякие на первый взгляд простые приспособления, но об устройстве которых она не имела ни малейшего представления.

Перед сном девушка ещё раз пробежалась взглядом по испещрённой царапинами дощечке, ещё раз тщательно проверяя список, и, решив, что для начала более чем достаточно, до темноты переносила записи на папирус, благо письменные принадлежности всё ещё оставались в её комнате.

Потом когда, точнее если она сможет пройти и этот уровень смертельной игры, в которую превратилась её жизнь, надо будет ещё раз вернуться к этому вопросу, предварительно более подробно ознакомившись со здешним уровнем механизации.

Исчерпав свои познания в прикладных науках, попаданка попробовала замахнуться на фундаментальные. Разумеется, только в рамках курса общеобразовательной школы. Выспавшись за день, она лежала в темноте и размышляла. Почему бы заранее не открыть законы всемирного тяготения, сохранения энергии, третий Ньютона и единственный Архимеда? А атомная теория строения вещества и геоцентрическое строение Солнечной системы? У Ники аж дух захватило от перспектив обессмертить своё имя намного опередившими время открытиями и навеки прославиться непревзойдённой гениальностью.

Вот только как она будет объяснять происхождение этих сокровенных знаний? Чем сможет убедить местных седобородых мудрецов в том, что Земля вращается вокруг Солнца, а не наоборот, как они считают до сих пор вот уже много лет?

Девушка грустно усмехнулась подсматривавшим сквозь щели жалюзи звёздам. Нет, пожалуй торопиться с крушением основ здешнего мироздания не стоит. Слишком много авторитетов придётся сбросить с пьедесталов, заботливо воздвигнутых их сторонниками и почитателями. А подобного рода революции вызывают столь яростное бурление всем известной субстанции, что горячие и вонючие брызги летят во все стороны. И то, что ниспровергателем окажется женщина, только многократно усилит этот процесс. Ну, а надо ли принцессе ввязываться ещё и в это, ежеминутно рискуя обжечься и изваракаться? Печальный опыт общения с родственниками Вилита подсказал Нике, что после свадьбы у неё хватит проблем и без доказательств своей правоты в научных спорах. Нет, уже если она решит привнести знание из будущего в этот мир, действовать следует по-другому. Отыскать местные пытливые умы и через них исподволь вбрасывать новые идеи. В конце-концов какая разница, кто именно откроет Закон всемирного тяготения? А с неё хватит скромной славы покровительницы наук. Неужели Вилит откажет ей в такой малости. Да и поддержка учёных благотворно повлияет на имидж принца в радланском обществе.

С такими грандиозными планами она и заснула, а когда проснулась, то поняла, что всё это дело далёкого будущего. А чем заняться сейчас. Благодушное настроение постепенно исчезало, уступая место хандре. Как избавиться от вновь начавших ворочаться в глубине души мрачных мыслей? Если только опять воспользоваться опытом других попаданцев и "перепеть Высоцкого"? Или, в крайнем случае, Басту с Монеточкой?

Вспомнив реакцию верховной жрицы святилища богини Луны в Этригии на песню Виктора Цоя, девушка хмыкнула. Тогда остаются только сказки. Пересказать "Курочку Рябу", "Колобка" или даже "Царевну-лягушку" с "Дюймовочкой", конечно, гораздо проще, а значит, и быстрее. Если у них с Вилитом когда-нибудь будут дети, она обязательно познакомит их и с этими сказками. Но сейчас её главная задача занять время. Сделать прямой перевод тех же стихов гораздо труднее, тем более, что для начала их надо хотя бы вспомнить.