Чтение онлайн

Многие мужики даже не подозревали об этом, другие нашли подтверждение своим догадкам. Характерно, что больше всего мужики возмутились не самими преступлениями, а тем, что Скор не делился добычей с обществом. Именно жадность прежнего старосты стала последней гирькой, перевесившей симпатии выселковцев в пользу новых порядков. Буквально в течение двух часов Белову удалось радикально изменить точку зрения выселковских мужиков на ситуацию. Дом бывшего старейшины, его земельный надел и лошадь, отдали новому старосте, а всю семью Скора – жену с тремя девочками-подростками, увезли с собой в Бражинск. Основная задача новому старосте была поставлена, охрана рубежей и немедленное сообщение о врагах.

В Бражинск возвращалась целая флотилия из четырёх лодок, загружённых не только имуществом, но и домашним скотом бывшего старосты – овцами, курами, целую лодку заняли остатки парохода, которую удалось найти затопленной, самое ценное – подшипники. Их Слад, к счастью, не успел раскурочить. Ума у новоявленного кузнеца хватило лишь на изготовление из украденного металла ножей и наконечников для стрел. Корову решили привезти позднее, оставив её новому старосте. Попрощавшись с Топором, Белов поблагодарил того за поддержку, попросил помочь Выселкам в случае нападения на селение и ещё раз пригласил на торг в Бражинск, показав на остатки парохода и обещая много железных товаров. Тянул на своей моторке вверх по Сиве свой караван Белов очень медленно, но добрались засветло.

Закрыв перевязанного Скора в одной из бань, за неимением свободных сараев, его семью победитель разместил в только что выстроенном доме. Жена бывшего старосты с абсолютно сухими глазами держалась стойко, надо полагать, о преступлениях мужа она догадывалась, но вынужденно молчала. Бывшему сыщику понравилась её реакция, женщина явно не была преступницей и сможет воспитать детей без мужа. Самого Скора бражинец планировал продать ближайшему купцу, как можно быстрее. Держать рядом своего врага он не собирался, как и расправляться с ним. Не было в Русской Правде смертной казни, не было. Соблюдать законы за время службы в милиции отставной подполковник привык, как бы они не были плохи.

Родителям погибшего матроса, поскольку виновник смерти их сына бежал, старейшина Бражинска выплатил виру в размере пяти гривен. Таким образом, он брал на себя обязанность покарать преступника, чему угры обрадовались, так как боялись ссориться с сильным славянским селением.

– Ты сильный, ты сможешь, – поклонились они нашему герою, покидая Бражинск. Надо полагать, угры подразумевали его способность отомстить за убийство сына. Христианская мораль ещё не добралась до Приуралья, и право мести все аборигены считали своей обязанностью, как добросовестные люди. Отказ от мести они восприняли бы слабостью и, как это ни смешно, непорядочностью. Белов с удовольствием бы плюнул на месть, но, как говорят французы, положение обязывает. Снова пришлось ему взвалить на себя неприятную ношу. Как много собрал он обязательств за последний год и как бездарно провалил половину из них. Те же конокрады отделались лёгким испугом, изрядно попортив репутацию бражинцев, как беззубых, не способных защитить своё имущество людей. Хотя нет, если бы не конокрады, он не решился бы на дерзкую выходку с фактическим захватом соседних селений угров.

«Тут не знаешь, что с пленными россохинцами сделать, а мне ещё кровную месть подсунули!» – чертыхался про себя отставной сыщик, проверяя по вечерам и утрам контрольно-следовую полосу. Проблемы, как снежный ком, валились на Белова, не оставляя времени на достижение истинной цели – техническое прогрессорство.

«Ну, их всех к чёрту, если я собираюсь менять этот мир технически, чего я боюсь? Пусть привыкают жить по моей морали, не буду держаться их первобытных устоев! Буду менять всё, что происходит в жизни. Привыкли же все жители Бражинска соблюдать гигиену, говорить только по-русски, ходить в уборные, есть картошку и помидоры! Пусть привыкают, вернее, отвыкают от кровной мести. Хватит нам диких горцев на Кавказе в двадцать первом веке, своих подопечных я от этого точно отучу!» – много размышлял он на эту тему, мысленно обыгрывая все возможные варианты обеспечения безопасности своей семье и людям, поверившим в него. Ничего, что бы улучшило ситуацию кардинально, в голову не приходило. Ну, не супергерой он, а средний человек. Единственное, что понял твёрдо, надо готовить команду, хотя бы ту группу подростков, и усилить охрану Бражинска.

Всё лето, все погожие дни Белов посвятил усиленным тренировкам с подростками, привлекая к ним мужчин из числа молодожёнов, проживавших в Бражинске. Подростков в посёлке только постоянно проживало уже полсотни, две трети из них «заложники» из угорских селений и Выселков, самых крепких и толковых из аманатов он тоже привлёк в группу охраны. С ними сыщик и вёл занятия, остальные работали подручными у мастеров и по хозяйству. Всю торговлю взяли в свои руки жёны Белова, Лариса оказалась весьма практичной хозяйкой, умело торговалась с купцами, которые зачастили в посёлок. Кроме Окуня и его подручных, обеспечивавших запасы руды, шерсти и самоцветов, три купца с юга привезли много нефти, хлопка, тканей, кожаную обувь. Одному из южных купцов удалось сбыть Скора, с договорённостью, под хорошую скидку, что этот раб будет продан лишь в Усть-Итиле, не ближе. Одной проблемой у Белова стало меньше.

Зачастили местные купцы – булгары, даже два купца из Россоха не побоялись приехать. Они обеспечили посёлок запасом зерна и мёда. Серебро для закупок продуктов Белову даже не приходилось трогать, наработанных зимой запасов железных изделий хватило до осени. Понемногу увеличивался спрос на зажигалки, южане стали брать доски, особенно кромлёные. Белов дополнительно установил дисковую пилу на пилораме братьев Лопат, и почти все доски те стали кромить, что заметно повысило их товарный вид и востребованность. Порой он завидовал Третьяку, который подобрал себе единомышленников и отрабатывал получение новых образцов легированной стали, не обращая внимания ни на что вокруг себя. Глядя на парня, старший родич видел в нём своё отражение, он тоже был таким лет двадцать назад, увлечённым и бескорыстным, не замечающим ничего, кроме интересной работы. Увы, как глава большого хозяйства, сейчас Белов не мог позволить себе такой роскоши, как увлечённость. Ему приходилось быть циничным и предусмотрительным, прагматичным и осторожным.

С купцами из Россоха он подолгу беседовал, пытаясь через них наладить диалог с руководством города и избавиться от надоевших пленников, гирями висевших на его ногах. Хитрецы не сказали ни слова правды, явно были подосланы старейшинами родов для разведки. Сыщик уже не сомневался в предстоящем нападении западных соседей на Бражинск и постарался обезопасить посёлок. Главным образом велись тренировки по стрельбе из револьверов – с подростками из группы охраны. Надо ли говорить, что после первых же стрельб ребята буквально боготворили своего наставника, исполняя все указания в два раза быстрее. С учётом привлечённых в группу охраны аманатов, чьё содержание и воспитание были такими же, как для других подростков, Белову удалось наладить более или менее регулярное патрулировании КСП и выставлять постоянные секреты на самых вероятных путях подхода врага.

К концу лета староста Бражинска смог немного вздохнуть, убедившись в достаточно строгом несении караульной службы. Слишком велик оказался интерес к револьверам, чтобы ребята могли себе позволить баловство в вопросе охраны посёлка. Да и для отроков Приуралья, выросших в лесу, с детства привыкших к охоте, к многочасовому скрадыванию зверя, караульная служба не представляла трудности.

За лето рабочие научились строить очень быстро, буквально недели хватало для сдачи нового дома «под ключ», с двойными слюдяными окнами, двумя печами, крышей из черепицы. Свой дом Белов начал обкладывать кирпичом, опасаясь поджога, с увеличением внутренних помещений и строительством долгожданного пристроя на несколько комнат, в том числе личного кабинета и двух спален для обеих жён на втором этаже, рядом с общей спальней. На первом этаже дополнительно разместились отдельные комнаты для детей, две пока пустовали, так сказать, «на вырост». Одновременно пришлось построить два кирпичных склада для хранения горючих материалов, нефти, хлопка, тканей. Пользуясь световым днём, он работал до двадцати часов ежедневно, не чувствуя усталости, что его давно не удивляло. Всё-таки уже за сорок лет, а самочувствие после лечения у лекаря было как у двадцатилетнего – о чём-то подобном предупреждал Лей. Постригшись очередной раз, он с удивлением не обнаружил на голове ни единого седого волоса, три года назад седины было не меньше двух третей от всей шевелюры. Белову осталось только радоваться и отнести такое омоложение за счёт здорового образа жизни, хорошей экологии и отсутствия всякого начальства.

Ближе к сентябрю удалось закончить монтаж самодельного токарного станка, соединённого со вторым водяным колесом. К этому времени с помощью добавок марганца, хрома, вольфрама и никеля, которые удалось выделить из новых образцов руды, у Третьяка получились несколько образцов неплохой стали. Из них отковали десяток кирас и шлемов и два десятка заготовок под оружейные стволы. В химической мастерской работали уже восемь девушек, резко возросшее производство пороха позволило изготовить дополнительно две тысячи револьверных патронов, даже образовался небольшой запас взрывчатого вещества, его Белов оставил для подрывных работ. Уборочные работы Лариса организовала достаточно быстро, после чего начались традиционные праздники урожая и свадьбы.

Осень получилась богатой на свадьбы, проживание молодёжи без присмотра родителей в одном посёлке дало свой результат, только угры разных селений образовали девять пар, четверо россохских пленников буквально упали на колени перед Беловым, выпрашивая разрешения жениться на поселковских угорках. Пришлось принять клятву, снять с пленников «браслет заключённого» и оженить молодых. Тут же приехали пять девиц из Россоха, жены и подружки других пленников, решившиеся выйти замуж и осесть в Бражинске. Опять пришлось отпускать пленников, отмечать свадьбы и срочно строить ещё шесть домов. Белов не нарадовался такому успеху, надеясь обойтись без кровопролития. Пленников осталось всего пятеро, если их удастся пристроить, можно будет спустить конфликт с Россохом на тормозах.