Чтение онлайн

Оказывается, он без всяких усилий задерживал дыхание до десяти минут, мог поднять до полутонны груза на уровень пояса. Зрение и слух обострились, отставной сыщик уже давно не пользовался биноклем, неплохо видел в темноте, а в мотошлеме слышал всё вокруг нисколько не хуже, чем без него. Мышцы и связки стали необычайно эластичными, по просьбе Лея Белов легко сел на шпагат. В разговоре с чудином у него создалось впечатление, что лекарь недоговаривает что-то, но торопить его он не собирался. При прощании Лей попросил пациента больше общаться с животными, мысленно давать им команды, наблюдать за их исполнением.

Обратная дорога была привычной и быстрой, однако в Выселках, куда заехал Белов, его ждали неприятные новости. Буквально накануне вниз по Каме уплыл Слад, направляясь в Бражинск. С ним были две лодки, полные вооружённых людей с верховьев Камы. В Выселках Слад избил со своими подручными назначенного Беловым старосту и выгнал того из избы отца, пообещав вернуться обратно вместе с головой Белова. Слад звал выселковских жителей с собой, напасть на Бражинск, мужики благоразумно отсиделись дома и сыновей придержали. Зато гонца на лодочке, как обещали, направили в Бражинск – предупредить посёлок о нападении. Со слов выселковских жителей, со Сладом плыли до трёх десятков вооружённых ватажников, причём не меньше пяти человек при себе имели луки. Белов в темпе направился догонять обе лодки, опередившие его почти на сутки. Боясь, что Бражинск уже могут разграбить и сжечь, он не пытался маскироваться и шёл на моторе. Потому и настиг «войско» Слада возле устья Сивы, обе лодки сразу развернулись ему навстречу, издалека заслышав шум мотора.

Белов попытался подплыть ближе, чтобы поговорить со Сладом и его помощниками, отговорить от безрассудной мести, надеясь, что большинство людей Слада не знают об убийствах. Тот предвидел это желание бражинца и явно опасался его разговорчивости, опытный сыщик умел находить подход к людям. Поэтому лучники начали обстреливать отставного подполковника ещё за сотню метров до лодок. Он заглушил мотор и прикрыл его щитом, на скорую руку сколоченным в Выселках. Сам лёг на дно и спокойно подстрелил Слада, а затем всех замеченных лучников из неразлучного карабина. Стрелять приходилось в грудь, до пояса прикрывали высокие лодочные борта. Выстрелы с глушителем были практически не слышны, их результаты заметили только после падения последнего лучника. Моторная лодка медленно сближалась с двумя лодьями, на них начались крики и перебранка. Белов поравнялся с ними и спросил:

– Куда плывёте, болезные? Атаман ваш уже не годен, может, сговоримся, на меня поработаете?

– А ты кто такой шустрый, – удивились мужики спокойствию одинокого мужчины. – Сейчас как тяпнем по башке, будешь сам болезный.

– Я Белов, это меня грабить вас Слад нанял, разговор есть, пусть старшие выйдут на берег, я поговорю с ними… – Смельчак спокойно причалил к правому, крутому берегу и стал ждать переговорщиков. Перезаряженный карабин он держал в руках, поглядывая на разбойников и пересчитывая их. Без лучников и Слада Белов насчитал двадцать три мужика, в основном молодых, плохо вооружённых, практически без доспехов. Несколько кожаных жилетов доспехами считать трудно. На берег с каждой лодьи спрыгнуло по одному человеку, оба направились к нему.

Он первым начал разговор, показывая своим собеседникам, что считает уже решённым их отказ нападать на Бражинск, и принялся обговаривать условия найма разбойников для нападения на Россох. Агрессивно начав переговоры, он повёл разговор методом разъездного торговца, любое молчание собеседников считая согласием. На обоих главарей, привыкших к провинциальной неторопливости, это произвело неизгладимое впечатление, они едва успевали кивать головой на вопросы Белова. Переговоры выглядели примерно так:

– Поскольку Слад ранен и не сможет рассчитаться с вами, я предлагаю другой город для нападения. Слад уже говорил вам, что я очень богатый?

– Ну…

– Значит, я смогу расплатиться с вами независимо от того, сколько вы сможете награбить, так?

– Ну…

– Я даже предлагаю вам никуда не плыть и ни на кого не нападать. Вы становитесь лагерем на берегу неподалёку, через пару дней сюда приплывут нехорошие люди. Вы с берега их обстреливаете и при случае нападаете на лодки. Всё, что возьмёте, ваше. Людей отдадите мне. За драку каждому из вас полугривна, раненым гривна серебром. Согласны?

– Ну…

– Договорились, разбивайте ниже по течению лагерь, ждите меня с авансом. А это лично вам сверх договорённости, – Белов протянул обоим по серебряной гривне, – бражки привезти?

– Ага, – на этот вопрос, почему-то отреагировали главари очень быстро. Больше вопросов не имелось.

По указанию Белова обе лодьи ватажники спрятали в кустах, неподалёку разбили лагерь. Раненого Слада отставной сыщик забрал с собой и уплыл. В посёлке он отдал раненого его матери, лучше неё никто не присмотрит за сыном, но отрядил пару своих помощников присматривать за домом. Наутро он уже вернулся на берег Камы с мешком серебряных полугривен и парой ведёрных туесов самогона, вот и пригодился запас спиртного, простоявший почти год в погребе. Вокруг лагеря ватажников расположились наблюдатели из охранной группы подростков. На этот раз старейшина Бражинска уже подробно разъяснил задачу атаманам разбойников, наибольший срок ожидания определили в неделю. Все пятеро лучников оказались живы, трое были ранены достаточно легко, через пару дней уже могли стрелять. Засаду решили устраивать на реке Сиве, где нападать на лодки было легко с обоих берегов. Белов выдал разбойникам два топора и показал, где подрубить деревья, чтобы закрыть лодкам отступление. Проследив, как разбойники активно дегустируют самогон, он отплыл в Липовку, узнать результаты разведки.

Большинство шпионов ничего конкретного не сообщили, но паре девиц по советам Белова удалось раззадорить сына старейшины рода ельца вопросами. Тот брякнул девушкам, в желании прихвастнуть, что до полнолуния бражинским жителям придёт конец. До полнолуния оставалось пять дней, скорее всего, полнолуние имелось в виду ближайшее. Следовало спешить, информация пришла вовремя, не зря отставной подполковник засылал в Россох своих агентов. Проплывая через устье Сивы, сыщик проведал разбойников, пообещав привезти ещё самогона, главарям второй раз всё объяснил и наказал, чтобы людей зря не губили, за мёртвых ничего не заплатит. Затем проплыл немного вверх по Сиве, где поговорил с наблюдателями из подростков, которые следили за разбойниками круглосуточно, поставил им задачу. Ребята пылали предвкушением настоящего боя, к указаниям своего старейшины отнеслись исключительно внимательно, стремились выполнить всё правильно, не подвести наставника.

Дома ждал неприятный сюрприз, Слада, которого Белов оставил на лечение в доме его матери, ночью кто-то убил. Белов не сомневался, что это дело рук Петуня, но заниматься розыском не стал. Пришлось повиниться перед матерью Слада, выплатить ей виру за смерть сына и распорядиться насчёт похорон. Разные мысли приходили в голову Белову возле погребального костра, но сомнений в правоте своих поступков не было. Жизнь отучила отставного сыщика рефлексировать по поводу своих действий. Сделал, значит, отвечай, правильно или нет, всё равно отвечай. Он всегда отвечал за свои поступки, хорошие или плохие, и не боялся этого, хотя иногда и жалел о многом. После похорон Белов объявил всем собравшимся, что семья Скора находится под его защитой и любого, кто навредит матери Слада или его трём сестрам, старейшина найдёт и лично накажет без всякой виры.

Взяв с собой почти всех подростков-охранников, Белов отправился с запасом тёплой одежды, еды и самогона к засаде. Одежду и часть еды раздал своим сторожам, сидевшим в секретах выше ватажников по течению реки Сивы. Остатки продуктов и спиртное получили атаманы, для поддержания боевого духа своих бойцов. Сам Белов тоже остался вместе с атаманами, познакомиться плотнее, да и проконтролировать своих наёмников. Интересными людьми оказались эти ватажники, не обычные полууголовные наёмники, а некий прообраз будущего сибирского казачества. Жили ватажники в Соли-Камской, устраивая набеги за Камень, то есть за Уральские горы. В набегах мужики грабили или брали ясак с сибирских племён, те не всегда и сопротивлялись. Порой ватажники оставались зимовать за Уралом, сами добывали пушнину. Всё добытое привозили с собой, сбывали торговцам. Порой нанимались в охрану тем же купцам, так и жили. Не поймешь, кем были ватажники, с одной стороны – герои, освоители Сибири, с другой – типичные рэкетиры, «крышевавшие» зауральские угорские племена охотников. Хотя их атаманы оказались вполне вменяемыми людьми, способными на деловые отношения. Если в стычке с россохцами поведут себя нормально, отставной подполковник планировал привлекать ватагу к другим боевым задачам, пока не вырастит собственную дружину.

Ждать пришлось недолго, уже на второй день в устье Сивы уверенно зашли четыре лодки, по десятку вооружённых мужиков в каждой. Лодки шли полупустые, в расчёте на большой объём добычи. Эти мужики были экипированы значительно лучше ватажников, половина была одета в кожаные панцири с нашитыми костяными бляшками, а ещё несколько воинов, именно воинов, были в панцирях с металлическими бляхами. Белов даже разглядел у некоторых боевые топоры и мечи. Сразу после первых выстрелов лучников из засады он выбежал на берег, отвлекая внимание врагов. На этот раз решил стрелять из револьверов, лишняя реклама «крутяков» не помешает. Заблокированные в реке упавшими с двух сторон деревьями, воины могли высадиться только на песчаную косу правого берега, противоположный берег густо порос непролазной вербой.