Чтение онлайн

Собеседница покачала головой.

— Мать у него злая. Так она ещё старше меня. Того и гляди помрёт.

Фрея молча отхлебнула, морщась от жгуче-горького вкуса.

— Сынок у него ещё есть от первой жены, знаешь, наверное? — уже деловито заговорила Расторопная Белка. — Но он маленький совсем. Второй год только. Его Дальняя Осина выкормила вместе со своей дочкой. А теперь ты ему мамкой будешь. Неужто он тебе помешает?

От выпитого снадобья странно зашумело в голове. Веки отяжелели, а мысли, наоборот, попрыгали в разные стороны, как блохи на старой шкуре. Возвращая посуду собеседнице, девушка усмехнулась и пробормотала тяжело ворочающимся языком:

— Не помешает. Только как я замуж пойду, если меня от них тошнит?

Расторопная Белка вздрогнула, а Фрея продолжала, перейдя на родной язык.

— Я мужиков видеть спокойно не могу! Эти козлы мне всю жизнь испортили! Радость мля…

Это слово оказалось последним, что Фрее удалось выговорить более-менее членораздельно. Тяжко рухнув на ложе, она ещё долго бормотала про себя что-то бессвязное, пока отвар окончательно не погрузил её в сон.

Проснулась девушка от дикой головной боли, но первая попытка встать закончилась падением, от чего многострадальный череп едва не разлетелся на миллионы визжащих кусков. Предметы перед глазами расплывались, теряя форму, а во рту, словно всю ночь гадил весь род Палевых Рысей. Резь в кишечнике прибавила резвости. Она едва успела забраться в бурьян, стрелой промчавшись мимо уже приступившего к работе Мутного Глаза.

Вернувшись к очагу, девушка стала искать кувшин, но Расторопная Белка ехидно проинформировала, что за водой ещё нужно сходить, и всучила ей пустую посуду.

Фрея со стоном поплелась за водой, краем уха услышав озабоченный голос старухи.

— Сильно пересохла травка. Надо бы новой набрать.

— Злая лягушка, злая лягушка! — вдруг услышала она писклявые голоса, тупыми иглами царапавшие мозг.

Стайка ребятишек бежала за ней, приплясывая и кривляясь. — Злая лягушка, злая лягушка.

Девушка резко обернулась, собираясь ответить, но едва не упала от прострелившей голову боли. Плюнув в сторону кривлявшихся бесенят, она заторопилась к ручью, попутно заметив, что возившиеся у очагов женщины демонстративно поворачиваются к ней спиной.

— Вот стервы!

Почти бегом Фрея добежала до воды и стала с жадностью пить, чувствуя, как с каждым глотком притупляется давящая дурнота.

— Злая лягушка хочет выпить ручей! — закричала какая-то малявка в одних крошечных мокасинах. Другие малыши тут же поддержали её дружным писком.

Выпрямившись, девушка блаженно перевела дух.

— Вам, что делать нечего? — устало спросила она, добавив по-русски. — Сопляки!

Детишки замерли, испуганно уставившись на неё карими глазёнками. Потом очень дружно развернулись и с рёвом устремились к селению, так что только пятки засверкали.

Недоуменно пожав плечами им вслед, Фрея умылась и, наполнив кувшин, неторопливо направилась назад.

Реакция аратачек на её появление оказалась, мягко говоря, странной. Женщины дули в её сторону через головешку, очевидно отгоняя злые силы. Девушка мрачно хмыкнула.

"Им осталось только объявить меня злой колдуньей и сжечь на костре. Кажется, так делали когда-то в моём мире".

У их вигвама соседка что-то с жаром доказывала Расторопной Белке. Заметив Фрею, женщина быстро ушла, пугливо оглядываясь.

— Чего это она? — хмуро поинтересовалась девушка, передавая Мутному Глазу кувшин.

— Да вот говорит, что ты на детей хотела зло навести, — сурово поджав губы, ответила старуха.

"Так я и думала", — мрачно усмехнулась про себя Фрея.

— Что ты с ними сделала там, у ручья? — наседала Расторопная Белка, скрестив руки на груди.

— Я попросила их замолчать, — пожала плечами девушка. — Только на своём языке.

— Глупые женщины! — фыркнул Мутный Глаз, отрываясь от кувшина. — Да умей Бледная Лягушка колдовать, стала бы она бегать от Одинокого Ореха!

— А это тут при чём? — нахмурилась супруга.

— При том, — наставительно проговорил старик, вытирая мокрые губы. — С магией она сама бы справилась с "рысёнком". Лишила бы его мужской силы и всё!

Он засмеялся сухим, дребезжащим смехом, очень довольный своей шуткой.

— И осталось бы ему только глядеть на священный столб да завидовать.

Расторопная Белка досадливо махнула рукой на глупого мужа, а тот внезапно стал серьёзным.

— Только тебе, дочка, лучше сегодня людям глаза не мозолить. Посиди в вигваме.

— Лучше я за крапивой схожу, — предложила Фрея. — Наберу и сразу в ручей уложу, мне Лепесток Ромашки нужное место показала.

— А не забоишься одна в лес идти? — дрогнувшим голосом спросила старуха.

— Я недалеко, — успокоила её девушка, добавив через пару секунд. — Пусть будет то, что должно случиться.

— Ступай, — отведя взгляд в сторону, кивнул Мутный Глаз.

Фрея взяла корзину, коряво сшитые рукавицы и каменный нож. Расторопная Белка подала ей кусок старого, вареного мяса с душком да три желудёвые лепёшки. Девушка поняла, что раньше ужина её не ждут.

Ну, что же, будет время всё как следует обдумать, а может, и покончить со всем прямо там в лесу. Она в который раз машинально потрогала шрам на запястье.

Фрея перебросила через плечо ремень, вскинула голову, и ни на кого не глядя, направилась к лесу. Путь к подходящим зарослям шёл мимо священного столба, возле которого жарился на солнышке привязанный Одинокий Орех. Вначале она решила обогнуть это место стороной. Но потом передумала и гордо прошла мимо, услышав вслед злобное шипение толстой жены вождя, возившейся у своего вигвама.

Девушка знала, что большинство аратачек начинают замачивать крапиву сразу после заготовки жёлудей. Считалось, что именно в эту пору стебли лучше всего подходят для изготовления пряжи. Правда, некоторые женщины предпочитали собирать их вообще ранней весной. В этом случае снег и дождь за зиму успевали размягчить растения, и те требовали гораздо меньшей обработки.

Но Фрея, изведя почти все нитки у Расторопной Белки, решила поторопиться. Скоро начнётся заготовка жёлудей, в которой принимают участие все женщины рода. Так что и ей не миновать этого весёлого и увлекательного занятия. Неизвестно, сколько оно продлится, но всё это время крапива будет спокойно отмыкать. Потом её придётся ещё сушить, разминать, отбивать, трепать, чесать деревянными гребнями. В общем, ещё целая куча дел.

Но надо же когда-то начинать? А уж придётся ли ей заканчивать, будет видно. Но первым делом следовало изготовить нечто, чем можно удержать пучки крапивы на дне. Обычно аратачи пользовались решётками, связанными из толстых веток. На которые сверху клали камни. Булыжников разной величины вокруг валялось достаточное количество, но вот сооружать из палок что-либо у девушки не было ни сил, ни желания. Недолго думая, она просто привязала булыган к толстой ветке и на этом успокоилась.

Видимо, Лепесток Ромашки не зря рекомендовала именно эту заводь, дно которой оказалось, выложено камнем. Убедившись, что ёмкость для отмачивания и подходящий инструмент в наличии, Фрея направилась за сырьём.