Чтение онлайн

И ничего тут не поделаешь — такова суровая проза жизни! Вернее, сама жизнь диктует свои жестокие правила!

— Сколько найдется тех, кто решится выступить за новую сецессию?

— Немного, сеньор альмиранте, даже мало, к нашему сожалению. Среди солдат и офицеров американских войск, что попали к нам в плен, под знамена Конфедерации, которые вы так вовремя вывесили, чуть больше четырех сотен, из них два офицера — пожилой майор, бывший в армии в то время сержантом, и сын подполковника, что командовал батальоном в армии Ли. И это из шестнадцати тысяч янки — только один из сорока пленных оказался из «южан», что не забыли старые счеты. Может быть их будет и больше, но нужно время для уговоров.

— А какова пропорция у моряков — мы захватили экипажи большинства кораблей, что-то около пяти тысяч?

— Еще хуже — только семь десятков, и ни одного офицера, сеньор альмиранте. Но зато из команд пароходов решили заняться каперством более трехсот моряков, среди которых даже полдесятка отставных офицеров Королевского Флота. И двое, уже пожилых, оказались настолько яростными противниками янки, что добровольно согласились перейти на «Алабаму». Почти совсем как вы, сеньор альмиранте.

Намек Рамосу не понравился, но «легенду» уже никуда не денешь, она жила своей жизнью. В гавани Гаваны стояли два быстроходных вооруженных парохода, захваченных у янки, и были они не под испанскими флагами, а «косым» синим крестом с белыми звездами на алом поле. Корабли давно несуществующего государства, сгинувшего треть века тому назад, которое недавно «воскресло» в таком своеобразном виде.

— По моим подсчетам в «южных» штатах, что входили в Конфедерацию, только каждый десятый житель симпатизирует ее идеям. Редко где четверть, максимум даже половина — но то в небольших городках. Но польза от мятежей будет, хотя инсургентов поголовно быстро перебьют. Они отвлекут внимание, Вашингтон охотнее пойдет на мир с нами, а мы выбьем лучшее условия при заключении договора. Хоть так нам пользу сослужат!

Предельно цинично прозвучали слова, но искренне — и Рамос хорошо понимал этого полковника, что не озадачивался людскими судьбами…

— Это же какая-то запредельная наглость — отобрать у тигра мясо, подергать за усы и нагадить в чашку, которую потом еще разбить об голову, чтобы вся «начинка» вниз пошла.

Сергея Ивановича разбирал нервный смех, хотя на самом деле он прекрасно понимал, что начинает чистейшую авантюру, с шансами один к пяти, не больше. Но недаром говорят, что аппетит приходит во время еды — в Мадриде началось «головокружение от успехов», хотя маршал Рамон Бланко и вице-адмирал Паскуаль Сервера только на середине Атлантики, благо плывут не на пароходе, а на броненосце, способном выдать десять узлов крейсерского хода и дойти от Пуэрто-Рико до Кадиса без бункеровки. В поход «Альмиранте Окендо» отправился без своего командира и части команды — Ласага со своими моряками осваивал в Гуантанамо «Бруклин», который получил значимое для испанского флота имя трагически погибшего в шторм крейсера «Реина Регенте». А вот с маршалом и Серверой отправился крейсер «Нью-Арк», также получивший новое имя — «Реина Кристина», флагмана контр-адмирала Монтохо, погибшего в бою в Манильской бухте. Туда же корабль и назначен, с трехнедельной остановкой в Кадисе на ремонт и установку более новых шестидюймовых пушек, трофейных. Команду доукомплектуют, и корабль пойдет на Филиппины с бункеровками в Джибути и Сингапуре — у него расчетная дальность плавания в четыре тысячи миль, как у броненосца. Адмирал Сервера решил, что там нужен хотя бы один небольшой крейсер для поддержки «Пелайо», так как «император» может действовать отдельно — у него скорость больше, как и дальность плавания.

Однако филиппинская экспедиция с неизбежным вторым сражением, дело отдаленного будущего, отряду контр-адмирала Камары еще идти и идти. А вот в Карибском море дела более чем серьезные начинаются — надлежит провести десантную операцию, благо американцы заранее приготовили для нее все транспорты с необходимыми грузами, и сами пришли в Гуантанамо, где все это добро досталось победителям — торжествующим испанцам. Теперь все пойдет обратным ходом в Тампу, но вместо одной дивизии перебросят три бригады, выделенные из корпусов, с лучшими солдатами и офицерами. Решено занять Флориду, и по возможности высадить десант в Нью-Орлеан, заперев устье Миссисипи. А там остается только смотреть, как дела пойдут, однако больших надежд не имелось.

Если «южане» не выступят, а Техас не поддержит, шансов нет никаких, а на Мексику пока возлагать особые надежды не стоит. Тамошний президент Диас известен одной своей фразой — «Бедная Мексика! Ты так далека от Бога, и так близка к САСШ»!

— Надеюсь, дон Виктор, на нас нападут американские большие крейсера, это было бы как раз кстати — они единственные, кого надо опасаться. Все же у «Колумбии» и «Миннеаполиса» скорость в 22 узла и огромная дальность плавания. Как бы они не перехватили наши крейсера с маршалом.

— На «Окендо» одна пушка главного калибра, мы все 140 мм снаряды для него собрали, а на новой «реине» дюжина шестидюймовых пушек, и двойной боекомплект. Так что отобьются, — уверенно отозвался капитан де навио Конкас, что оставаясь командиром «Инфанты Марии Терезии», стал начальником штаба Практической Эскадры. А вот контр-адмирал Хоакин Бустаменте был назначен капитаном порта Гаваны, вторая значимая должность в Вест-Индии у моряков. В столице доки и мастерские, небольшая верфь — по местным меркам «крупнейший» и единственный «промышленный центр», а вторым является Сантьяго, из которого эскадра едва выбралась.

Именно сюда первыми пришли три броненосца Серверы, в сопровождении двух быстроходных яхт, что служили при них в качестве авизо, но не в саму Гавану — внезапно на рассвете напали на Ки-Уэст, американскую базу на островах Флорида-Кис, что нависала над Гаваной в непосредственной близости, по морским меркам. Именно отсюда вышли к кубинскому побережью броненосцы контр-адмирала Симпсона и командора Шлея, погибших в бою — первый в ночном бою у Сантьяго ушел на дно на флагманском «Нью-Йорке», второй погиб в Гуантанамо на мостике «Бруклина». Нападение оказалось шокирующим для американцев — те как раз только узнали о произошедшей катастрофе у Сантьяго, и находились в состоянии близком к полной прострации. Так что сопротивляться толком не смогли — две небольшие канонерские лодки с четырехдюймовыми пушками, небронированный авизо «Долфин» с парой таких же орудий, три вооруженных транспорта и миноносец с разобранными машинами.

Играть в героическую «гибель эскадры» никто не стал, «трофеи» и укрепления были захвачены десантом с яхт, и подошедшего старого крейсера «Альфонсо XII». Сервера действовал необычайно решительно — Сергей Иванович никогда бы не подумал, что адмирал на такое способен. И главное — были захвачены пятидюймовые морские скорострельные пушки, так что на каждой из двух оставшихся «инфант» за две недели заменили артиллерию на палубной батарее, благо орудия были легче 140 мм «гонтория». Торопились с работами как могли, но кораблям требовался короткий ремонт, да и днища нужно очистить, заросли после переходов в тропических водах, да на стоянках. Зато теперь обе «инфанты» с «Колоном» были готовы встретить неприятеля во всеоружии — три броненосных крейсера существенная сила, когда у противника нет ничего подобного кроме мониторов, полудюжины бронепалубных крейсеров, десятка канонерских лодок, да вооруженных пароходов. Впрочем, последних и в испанской эскадре было полдесятка, да к ним можно было приплюсовать два кораблями под «конфедератскими» флагами.

Именно на них делалась ставка — на жителей Тампы и всей Флориды появление соотечественников должно произвести определенное воздействие правда, пока неясно какое…

— Сеньоры, я очень надеюсь на вашу распорядительность и энергию. У нас идет война с очень сильным, коварным и подлым врагом, способным на любую подлость. Посмотрите на «Мэн» — водолазы обследовали корабль, взрыв произошел внутри, причем большинство погибших нижние чины, а вот офицеры не пострадали. И это все засвидетельствовали иностранные военные наблюдатели, люди беспристрастные и уважаемые.

Контр-адмирал Бустаменте остановился и внимательно посмотрел на сидящих перед ним офицеров, отличившихся при защите Карденаса от нападений американских кораблей. Посмотрел на обильную седину в их волосах и бородках, невесело усмехнулся — продвижение по чинам в испанском флоте шло чрезвычайно медленно, в виду того что боевых кораблей недоставало, а потому соответствующие для повышения должности в штатах состава не предусматривались. Ведь нужно выплачивать дополнительное жалование, а это лишние расходы для казначейства, которое всячески боролось за «экономию» каждой песеты. В результате такого столкновения интересов какие-либо дополнительные ассигнования получить было неимоверно трудно.