Чтение онлайн

— Иди за ним, — наконец приказал воевода жрецу. — Мы не можем стоять здесь вечно. Может, что-то случилось!

Тот одарил его самым мрачным взглядом, который только можно было вообразить. Верег осклабился, готовясь вступить в жёсткие пререкания. Но тут засов щёлкнул, и дверь отворилась. За ней стоял мокрый с головы до ног Рогл — аж на землю текло.

— Я вышел почему-то в реке, — поспешил он объясниться. — Еле выбрался.

— Тебе ещё учиться и учиться, — снисходительно вздохнул Зорен и первым вошёл внутрь.

Там было жарко, точно в самых глубоких червоточинах Пекла. Оружейная освещалась всего одним факелом, и из темноты едва проступали очертания клинков, топоров и ещё Боги знают, чего, в изобилии развешанного Вороном на стенах и выставленного в держателях. Не всё было сработано его рукой. Поговаривали, что часть оружия Ворон забрал у убитых им людей или учеников, что не смогли пройти все испытания. От этого шевелились волосы на голове. Уж слишком много тут было трофеев по виду явно из других земель, даже гораздо более простого, чем хадымское, исполнения.

Млада прислушалась, ожидая распознать зов Призрака, но ничего не услышала. Неужели его здесь нет?

Хальвдан за руку потянул её дальше.

— Потом вернёмся.

В полумраке кузни ярко полыхал разожжённый горн. Хозяин-то не боялся спалить здесь всё дотла, раз никогда на тушил огонь. Точно символ своего могущества — в своём доме и своей кузне он Бог, и всё подчиняется одному его слову.

Все на миг замерли, завороженно разглядывая пламя, что будто бы жило своей жизнью и властвовало здесь безраздельно. Казалось даже, что подойдёшь — и тут же оно набросится, как изголодавшийся зверь, которого хозяин долго держал взаперти. Но огонь не встретил гостей яростью и безумием преданного стража, а потому те, очнувшись, принялись за дело.

Хальвдан взялся разворачивать посох, Зорен пошёл к стойке с инструментами за клещами с длинными ручками. Рогл и Млада остались сторожить вход.

Но не успел верег натянуть рукавицы, как снаружи послышались неровные, спотыкающиеся шаги, и вошла Ведана. Не одна. Придерживая сзади за шею, её вёл Ворон. В другой руке он сжимал кинжал, почти такой же, какой преподнёс Ставру после обучения. На скуле сестры расплывался солидный кровоподтёк, а на груди и плечах обнажённого по пояс Мастера алели длинные царапины: похоже, не сразу она позволила себя ударить и привести сюда.

За ними следом вошли пятеро стражников, невозмутимых и молчаливых, как обычно, словно были они не людьми, а големами из самого Забвения. Кто знает, может, так оно и есть. Млада никогда не слышала ни от одного из них и слова.

Хальвдан схватил посох и замахнулся, собираясь бросить в огонь.

— Бросишь, снесу ей голову, — Ворон откинул со лба растрёпанные волосы. Однако кинжала даже к горлу Веданы не приставил.

Но Млада не сомневалась, что он убьёт её быстрее, чем верег успеет разжать пальцы. Она лишь в готовности положила ладони на рукояти меча и ножа. Вперилась взглядом в Ворона, ожидая удобного момента. Сестра беспомощно шарила взглядом по лицам остальных, будто испрашивая прощения. Их шаткая задумка с треском рушилась в бездну.

— Пусти её, — процедила Млада. Она умела двигаться так же молниеносно, как Мастер, но опасалась, что всё равно не сможет ему помешать. Пусть и разделяли их всего пара шагов.

— Знаешь, а она и правда очень на тебя похожа, — Мастер погладил Ведану по затылку и шее. — И так же прекрасна в ярости. Только ты попыталась бы убить меня не ядом, а ножом, которые любишь больше мужчин. Я даже почти поверил, что она захотела провести со мной ночь, уж как словами ласкала — заслушаешься. Этот старик, верно, ей наскучил, — он кивнул на Зорена. Тот нехорошо оскалился. — Но вы всё же не оценили моего гостеприимства. Очень жаль.

— Послушай, Ворон… — осторожно начал Хальвдан на ариванском, делая обманное движение, будто собирается убрать руку.

— Взять их! — не дослушав, рявкнул Мастер. — Девчонку отведёте ко мне. Остальных убить.

Стражники разом шагнули в стороны из-за его спины, вынимая оружие. Млада выхватила нож: мечом тут особо не размахнёшься, как бы сестру случайно не зарубить. Тяжёлые клещи с лязгом пролетели через всю кузню, и врезались бы Ворону в висок, если бы он не увернулся. На миг Мастер разжал пальцы, Ведана отшатнулась, уходя от его рук.

Млада сделала шаг в сторону, занимая более удобное положение, и вынула меч. Рубанула подоспевшего стражника по горлу и отшвырнула ударом ноги на Ворона. Хальвдан бросил посох в горн, а Зорен принялся качать меха, раздувая пламя жарче, хотя казалось, что больше некуда. Рогл отступил в угол кузни с ножом наготове: стражник уже настигал его. Хальвдан подоспел сзади с секирой и страшным ударом почти снёс тому голову с плеч. Тут же встретил на рукоять клинок другого противника.

Ворон сбросил с себя тяжёлую тушу мёртвого стража и встал. Напрочь позабыв о Ведане, он ринулся не убивать зарвавшихся гостей, а к печи — достать посох из огня. Млада кинулась ему наперерез, но ей помешал очередной стражник.

На полпути Мастер вдруг споткнулся, хотя под ноги ему ничего не попало, и рухнул на колени. Он попытался встать, изрыгая проклятия вперемешку с мольбами о пощаде, обращённые невесть к кому, но лишь снова ухнулся пластом.

Млада отбилась от стражника, который вдруг стал слишком медлительным. Хальвдан вынул секиру из груди только убитого противника и шагнул к Мастеру, зло вытирая кровь с щеки. Но подойдя ближе, замер в недоумении, когда тот вдруг нечеловечески взвыл.

Над горном разрасталось тёмное облако, шипя, словно клубок змей. Размазались, поплыли стены кузни, и сквозь них проступили очертания мира, похожего на здешний, но словно вывернутого наизнанку. Мутный свет падал на поросшие чёрной травой равнины за ржавым забором, и шелестел вокруг сухими ветками давным-давно мёртвый сад. Оттуда веяло смертью и безвременьем застывшей в камень смолы. А издалека двигалась к кузне кишащая рать — только дай волю, и вырвутся на свободу невообразимые чудища, что составляли это жуткое воинство.

Зорен вдруг выпустил рукоять меха, пошатнулся и тяжело опёрся на полупрозрачную стену спиной. Он схватился за ворот плаща, пытаясь развязать его, словно тот мешал ему дышать. Зыбкая преграда между мирами начала обволакивать его, затягивать вовнутрь. Морщины на лице жреца становились глубже, а волосы белели, будто их присыпало снегом. Руки иссыхали, точно ветки, и сплошь покрывались старческими пятнами, а глаза превращались в слепые бельма.

Ведана вскочила с пола и кинулась к нему в бессмысленной попытке спасти. Но Хальвдан перехватил её за пояс, остановил, крепко обхватив руками.

— Ты ничем ему не поможешь.

Сестра рванулась несколько раз и замерла в обречённом бессилии, тихо подвывая и давясь слезами.

Ворон корчился на полу, закрыв лицо руками. В его разметавшихся волосах седых прядей становилось больше, чем чёрных. Холёное тело теряло силу и гладкость, проступали под сморщенной кожей кости.

— Я не хотел, Корибут! Не хотел! — голосил он и царапал пальцами щёки, будто хотел удержать ускользающую от него молодость и красоту.

Млада подошла и нависла над ним. Ворон на миг замолчал и посмотрел на неё тусклыми глазами, ненавидяще ощерившись.