Чтение онлайн

Страх? Нет, не было такого. Только легкое удивление и еще один закономерный вопрос:

– А есть способ определить, что именно обозначает метка? Дуэль или расправу?

– Мм-м… – протянул монстр. – Возможно, это написано на обратной стороне.

Я не сразу сообразила, что мне предлагают взять черный кругляшок в руки, и тут же поморщилась. Просто это Полар! Мир, наполненный магией! Вдруг эта метка заколдована? Вдруг я умру от одного прикосновения?

– Даша, что? – ворвался в мысли требовательный голос монстра.

– Боюсь, там какое-нибудь заклинание, – пояснила уже вслух.

Ответ прозвучал не сразу и был несколько неожиданным:

– А пусть Кузьма посмотрит.

– Кузьма?

Услыхавший свое имя твир тут же спрыгнул с кровати, на которой лежал все это время, и посеменил к двери. Я, подумав, последовала за ним.

Прежде чем подпустить «котика» к метке, мне пришлось выглянуть из убежища и убедиться, что коридор пуст. А парой секунд позже, когда Кузя обнюхал черный кругляш, я услышала писклявое:

– Магии не-ет.

Вот только брать эту штуку в руки по-прежнему не хотелось. Поэтому, едва твир отошел, я снова закрыла дверь и отправилась за косметическим пинцетом. Именно с его помощью подняла со ступени черный кружок и внимательно осмотрела на предмет каких-либо надписей или символов.

– Ну что там? – не вытерпев, спросил Зяба.

– Ничего, – ответила я. Вновь закрыла дверь и поспешила к напольному зеркалу.

Короткая демонстрация метки, выполненной, кстати, из материала, внешне похожего на тонкую резину, результатов не принесла – Зяба, как и я, никаких надписей-символов не увидел. Но тут же выдвинул версию:

– Это, как понимаю, от Селены, – скривившись, сказал монстр.

Я хотела кивнуть, но замерла. Просто вспомнилось кое-что…

– Знаешь, а Селена не единственная, кто мог подсунуть такое.

– То есть? – откликнулся Кракозябр. И добавил хмуро: – Есть что-то, чего я не знаю?

Способность путешествовать по всем близлежащим зеркалам к призраку, конечно, вернулась, но видеть то, что произошло в лекционной аудитории, он реально не мог. Пришлось рассказывать:

– Вчера Эмиль вел у нас замену. Он закончил лекцию раньше, отпустил всех, а меня попросил остаться. А потом… – Тут я невольно запнулась, но все-таки договорила: – …потом мы целовались, и Велора нас застукала.

Рот монстра тут же растянулся в широченной зубастой улыбке.

– Ну что ж вы так неосторожно? – с наигранным сожалением протянул кшерианец. – Как дети, честное слово.

– Не смешно, – буркнула я, хотя самой тоже улыбаться захотелось. – Велора по Эмилю давно вздыхает, а тут такая сцена. Вдобавок Эмиль ее за вторжение отчитал, а это, знаешь ли, тоже неприятно. Так что, возможно, метку именно Велора прислала. И ей, кстати, проще – ведь Велора огневичка, а Селена…

– Доступ в общежитие факультета Огня для Селены никто не отменял, – перебил Зяба. – Но ты права.

Угу. Вот только что в этой ситуации делать?

– Зяб, что мне делать? – спросила уже вслух. – Как реагировать?

– Да никак, – отозвался призрачный собеседник, поморщившись. – Метка чистая, а значит, не последняя. Вот когда пришлют то же самое, но с датой, или с датой, местом и временем, тогда и будешь нервничать.

Меня такое предложение, разумеется, не впечатлило. Но прежде чем взбрыкнуть, я решила прояснить технический момент:

– Если на метке только дата, то это означает расправу? А место и время – приглашение на дуэль?

– Ага, – подтвердил чешуйчатый. И, видя мою кислую физиономию, продолжил: – Дашка, я не шучу. Нервничать действительно рано. Во-первых, как я уже сказал, метка чистая. Во-вторых, мы вот-вот покинем академию, и все эти мстительные девицы ни в жизнь до тебя не доберутся. В-третьих, я присмотрю и за Селеной, и за Велорой, и как только узнаю, кто именно к тебе лезет, сразу сообщу Эмилю. Он разберется.

Последнее ввергло в легкий ступор. Что, простите? Сообщу Эмилю? Он серьезно?

– Зя-яб… – протянула я.

– Что? – тут же откликнулся кшерианец.

– Зяб, а давай обойдемся без доносов?

Призрак подарил недоуменный взгляд, а я шумно вздохнула и пояснила, подражая тону самого монстра:

– Во-первых, не хочу втягивать Эмиля в женские разборки. Во-вторых, если что, я и сама в состоянии ему рассказать.

– Так не хочешь или расскажешь? – решил доковыряться чешуйчатый.

– Не хочу! – сообщила я. – Но если дело примет серьезный оборот, то, разумеется, скажу. – И добавила уже мягче: – Зяба, ты же знаешь, что я не из тех, кто ищет неприятности.

– Угу, – буркнул собеседник. – Неприятности находят тебя сами.

Не выдержав, я скорчила Кракозябру гримасу, но все равно при своем осталась.

– Зяба, я не шучу. Не смей доносить Эмилю. Понял?

Монстр картинно закатил глаза и, пробормотав нечто невнятное, но сильно похожее на согласие, растворился в зеркале. А я осталась! С Кузей и «черной меткой», которую, как и прежде, держала пинцетом. И, разумеется, у меня возник еще один важный вопрос:

– Зяб, а что с этой штукой делать-то?

– Ничего, – ответил ставший невидимым собеседник. – Выброси и забудь.

Так я в итоге и поступила. Правда, выбросила метку не куда-нибудь, а в унитаз, и пинцет с мылом промыла. А потом, помянув тихим, но очень злым словом обеих подозреваемых девиц, отправилась в учебное крыло – увы, но на завтрак я безнадежно опоздала.

Несмотря на бурное начало, учебная неделя прошла довольно спокойно. Я, как обычно, ходила на лекции и семинары, вела конспекты и даже время для самостоятельной работы с учебниками находила.

Единственным по-настоящему заметным событием стала очередная тренировка с Дорсом, которая состоялась в среду, вместо дополнительного занятия с Эмилем. Вернее, эта тренировка и была дополнительным занятием. Просто один декан ловко свалил свои обязанности на короля «вражеского» факультета.

Своих мотивов Глун не озвучивал, но они были в принципе прозрачны – предстоящее возвращение в империю прибавило шпиону хлопот, и времени на «глупости» у него не осталось. Плюс моя возросшая сила требовала именно медитации, а медитация – не магия, тут наставник не нужен, достаточно того, кто может присмотреть. Ну и еще кое-что – Эмиль точно был раздосадован и слегка… мстил. Причем не мне, а Дорсу.