Чтение онлайн

– Прочту их внимательно. Наверное, разгадка кроется где-то в текстах.

* * *

Остаток дня прошёл довольно быстро. Гермиона помогала с послепраздничной уборкой, отбывали многочисленные родственники, оставшиеся ночевать в Норе; Гарри кидался на мистера Уизли из-за каждого угла, налетая с ураганом укоризны в глазах, а Рон неожиданно обиделся из-за холодности своей непокорной подружки и вообще куда-то пропал на полдня.

Джинни выглядела отвратительно. Утром Гермиона долго помогала ей привести опухшие и красные глаза в нормальное состояние, а днём старалась поддерживать, но выходило не особо успешно.

Наблюдающей за попытками Гарри переубедить мистера Уизли, за Гарри, полностью увлечённым собой и своими проблемами, Гермионе стало так жаль девушку, что она даже позабыла о своих личных треволнениях и загадочном наследстве, полностью переключившись на горести подруги.

– Он тебя не стоит, – тихо убеждала она, пока ведьмы расставляли посуду на обеденном столе. – Поверь, Джинни.

– Или я его… Что я делаю не так?

– Что бы ты ни делала… Гарри живёт в своём мире – даже самая красивая, умная и любящая женщина сейчас не затмит для него ненависти к Северусу и желания поскорее уничтожить врага.

– Наверно… Как ты назвала Снейпа? – внезапно сощурилась Джинни.

– Я… э… Пошутила, – прикусила губу неосторожная ведьма. – Ха-ха. А где вилки? Постой, сейчас их принесу!

* * *

Изучение старой книги сказок так ничего и не дало, хотя Гермиона не собиралась сдаваться. Но ей было над чем поразмыслить и без этого.

Гриффиндорка уже поняла со всей очевидностью, что не только с Гарри и Роном, но и со старшими представителями семьи Уизли нечего и думать заводить речь о возможности переговоров с Волдемортом. Её даже не попытаются услышать.

Миссис Уизли, под игом которой негласно находились все остальные представители этой фамилии, во всяком случае, во время обитания в Норе, была настроена более чем категорично. Она не допускала и мысли о том, чтобы дети были вовлечены в войну. Причём в категорию «дети» попадали у неё не только закадычное трио, но и даже совершеннолетние и самостоятельные близнецы.

«Вы слишком юные для этого», – твердила миссис Уизли и сим парировала любые попытки не только помочь в борьбе с Волдемортом, но и даже просто узнать что-либо о планах и соображениях Ордена Феникса.

Молли была до глубины души возмущена существованием таинственного «задания», которое дал Гарри и его друзьям покойный директор. Каждый новый день с утра и до поздней ночи она всеми правдами и неправдами пыталась узнать о дальнейших планах героя магического мира и о том, что за миссию возложил на него Дамблдор. И, хотя успеха в этом ей добиться не удалось, Молли не сдавалась.

Гермиона не была столь наивна, чтобы предполагать, будто миссис Уизли иначе как с паническим ужасом сможет воспринять идею переговоров и гипотетических соглашений; или весть о том, что Гермиона эти «переговоры» уже начала и что на плече подруги её детей красуется Чёрная Метка.

Вместе с Молли выпали из списка возможных конфидентов и все остальные Уизли – слишком уж велико влияние жены и матери в этом семействе.

Во время свадебной вечеринки Гермиона осторожно присматривалась под новым углом и к другим присутствующим членам Ордена.

Человек, с которым можно затеять подобный разговор, должен быть ей очень хорошо знаком. А таковых, за вычетом многочисленных Уизли, в Ордене Феникса было не столь много. Собственно, Гермиона всерьёз размышляла только над кандидатурами Люпина и Тонкс.

Но пришла к выводу, что новоиспечённая миссис Люпин слишком безответственна, к тому же ещё и увлечена сейчас своими личными делами куда больше, чем судьбами мира. Кроме того, даже убеди она Тонкс – это вовсе не поможет делу. Уж кого-кого слушать не станут…

А сам Люпин выглядел настолько замученным, обеспокоенным и несчастным, что в данной ситуации подходил Гермионе ещё меньше, чем его молодая жена.

В общем, наследница Тёмного Лорда оказывалась в сложном положении.

По большому счёту, на роль возможной наперсницы сколько-нибудь подходила только Минерва МакГонагалл. Но с ней Гермиона совсем не общалась в неформальной обстановке. И, хоть отношения между лучшей ученицей школы и деканом Гриффиндора сложились замечательные, они никогда не были особо близки. А такой разговор не заведёшь с бухты-барахты. Нужно осторожно, потихоньку… МакГонагалл и на свадьбе-то не было. Оставалась школа. Но и там вся эта затея выглядела более чем туманно.

Собственно, кроме Хогвартса, было ещё одно место, где Гермиона могла повстречать теперешнюю главу Ордена Феникса. А именно старый дом на площади Гриммо, штаб всей организации. Место, куда, судя по упрямству Гарри, они в любом случае на этих каникулах попадут; место, куда Гермионе очень следовало, и куда она очень боялась приходить.

Потому что на полках в гостиной, в многолетней пыли и паутине затаился медальон, который Гермионе придётся положить на одну из чаш весов, положить своими руками. И чем больше она общалась этим летом с Гарри, на которого как будто раскрылись глаза, тем менее была способна передать Хоркрукс в его руки.

Но найти и отдать медальон Волдеморту – это был слишком категоричный шаг. А если она просто запуталась, если впоследствии ей придётся жалеть об этом всю свою жизнь?

И всё равно побывать на площади Гриммо было необходимо.

Джинни Уизли с каждым днём становилась всё сумрачнее, а Гарри всё раздражённее и обиженнее. Потеряв уехавшую вместе с сёстрами и родителями на родину Амели, Рон тоже сделался мрачным и злым. Пытался пару раз подкатиться к разрываемой бесконечными сомнениями Гермионе – выслушал много грубостей.

– Знаешь, что?! – однажды выпалил Рон вечером, когда они стояли за Норой. – Нечего строить из себя разобиженную, понятно?! Поверь, я не хочу, чтобы в школе на всех углах стали трепаться, что меня кинули! Ты моя девушка, Гермиона!

– А теперь послушай меня, – холодно сказала «его девушка», едва сдерживая внезапно вспыхнувшую ярость. – Ты только что сжёг все мосты, которые могли возобновить наши отношения! Кстати, совет на будущее – напиши книгу «Чего нельзя говорить барышне, ежели хочешь, чтобы она осталась твоей» и включи в неё все комплименты, которые придут в твою голову.

– Ты слишком много о себе возомнила! – рассвирепел Рон. – Ведёшь себя, как дура! Ты, может быть, и стала потрясно выглядеть, но, химеровы когти, с кем же ты теперь будешь?! А?! Одна? В твоём возрасте это просто стыдно!

– Поверь, Рон, одна я не останусь, – злобно обронила гриффиндорка. – И не заставляй меня применять на тебе то, чему я научилась летом!

– Вот-вот! Единственное, что ты делала летом – училась! И в школе также! И после неё! Учись, Гермиона, не с твоими амбициями заводить взаимоотношения с людьми!