Чтение онлайн

Хранитель Солнца церемонно и важно кивнул.

— Тогда я отправлю дружинников, — приложил руку к сердцу министр. — Спасибо, что оставили сегодня в живых. — Он покатил было к выходу, но вдруг обернулся, звонко хлопнув себя по лбу. — А со стриптизёршами-то как, ваше превосходительство?

— А, этими? — наморщил лоб Хранитель. — Да, ты прав. Накормить их конфетами до смерти и переехать грузовиком. Пусть потом все газеты напишут, сколько именно по причине их выходки мы потеряли солнечной энергии. Эх, как же обидно, что нет небесного бородача!

Министр склонился до самого паркета. Ролики быстро завертелись.

…Забрезжил рассвет, и небо над горами окрасилось в нежно-розовые тона. [578] Первая тень с удовольствием любовалась горизонтом. Со стороны было отчётливо видно, как её рука легла на плечо второй тени. В полутьме блеснули глаза — холодным красным огнём.

— Я рада, что ты согласился это сделать.

— Для тебя, мама, — всё, что угодно. Ты проследила за его домом?

— Да. Я подготовила такую сцену — мне бы сейчас аплодировали!

— Кто?

— А вот некому.

Послышалось первое щебетание ранних птиц.

— Как хорошо, что ты нашла меня, мама.

— У нас есть общий знак, сынок. Я никогда не сомневалась: мы отыщем друг друга.

Лилит осторожно погладила сына по плечу: на коже в свете восходящего солнца виднелись две родинки — полукруглые и тонкие, они соприкасались, будто рога. Точно такие же, как у неё. Двадцать лет назад она родила своего первенца… Но какое его ждало будущее, если мать дитяти — обездоленная изгнанница, питающаяся в джунглях свежей кровью? Через две недели ночью у соперницы Евы начались схватки. Она рожала в муках, как и предписал ей Господь, — за пожирание манго. Ослеплённая болью, обезумевшая от неведомых ощущений, Ева не поняла, скольких детей произвела на свет. Ведь если ты мечешься в кромешной тьме, вне себя от ужаса и криков, а потом находишь между ног двух младенцев, ты не скажешь: «Как это? Должен быть один!»

Второго успела подложить Лилит.

Она не сомневалась, Адам и Ева примут её мальчика за своего. Ведь он похож на Еву, как и второй ребёнок Адама… Благодаря прихоти Создателя, у них с этой манговой тварью одно лицо на двоих. Да, ненавидимая ею парочка — изгнанники Эдема, но они находятся в куда более привилегированном положении. Адам с Евой живут свободно, выходят из дома не только ночью, но и днём. А самое главное, у них есть этот самый дом! Лилит вела животное существование: спала в светлое время суток и охотилась в сумерки, словно пантера, прыгая с деревьев на своих жертв. Она проливала множество крови и упивалась ею. Но её мучила жажда… ВСЕГДА.

— У тебя правда хорошо получилось? — спросила вторая тень.

— Да, я гарантирую. Он наверняка потом явится и спросит: где твой брат? Однако будь спокоен, Он никогда не докапывается до истины… То же самое произошло и с Люцифером. Ему достаточно лишь поверхностно чувствовать чью-то вину — и всё. Но ты же понимаешь, сынок, после того, что с нами сделали, мы просто обязаны отомстить…

Вторая тень нервно щёлкнула пальцами.

— Так вот почему я никогда не любил брата! Мама… то есть Ева, твердила: ты должен, ты обязан, он же твой брат… Да, мы родня, но всего лишь по отцу. А что произойдёт, когда мы избавимся от него? Мы сможем жить с этим, мама?

Лилит бесшумно откусила голову летучей мыши.

— У нас будет чудесная жизнь, сынок, — пообещала она, жадно высасывая кровь из трепещущего тельца. — Эта планета принадлежит нам, и её ждёт превращение в царство ночи. Сперва ты станешь единственным наследником Адама и Евы, затем мы уничтожим их — и останемся тут вдвоём. Моё лоно подарит тебе сестёр и братьев, и мы заселим всю Землю… Ведь мне суждено рожать демонов, поэтому мы с тобою единое целое.

У второй тени захватило дух, но лишь на секунду.

— Но мама… От кого ты их родишь?

— (Не колеблясь.)От твоего отца. Мы подержим его немного, как дойную корову, а потом умертвим. Конечно, нехорошо спать с сёстрами, однако нашему роду надо выживать. За пару десятков лет в джунглях я многое поняла, сынок. Если ты быстрый, мощный и умеешь прыгать — тебе ничего не грозит. В противном случае — слопают. И плюнь мне в глаза, если у людей дело станет обстоять иначе. Мы стартуем первыми и всех обставим. Не жалей брата, иначе нам не победить.

Циничная издевательская усмешка.

— Да кто тебе сказал, что я жалею его, мама? Мы никогда не ладили. Он вообще не в себе, всегда отстранённый, взгляд словно из камня. Надеюсь, ты понимаешь, мы попросту не имеем права на ошибку. Иначе слишком дорого заплатим.

— Верь мне, сынок. Всё, что у меня было во влажных и сырых тропических лесах, — это время и мечты о мести. Я обдумала каждую деталь, до последней мелочи, построила грандиозную структуру плана. Ты когда-нибудь говорил с Ним?

— Хм. Он порой заглядывает к отцу. Правда, я Его не вижу. Папа обычно выходит из хижины, задирает голову к небу и общается с Ним. В ответ гремит громовой голос, я не всегда разбираю слова, но папа отлично понимает Глас Божий. Собственно, Глас, как правило, им недоволен. Не так сидишь, не так свистишь, ну и всё такое прочее.

Лилит улыбнулась. Он ничуть не изменился. Именно поэтому Его легко обвести вокруг пальца методом Захарии, совершив первое на Земле убийство. Да, у неё нет сомнений, что Господь всеведущ. Но это уникальное качество вовсе не мешает Ему заниматься земными делами по касательной. А ведь в дальнейшем всё будет лишь усугубляться. Люди размножатся и начнут воевать. Да-да. Уж если Каин и Авель друг друга на дух не переносят, что взять с абсолютно чужих племён? Изредка Создатель окажет помощь приятной ему стороне, но что толку. Ведь по большей части Он разочарован в человечестве и вникает в его дела всё меньше и меньше. Люди со временем изобретут самые изощрённые способы уничтожения самих себя, их Творец отвернётся в сторону, почивая на облаках. А вот и замечательно. Вот и славно, всех ваших матерей за ногу.

Лилит всего лишь двадцать лет как демон, но до чего же она ненавидит людей!

— Я сделала тебе нож, — сказала первая тень. — Из трубчатой кости оленя. Очень острый. Более чем достаточно для нашей задумки. Вполне хватит двух ударов, а может, и одного… Будь осторожен, я тренировалась на косуле. Кровь струёй хлещет.

Он благоговейно стиснул пальцами рукоятку.

Чувства нахлынули, как океан. Он и не ожидал, что предстоящее убийство наполняет животным восторгом. Не стеснялся бы матери — честное слово, вскочил и станцевал бы от радости. Вот она, настоящая жертва, которую он принесёт Богу… И тот обязательно будет доволен. Ему хотелось плакать и одновременно хохотать. Сердце захлестнул экстаз, смесь буйства природных инстинктов и животного возбуждения. Он уничтожит брата.Никто и никогда о нём больше не услышит. А затем они прирежут ту, фальшивую мать, — и он наконец-то перестанет таскать грёбаные экстракты растений для её стареющего лица. Скоро, очень скоро всё будет кончено. Осталось совсем чуть-чуть… Он мечтал, чтобы час мести наступил как можно быстрее.

Лилит почувствовала его нетерпение.

— Иди, сынок, — благословила первая тень. — Мне пора спать. Я всё сделала совершенно незаметно, не волнуйся! Тебе осталось лишь самое главное.

Тени обнялись и поцеловались. Он свернул на тропинку к своему дому.

…К полудню, когда солнце было в самом зените, с небес прозвучал громоподобный, сотрясающий землю голос. Овцы в истерике шарахнулись в стороны, жалобно блея.

— КАИН! ГДЕ БРАТ ТВОЙ, АВЕЛЬ?!

Каин, смотря вверх, спрятал за спину дрожащие окровавленные руки.