Чтение онлайн

Шторм размеренно ступал по каменной крошке, усыпавшей площадку перед каменоломней. Прохладный ветер создавал некоторый дискомфорт, усиливавшийся при виде людей в истрепанной одежде, пиливших веревками отколотые камни, создавая прямоугольные грани мраморных плит. Среди них прохаживались надсмотрщики, подгоняя особо нерадивых палками. Я бы не заинтересовался этим фактом, так как мысли были заняты странным визитом алтыря, если бы не печать на виске ближайшего мужика с палкой. Рабы подгоняют рабов. Своеобразная иерархия. Интересно, как производится деление? Хотя неинтересно. Важнее алтырь… или маг? Не важно, кто он. Когда я заглянул после его ухода в приемную, Ильнас действительно спал. Выходит, Валейр напрямую сообщил, хотя и несколько эксцентрично, что будет меня учить. Разумеется, не балету. Надеюсь, это был первый и единственный показательный урок и в дальнейшем таких «бесед» между нами не будет… Я все еще был зол на Валейра. А если даже и будут… Что я смогу ему сделать? Я вполне осознавал, что он сильнее меня. Да и учиться надо было, так как оказалось, что есть чему…

– Плохо в эту луну работают, – желая, по всей видимости, завязать разговор с новым начальством, произнес провожавший меня десятник.

– Кормить не пробовали? – глядя на исхудавшие тела ворочавших каменные плиты людей, ответил я вопросом.

Десятник хохотнул, но тут же подавился смехом, встретившись со мной взглядом. Я не то чтобы смотрел недовольно, просто перешел на магическое. А оно очень чувствуется. Да и не до десятника мне было – вновь и вновь прокручивал схватку… Я ведь был вооружен. К тому же двигался почти на максимальной скорости, распустив по телу силы. Выходит, я могу быстрее… да ничего не выходит! Возможно, он более сильный маг! Хотя разум меня пытался убедить в обратном. Я однозначно не на пике своего развития в этой области. Я даже не маг-середнячок. Так… мелкий ученик. И кого из меня будут делать? Ниндзюцу-убийцу? Больше вопросов, чем ответов. Что он там говорил?..

– А где пещера? – спросил десятника.

– Эт… Цветок девственницы, что ли?

– Я не знаю. У вас их много?

– Нет. Одна.

Логика, мать его… Зачем тогда спрашивает?

– Тогда веди, – не стал я озвучивать свою раздраженность некоторой глупостью провожатого.

Причина такого экзотического названия пещеры, вернее – части названия, раскрылась при подъезде. Я бы, наверное, сказал несколько грубее: Щель.

– А почему «девственницы»?

– Так… приятно там очень. Вы разве не слышали?

– Не доводилось. – Я спешился.

Идти вначале пришлось слегка боком, причем довольно приличное расстояние. Затем стены стали слегка раздвигаться в стороны, образуя овальный туннель. Первые метров сто я ничего не чувствовал, но потом… с каждым шагом в меня все больше вливалась сила. Осмотр магическим зрением показал, что магия мягким равномерным туманом исходит отовсюду. Сильная магия. Необычная. Мне стало хорошо-хорошо и так спокойно… Силы, которые я впитывал, словно губка, отличались свечением. Не цветом, не яркостью, а именно свечением. Постепенно меня охватила беспричинная радость. Хотелось поделиться ею с кем-то, но провожатый не то чтобы не разделял ее, но уж точно не был настолько впечатлен. Еще через минут пять мне уже стал совершенно безразличен десятник. Экстаз, сравнимый с удовольствием от плотских утех, только непрерывно… А вот провожатый, освещавший стены пещеры факелом, точно таких ощущений не получал. Странно… Так действует только на магов? Иного объяснения нет.

Разум с большим трудом осознал, что мне уже плохо. Тошнота и головокружение, но при этом – удовольствие. Не такое острое, как на пике, но все же удовольствие. Сказать что-либо проводнику я уже не мог. Просто развернулся назад, понимая, что это все ненормально. К тому времени как мы добрались до выхода, у меня были ватными ноги. Тело словно распухло, хотя внешне я оставался нормальным. В крепость я въезжал полностью разбитым.

Чего мне менее всего хотелось, так это выяснения отношений с лжеалтырем. Или все-таки лжемагом? Но моего желания в этом никто не спрашивал. Только голова прикоснулась к подушке, как я услышал неприятный голос:

– Не-э-эт. А вот этого делать нельзя. Вставай и иди за мной!

– Всё позже…

Валейр просто попытался скинуть меня. Я отбил его руку. Странно, но двигался я несопоставимо с моим состоянием, то есть резко и быстро. Валейр тут же вцепился мне в кадык пальцами; от них пошло неприятное пощипывание.

– Щенок мускуна! Ты на кого руку поднял!.. – прошипел он. – Я ненавижу таких слизней, как ты! Вы хотите и жизнью насладиться и магами стать. Так не бывает. Встал! – Его рука просто выдернула меня из кровати, бросив на пол. – Вперед! Щенок!

Когда я ехал к месту своего назначения, то на уровне подсознания был рад ему. Тихая, забытая всеми крепость – что может быть лучше? Никаких боевых действий. Никакого начальственного гласа над тобой… Реальность жестоко обломала мои мечты.

– Готов? – Валейр каждый вечер, сразу после того как шум во дворе крепости стихал, бесцеремонно врывался ко мне в кабинет.

О спальне в это время даже мысли не было, после того как он пару раз вытаскивал меня прямо из постели.

– Готов. – Я закрыл гроссбух учета продовольствия.

Дела с провиантом были швах, и приходилось контролировать процесс выдачи оного поварам лично.

Валейр молча развернулся и вышел за дверь. Мне, по устоявшейся за последние три луны традиции, надо было догнать его. Это звучит просто: догнать. Фактически же мне нужно было по едва заметным следам силы сначала найти направление, в котором он удалился, а потом не потерять эти следы во мраке коридоров крепости. При этом нельзя было напарываться на дремлющих стражей и производить шум.

Сегодня луны на небосклоне нет, поэтому с высокой вероятностью Валейр будет выходить за стены крепости. Я, вздохнув, постоял в коридоре, давая глазам привыкнуть к темноте. Странный он тип. Я так и не смог узнать, кто он. Алтырь практически ничего не рассказывал о себе. Он вообще не разговаривал со мной нормально после наступления ночи. Витало в мыслях подозрение, что он оборотень. Нет, насколько мне известно, существ, способных к метаморфозам, в этом мире не было, но… Днем, будь то на людях или тет-а-тет, он вел себя в рамках подчиненного, ничем не выдавая отношение ко мне, а вот ночью… Мне казалось, он ненавидел меня. По крайней мере, презирал точно. Причем он даже не скрывал этого ни в разговоре, ни в исходящих от него эманациях силы.

Ага! Попался! Вдоль стены еле заметный туман силы был смазан. Значит, в сторону потайного хода. Можно срезать, но… наверняка он поджидает меня за одним из углов, чтобы наказать. Палкой. Есть у него такая привычка. Надо быть… Опа! Нырок под палку – и разорвать дистанцию. Уйти от шарика силы, летящего на меня, – и, собравшись, в нападение. По-другому нельзя. Я сначала пробовал уходить за угол и оттуда, приготовившись, начинать атаку. Практика показала безуспешность таких попыток – он скрывал свою силу так, что мне требовалось не менее двух ударов сердца, чтобы определить его местонахождение. За это время я в девяноста девяти случаях из ста получал удар, а то и два. Лучше уж сразу… Прыжок вперед… и я, схватившись за свой кадык, падаю, стараясь выпустить импульс сил под себя. Не ради более мягкого падения, ради тишины.

Силы. Как же много можно делать с помощью них. Можно глушить звуки, не давая колебаться воздуху. Можно запутать противника. Можно ломать камни, влив определенное количество в микротрещины. Можно даже нанести удар сжатым воздухом. Правда, слабенький, даже в исполнении Валейра, но… если попасть по глазам, несколько драгоценных секунд в твоем распоряжении. Обычно этого хватает, чтобы нанести «смертельный» урон.

Валейр слегка пнул меня и, перепрыгнув, пошел дальше. Я, вскочив на ноги, поспешил за ним. Есть! Я сегодня упал правильно! Иначе был бы не пинок, а удар палкой, да еще и, возможно, не один, в зависимости от степени моего огреха. Как и предполагалось, через несколько минут мы свернули к входу в катакомбы.