Чтение онлайн

Вблизи на Коджи было смотреть страшнее, чем из-за того дурацкого камня.

– Нет. Но не думал, что ты столько времени будешь следовать за мной.

– Мне надо знать, что пришло в мои владения.

Коджи чуть повернул голову и с интересом посмотрел на меня.

– Отлично, Аска. Тогда мне есть, что тебе рассказать.

Живая тьма взметнулась и кинулась ко мне.

Я вскрикнула и отпрыгнула в сторону. Машинально начертила кандзи «Щит», «Удар» и «Ветер». Швырнула в Коджи. Рефлексы действовали молниеносно. Чёрная рёку, отгораживая его от меня, встала стеной. Кандзи впечатались в неё. Что-то вспыхнуло. Следом полетели «Молния», «Камень» и «Ураган».

Я кидала всё, что попадало под руку. И лишь спустя несколько секунд поняла: Коджи не нападает. Рёку медленно, но верно тает. Теперь снова можно разглядеть фигуру учителя. Ощущение, что он с трудом держится на ногах, но тьма не клубится у его ног. Да и лицо… Он по-прежнему бледен, но уже просто как человек, который очень устал, а не как исчадие подземного мира.

Коджи взмахнул рукой, колыхнулся широкий рукав – чёрная рёку вздрогнула и… рассеялась. Я замерла с мерцающим кандзи перед ладонью.

Некоторое время царила тишина.

– Черты кривые. Нажим не там, где нужно. Скорость сносная, – сообщил Коджи с таким видом, словно мы находились в аудитории школы Годзэн. – Чем ты занималась всё это время, Аска? Удачно разбазаривала полученные ранее навыки?

– И я тоже рада с вами снова встретиться, учитель Коджи, – мрачно ответила я, наблюдая, как последний мой кандзи оборачивается фиолетовым мотыльком и садится на плече Коджи.

– Это что ещё за фокусы? – с интересом уточнил он, рассматривая его.

– Красиво. Забавно, – пожала я плечами. – Недавно научилась делать из одного кандзи другой.

– Мотыльки – это, конечно, очень полезно в хозяйстве.

– Учитель, в вас сейчас полетит что-то тяжёлое, если не прекратите ёрничать. Вы специально устроили этот спектакль?

Коджи коснулся кончиком пальца крылышка мотылька. Последний только взмахнул им, мол, трогают тут всякие!

– Нет, – внезапно прозвучал совершенно серьёзный ответ. – Но мне в голову не могло прийти, что за мной будут следить.

– Ходить надо тише, – проворчала я и села на камень, за которым до этого удачно пряталась.

Ладно… не очень удачно.

Жестом пригласила учителя присоединиться. Он хмыкнул и приблизился.

– Не боишься?

– Нет.

Коджи опустился рядом.

– Правильно. Страх мешает думать и анализировать происходящее. Бояться, плакать, метаться – потом.

Я поджала губы, выслушав краткую лекцию, решив не умничать и не пререкаться. Не до этого сейчас – есть вопросы куда важнее. К тому же от Коджи действительно не исходило опасности.

– Ну? – Он покосился на меня. – Начинай задавать вопросы. По лицу вижу, что у тебя их, если сложить друг на друга, будет горка выше, чем храм Плетуньи.

Я сложила руки на груди.

– Хорошо, начнем с простого. Чем вы в меня швырнули? И почему рёку черного цвета? Насколько мне известно, ни у кого в кланах такой нет.

– Ты только сейчас это заметила? – удивился Коджи.

– Нет, – мотнула я головой. – В школе. У вас и… директора Тэцуи. Но раньше мне на эти вопросы не ответили бы.

Коджи молча кивнул, словно подтверждая мою правоту.

– Хорошо, Аска, теперь ты имеешь право знать всё. Не то чтобы это секрет, но не то, чем стоит хвастаться.

Я покосилась на него. Так, становится интересно.

– Чёрная рёку действительно не принадлежит ни к одному из четырёх кланов в Тайоганори, – продолжил он. – Это сила Шаманов ночи.

Я едва не выронила кайкэн, который принялась крутить в руках. И посмотрела на учителя уже совсем по-другому.

– Шаманы? – спросила резко охрипшим голосом. – Вы серьёзно? То есть вы из…

Я бросила короткий взгляд на Западные горы, где уже стих барабан и не появлялись огни.

– Нет. Я не из Шаманов ночи, – тут же последовал ответ.

Повисла тишина. Я молчала, ожидая разъяснений.

Коджи был совершенно невозмутим, будто на его лице откуда-то взялась маска, высеченная из молочного нефрита.

– Я принадлежал к клану Икэда. Давно. Когда клан был жив.

Я невольно вздрогнула. Коджи – Икэда? С ума сойти.

Теперь понятно, почему его тоже бесило, когда моя предшественница разглагольствовала, что клан Шенгай жив.

– Но когда клан начали уничтожать, многим пришлось очень несладко. Я и Тэцуя оказались при смерти, под мощным проклятием, которое вытягивало под чистую всю рёку и жизненные силы.

Я сильнее сжала рукоять кайкэна, понимая, что любые слова сейчас будут ненужными.

– Жена Тэцуи была из Шаманов ночи, – продолжил он. – Она смогла упросить помочь одного из… сильных, очень сильных соплеменников. И, в общем, нам помогли, как обещали.

– В вас влили рёку Шаманов ночи? – медленно произнесла я, поняв, что случилось.

Коджи кивнул.

– Да.

– Но, тем не менее, в племя не приняли.

– Были… Были причины, Аска. Однако это никак не сказалось на нашей благодарности.

Я закусила губу, соображая, как помягче расспросить дальше.

– Что, Аска? Что не дает тебе покоя?

– Жена директора Тэцуи… Она ведь мать Мии?

Снова кивок. Видно, что он не слишком хочет вспоминать это время.

– Что с ней произошло?

– Её убили наши враги. Враги клана Икэда. Мы попали в засаду, когда направлялись к школе Годзэн.

Вмиг показалось, что стало как-то холоднее. Или и вправду дело в том, что сейчас ночь, а мы сидим на камне?

– Вместе с ней погибла и моя невеста, – сказал Коджи каким-то не своим голосом.

Я не рискнула поднять на него взгляд. Это слишком… личное.

Коджи медленно поднялся с камня. Заложил руки за спину и посмотрел на горы.

– Но видишь ли, Аска… Рёку шаманов, влитая в нас, слишком нестабильна. Временами её не хватает, временами – слишком много. Поэтому приходится уходить подальше и сливать излишки. Иначе есть риск сойти с ума.