Чтение онлайн

— Интересуюсь, кто тебя нанял — чучхе или мафиози?

Удивления на его лице заметно прибавилось. А ещё появился смутный отблеск тревоги. Тем не менее, он попытался придерживаться старого плана действий.

— Не пытайся выкрутиться! Заткнись и делай, что говорят!

Слегка качнув головой, я спокойно улыбнулся.

— Не торопись пить свой бульон от кимчи — захлебнёшься. Предположим, я и правда сделаю то, что от меня требуют. Потом вы, скорее всего, потащите меня в участок по сфабрикованному обвинению. Отчитаетесь своим заказчиками, которые использовали вас втёмную. А через пару дней окажетесь на допросе в первом департаменте.

Полицейские переглянулись. Слова оставались всего лишь словами, но мой абсолютно спокойный вид их настораживал.

Наконец, их главный, который отодвинулся чуть назад, увеличивая дистанцию, и немного опустил руку с револьвером, поинтересовался.

— О каком первом департаменте ты говоришь?

Вопрос был задан всего один, но подтекст улавливался легко — ему нужны были детали. И пусть он даже не начал мне верить, но небольшие сомнения я зародить смог.

Изменив выражение своего лица, я пожал плечами.

— О первом департаменте Национальной разведки, конечно. Или ты думаешь, у кого-то ещё есть ресурсы для проведения подобной операции?

Тот шумно вздохнул.

— Я думаю, ты пытаешься запудрить нам мозги, чтобы свалить отсюда в горный туман, избежав последствий.

Немного скорректировав мимику, я печально качнул головой.

— Вы хотя бы проверили цель, прежде чем браться за грязную работу?

Показательно окинув их взглядом, повысил громкость голоса, заодно меняя его тембр, и добавил.

— Я к кому обращаюсь, идиоты?! Или вы думаете, что у нас тут целая вечность? Стоит какому-то придурку сделать одну фотографию и прикрытие рассыпется на кусочки, даже без ваших тупых фокусов.

Уверенный командный тон отчасти сработал — беспокойства на их лицах стало в несколько раз больше. С их точки зрения, угодивший в подобный переплёт человек должен был вести себя, как угодно, но только не так.

Впрочем, до полного решения вопроса было еще далеко. Их лидер, на которого сейчас с ожиданием косились остальные, тихо выругавшись себе под нос, уточнил.

— А что там проверять? Младший специалист в одном из отделов Чен Маркетинг.

Слегка наклонив голову вправо, я с иронией посмотрел на него.

— И тебе ничего не показалось странным? Совсем?

Тот отчётливо скрипнул зубами.

— Ащщщ! Есть что сказать — говори прямо. Странным мне там ничего не показалось. Обычный неудачник, которых вокруг полно. Восемь лет в одной должности, никакого продвижения по службе, крохотная зарплата.

Я безмятежно улыбнулся и кивнул ему.

— Если в тумане ты видишь только начало моста через пропасть, нужно дойти до его конца, чтобы узнать длину. Как вы вообще в полицию попали с такими навыками?

На секунду замолчав, продолжил.

— Тебе не показалось странным, что человек, который восемь лет провёл на позиции младшего специалиста, потом взлетел на самый верх? Притащил сюда европейскую звезду, вышел на контакт с китайскими банкирами, стал вращаться в кругах семей чеболей? И всё это за какие-то считанные дни. Что заказ вам дали не напрямую, а через руководство Чен Групп, я уже понял. Но даже самый отбитый разбойник, только вылезший из пещеры, почесал бы затылок и задался вопросом — а за каким девятихвостым лисом Чен Групп интересуется судьбой обычного клерка?

Аргументы были вполне здравые. И, если они были знакомы с последними деталями моей биографии, то сейчас наверняка переосмысливали её в контексте услышанного.

— Подожди… Хочешь сказать, это ты сюда Лаваньена приволок?

Голос принадлежал одному из полицейских, который стоял в стороне от меня. А судя по вопросу, деталями они себя всё же себя не утруждали.

Повернув голову, я вздохнул.

— И это наша полиция? Удручающее зрелище.

Глава команды кашлянул, ещё немного опустив револьвер. Да и рука с пакетиком уже давно от меня убралась.

Вернув взгляд на старшего офицера, я надавил голосом.

— А теперь скажи мне, кто в нашей стране способен проводить операции настолько глубокого внедрения? Восемь лет держать крота на низшей должности, не привлекая к нему ни малейшего внимания, чтобы в нужный момент тот реализовал свой шанс. Вы хоть соображаете КУДА сейчас влезли? На секунду представьте, ЧТО с вами сделают, если по вине вашей команды сорвётся вся игра?

Шаблон был окончательно сломан — их лидер начал всерьёз задумываться над моими словами. А один из его подчинённых вовсе смотрел со страхом, украдкой озираясь по сторонам.

— У тебя ведь должна быть группа прикрытия. Прослушка, в конце концов. Спецназ наготове. А здесь всё ещё никого нет, — глава группы всё же попытался найти контраргументы.

— Спецназ? Прослушка? Почему сразу не десяток танков на подхвате? Или звено вертолётов огневой поддержки? Мы годами работали над тем, чтобы выявить шпионов Севера, которые работают в связке с итальянской мафией и пытаются заполучить агентов влияния внутри чеболей. Ты вообще в курсе, как проворачиваются такие дела? — я щедро плеснул эмоциями, давя голосом и заставляя собеседника окончательно опустить руку с оружием.

Тяжело вздохнув, он оглядел своих сотрудников. Снова посмотрел на меня. И решил озвучить ещё один вопрос.

— А возможность подобного вмешательства вы не просчитывали? Что бы ты стал делать, не стань мы разговаривать? Вот, например, грохнем мы тебя тут и кто отыщет следы?

Вполне очевидный поворот мыслей — по мере того, как росла убеждённость в возможной верности моих слов, крепла и идея прикончить проблемный объект, разом закрыв все вопросы.

Я вновь продемонстрировал ему улыбку.

— Прямо сейчас о моём существовании известно не такому большому количеству людей. Директору Национальной разведки, главе первого департамента и ещё паре офицеров. Но моё убийство однозначно укажет на активность пособников чучхе и будет воспринято, как риск раскрытия всей операции. Убийц станут искать. И в этом вопросе разведка способна на многое. Вам ли не знать.

Те ещё раз обменялись взглядами. И, судя по выражениям лиц, вполне представляли потенциальные возможности такого расследования. В случае с обычным сотрудником Чен Групп, они мало чем рисковали. Тем более, скорее всего, меня планировалось не убить, а лишь арестовать, предоставив неопровержимые улики. А все слова по поводу того, что они получены незаконным путём и вообще не мои — пустое сотрясание воздуха. Тем более, этому можно будет противопоставить свидетельства сразу четверых сотрудников полиции.