Чтение онлайн

– А если не получится просчитать и угадать, что там за «клей»? – всё-таки уточнил Вэнрайт.

– Тогда у нас не будет образца яда, и мы не сможем создать противоядие к нему или даже вакцину, которая предотвратила бы его губительное влияние на огнеупорных монстров. Тогда следует ждать новых жертв среди фениксов и прочих любителей огня, – перечислила ряд удручающих последствий Аманда.

– Чтоб меня русалки утопили, – огорчённо крякнул Вэнрайт и рявкнул на дежурного сержанта, выскочившего в холл и глядящего на него круглыми глазами: – Какого рожна покинул пост?!

– Так это... вы верно сказали, сэр... Утопили, сэр!

– Кто утопил? – потряс головой Вэнрайт.

– Русалки, сэр!

– Кого утопили?!

– Дракона, сэр!

Немая сцена в холе полицейского участка могла стать яркой иллюстрацией к тем тибетским практикам, которыми так увлеклась верховная ведьма. Складывалось впечатление, что всех сотрудников полиции, начиная с дежурного, настиг внезапный и полный тукдам.

Аманда живо представила себе, как засевшие в прибрежных зарослях русалки сбивают пролетающего мимо дракона баллистической ракетой и, злорадно хихикая, тянут в омут вяло протестующую контуженную рептилию. Дракон в фантазиях Аманды тихо бухтел голосом Вэнрайта: «Именем закона, отставить безобразие!» и был в десять раз крупней любой русалки и в тысячу раз мускулистее её. Троица русалок пыхтела и обливалась потом, но упорно тянула тушу дракона в воды реки.

– Простите, сержант, а почему они его утопили, уже известно? – заинтересовалась Аманда. Вопрос, не имеющий отношения к токсикологии, но любопытный сам по себе.

– Он загорелся, мэм. Вот они его в воду и сунули, чтобы потух.

– Вас в полицейской академии теперь не учат доклад начинать с главного?! – взревел Вэнрайт, меняя ипостась, и к нему молниеносно подскочили бойцы спецотряда, активируя рабочие амулеты невидимости.

Встревоженная Аманда оглянулась на свою заместительницу, и белая как мел Лия поняла её без слов:

– Планёрку проведу, все текущие дела мы распределим между собой без тебя, лети с опергруппой. Если что – ты на связи, знаю. Захвати метлу, шеф, а то придётся долго ждать отправления машины опергруппы в обратный путь. Удачи!

Один из немногих врачей Атланты, имеющих лицензию на оказание медицинских услуг Иным, к моменту прилёта полиции уже складывал в чемоданчик тюбики и бинты. Утопленный дракон был жив: он лежал на берегу реки, раскинув лапы, и судорожно вздыхал под причитания заплаканных русалок. Правое плечо и крыло дракона усеивали марлевые повязки, источающие запах мази, ускоряющей заживление ожогов.

– Через пару минут всё можно снять – восстановление подкожного слоя идёт чуть медленней ожидаемого, но всё-таки куда быстрей, чем у людей, – сообщил врач. – Сколько лет живу, а дракона от ожогов впервые лечить довелось! Обычно недомогания Иных ограничиваются пищевыми аллергиями у вампиров, отравлениями зельями у ведьм и сложными переломами у оборотней, когда приходится заново ломать и вправлять кости, поскольку из-за молниеносной регенерации те частенько срастаются неправильно. Мне следует ожидать, что этот дракон с ожогами не останется последним и единственным в моей практике?

– Да, – подтвердила Аманда, осмотрев на пострадавшем повреждённое место под самой большой повязкой. – Капитан, надо делать рассылку с предупреждением, пока неведомый маньяк впрямь не извёл нам всех фениксов, саламандр, мантикор и вас – огнедышащих. Девушки-русалочки, прекращайте рыдать и внятно расскажите, что произошло.

Собственно, рассказывать особо было нечего. Рядом с разлившимся устьем притока реки, в омутах которого обитали русалки, в большом частном доме жило одно драконье семейство. Этому семейству принадлежало несколько гектаров леса, где юные драконы могли бегать и летать меж деревьев в звериной ипостаси, не опасаясь посторонних глаз. Русалки и драконы дружили по-соседски, когда матери обмениваются рецептами пирогов, отцы вместе смотрят спортивные матчи, а дети сообща играют на свежем воздухе. Две младшие дочки русалок и сын драконов были примерно одного возраста: девушки уже учились в колледже для Иных, парень – в корпусе подготовки профессиональных телохранителей. Это утро у них выдалось свободным от занятий, и троица носилась по зелёной травке, играя в магические пятнашки: дракон швырялся в подруг синими водяными шариками, а те в него – алыми огненными. Парень недаром учился на полувоенном отделении – реакция у него была отменная, шарики постоянно пролетали мимо его шкуры, но русалочкам удалось взять его в клещи с двух сторон и один сдвоенный удар нанести метко. Чего они никак не ожидали, так это воспламенения огнеупорной чешуи товарища!

– У нас были самые обычные фаерболы, не боевые! – оправдывались русалочки, под тяжёлыми взорами родителей обоих семейств сдавая полицейским остатки «снарядов». – В них не адское пламя! Мы часто ими швырялись в Бони, он сам их нам создавал, чтобы получше натренироваться уворачиваться от атак противников!

Вэнрайт, не долго думая, жахнул одним шариком по острому гребню своего хвоста: фаербол лопнул, язычки пламени пробежали по чешуе, не причинив самой длинной конечности капитана ни малейшего вреда.

– Спасибо за своевременную проверку, давай-ка я сниму с тебя часть шкуры. – Блеснув на солнце скальпелем, Аманда развернулась к командиру спецотряда. – Жертве игр на свежем воздухе тоже приготовиться к сдаче образца и вспомнить, когда был последний контакт с огнём до происшествия.

– Вчера на полигоне командиры нас через огненную полосу препятствий гоняли, – прохрипел молодой дракон по имени Бони. При этом воспоминании в его глазах отразился только что зародившийся страх перед пламенем, и капитан спецотряда гневно скрипнул клыками. Вэнрайт с превеликим удовольствием зашвырнул бы в тюрьму мерзавца, из-за которого его юный огнедышащий соплеменник трясётся от одной мысли об огне! Пирофобия – серьёзное заболевание для драконов, требующее длительной психологической реабилитации.

– В какое время у вас закончилась тренировка? Выходит, между тем, как ты спокойно пробегал через костры, и тем, как загорелся от огненного шарика, прошло четырнадцать часов. Бони, твоя задача: максимально подробно описать каждую минуту этих четырнадцати часов и сдать отчёт полицейским. Особенное внимание обрати на то, что ел и пил, и на те жидкости, что попадали на твою кожу: случайно пролитый чай, вода в душе и так далее. А сейчас не дёргайся, я поставлю обезболивающий укол и возьму образец твоей кожи в нескольких местах. Будем сравнивать и выяснять, какие защитные системы организма разрушает дьявольский яд неизвестного злодея.

– Откуда только взялся неучтённый гений химии среди Иных? – проворчал капитан, хмуро наблюдая за тем, как его юный сородич мужественно терпит неприятную процедуру изъятия части чешуи.

– Гений – это тот, кто обращает свои знания на пользу людям. Для этого действительно нужно иметь незаурядный талант, светлую голову и огромнейшее трудолюбие, как у той же Элен Хэлл. А творить зло могут и неглупые посредственности, – возразила Аманда, расчехляя метлу. – Даже в магической химии разрушить легче, чем создать. Сотворение яда занимает куда меньше времени, чем создание противоядия, которое не убьёт жертву верней первоначальной отравы.

– Разрушить легче, чем создать, – рефреном повторила миссис Маккони, подставляя крыло под обезболивающий укол и позволяя токсикологу взять образец кожи на анализ. – Полиция подозревает меня в убийстве мужа? Понимаю мотивы ваших подозрений, но на самом деле я его не столько ненавидела, сколько жалела, и скорбела о том, что он собственными руками разрушил счастье последних лет, что могли стать у нас самыми лучшими, умиротворёнными. Хотя и ненавидела его тоже. Предательство остаётся предательством всегда, если делается осознанно и по причине того, что кто-то пошёл на поводу у своих желаний, наплевав на чувства близких людей.