Чтение онлайн

– Наверное, невозможно расстаться так, чтобы никто не чувствовал себя преданным и никто не страдал, – тихо согласилась Аманда.

– Только не говорите избитых фраз про внезапную любовь, которой все возрасты покорны! Бойда вела не любовь, а безумное стремление вернуть ушедшую молодость – хоть как-то, хоть в чём-то. Я давно заметила, что он перестал фотографироваться со мной, зато фото с молодыми сотрудницами и клиентками аукционного дома постоянно появлялись в его аккаунтах в соцсетях. Видите ли, он прочитал статьи психологов, утверждавших, что рядом с юными девушками пожилые мужчины выглядят более молодыми и подтянутыми. Вы знаете, что фениксы обычно меняют оперение дважды в год? Так вот, мой муж в последние годы обновлял его каждый месяц, потому что линька даёт кратковременный эффект омоложения, как хороший курс косметологических процедур. Напоминания, что таким образом он подрывает своё здоровье и сокращает себе срок жизни, муж и слушать не хотел. Лет десять тому назад у него стали появляться любовницы – с каждым разом всё моложе и моложе...

– Откуда вы узнавали о них? Нанимали частных детективов? – намерено вскользь и вроде бы без особого интереса поинтересовалась Аманда.

– Да он и не пытался их скрывать! Напротив, бравировал своими победами, демонстрировал своих содержанок всем нашим общим знакомым. Раньше мне казалось, что ненависть, отвращение и жалость – чувства принципиально разные, которые невозможно испытывать одновременно к одному и тому же человеку, но муж уверил меня в обратном, – желчно усмехнулась вдова. – Он желал любви юной девушки, чтобы доказать себе, что может нравиться не только старой жене, что он ещё мужчина в самом расцвете сил во всех смыслах этого слова. Он хотел, чтобы его успешность, богатство, знания и опыт оценила не давно покоренная им верная подруга, а новая красотка с восхищённым взором. Та, что вернёт его эмоциям буйство цветов, что вернёт упоительное ощущение себя молодым. Ради этого ощущения он пренебрег всем остальным, даже своим обожаемым детищем – он забросил реставрационную мастерскую и почти полностью переложил на мои плечи дела аукционного дома. Как и общение с нашими детьми, заботы о внуках, старых друзьях, поддержание нашего быта и так далее и тому подобное. В итоге в нём родилась ненормальная одержимость совсем юной девочкой, годящейся ему не то, что в дочери – в правнучки! Пожалуй, жалость к нему всё-таки была сильнее ненависти. Из жалости убивают?

– Да. Разумные существа находят самые неожиданные мотивы для страшных преступлений, – поделилась опытом полицейского эксперта Аманда. – Очень прошу вас воздержаться от смены оперения вплоть до официального уведомления полиции, что опасности возгорания для вас больше нет.

Сотрудники её отдела сообщили, что полицейский из саламандр сможет добраться до их лаборатории лишь после обеда и что с парочкой текущих расследований возникли небольшие загвоздки. Но дела не экстренно срочные, так что если начальница ещё занята...

– Да, мне надо отлететь на заседание суда. Все загвоздки – в письменном виде на мой стол, прибуду в отдел – разберусь.

В кабинете, где адвокаты во время перерывов могли спокойно работать с материалами своих дел, её уже ожидали. Озабоченно хмурящаяся Вэллери Мэнс мерила шагами потёртый ковёр на полу и благодарно пожала руку вошедшей в дверь ведьме. Как и любому юристу, Вэллери не нравилось направление закрытых дел на пересмотр в связи с вновь открывшимися обстоятельствами, но не адвокату решать вопросы пересмотра дел. Сложностей добавляло то, что данное дело вёл судья из людей, и одна из сторон процесса тоже была представлена непосвящёнными людьми. Точнее, одним человеком и поддерживающей его группой аферистов, предъявивших иск к компании, принадлежащей роду демонов. Компания занималась малоэтажным строительством в пригородах Атланты, а истец ранее работал в ней каменщиком и получил случайную травму, признанную предыдущим судом травмой на производстве.

– Парень выиграл суд, получил компенсацию и пожизненную пенсию? – уточнила Аманда рассказ адвоката, представлявшую интересы демонов.

– Да, но теперь он заявляет, что суд недооценил серьёзность ущерба, причинённого его здоровью. Дескать, после травмы возникли непредвиденные осложнения, и компания обязана увеличить размер пенсии и доплатить компенсацию в утроенном размере. И ведь врёт каждым словом, я же слышу, но мне надо доказать, что проныра лжёт, как и его «независимые эксперты», желающие погреть руки за чужой счёт.

Способность Иных различать человеческую ложь действительно не всегда им помогала. Полицейским тоже мало знать, кто виноват и кто обманывает следователя – надо ещё доказать вину и получить правдивые свидетельские показания.

– Ты хочешь просить суд дождаться ещё одной экспертизы – сделанной мной, в полицейском департаменте?

– К твоим заключениям будет больше доверия, чем к мнению специалистов сомнительной конторы «Око справедливости». Похоже, за свои услуги они получат большой процент от той компенсации, которую повторно выплатит строительная фирма. Если, конечно, нам не удастся разрушить их мошенническую схему.

– Погоди, почему ты обратилась к токсикологу, если парня огрело мешком со строительной смесью, и у него признали контузию и сотрясение мозга?

– За контузию и сотрясение ещё раз компенсацию не назначат, – растолковала адвокат. – Когда произошло то ЧП, от удара мешок лопнул, парня осыпало порошкообразным содержимым мешка, и теперь бывший каменщик орёт на всех углах, что его организм отравлен той ядовитой гадостью. Последствия отравления не сразу проявили себя, а теперь он чуть ли не паралитик, не способный руками-ногами шевелить. Вот раскладка по химическому составу той сухой смеси, что скажешь?

Пробежав глазами по листу, Аманда пожала плечами:

– Ты права, парень вешает судье лапшу на уши не хуже, чем ушлые ведьмы, подпольно сбывающие клиентам липовые зелья.

– Так ты возьмёшься за экспертизу? – с облегчением выдохнула адвокат, и Аманда кивнула. – Спасибо тебе! Этот ловкий бывший каменщик такую трагедию перед судом разыграл, аж зависть берёт от столь великого таланта к лицедейству. Ему не большую пенсию обманом выбивать надо, а в Голливуд подаваться или на театральных подмостках выступать. Все его соседи по дому божатся под присягой, что он впрямь чуть ли не инвалидом стал, и искренне ему сочувствуют.

– Артист, значит, любит показать себя перед публикой? Воспринимает выступления в суде как премьеру в театре? – прищурилась Аманда. – Перерыв в заседании уже заканчивается? Тогда, пожалуй, я вначале пообщаюсь с пробивным человечком прямо со свидетельской скамьи. Авось, и экспертиза не потребуется.

– Хорошо. Но мне, наверное, стоит предупредить: новый глава рода демонов сидит в зале среди зрителей...

– Он протестует против назначения дополнительного эксперта? – вскинула брови Аманда.

– Нет, – улыбнулась адвокат.

– Грязно пристаёт ко всем фигуранткам дела? Или ко всем ведьмам? Тоже нет? Тогда не вижу оснований избегать с ним встречи.

– Я поняла, – рассмеялась Вэллери и распахнула двери в зал.

То, что в зале сидит её демон, ведьма поняла бы сразу и без сообщений адвоката: его горячий взгляд по-прежнему ощущался кожей, как обжигающее прикосновение к ней. Сжав губы, выходящая на свидетельское место Аманда напомнила себе, что они расстались лишь несколько часов назад, что она успеет вечером вволю насмотреться на своего знойного красавца... и обернулась, отыскивая его взглядом. Её «альфонс» нашёлся в центре зала – сидел между двумя девицами, заметно восхищёнными своим соседом. Когда Аманда замешкалась на пути к скамье для дачи показаний, девица справа пригнулась к демону и что-то с томным видом прошептала ему, затем тот же манёвр повторила соседка слева. Габриэль что-то кратко ответил, и вдохновлённые девицы склонились ниже... По лицу высшего демона проскользнуло забавное выражение лёгкой паники, и в сторону Аманды был брошен отчаянный взор, безмолвно вопивший: «Я ни при чём, они сами без зова явились и насели! Что может сделать Иной с непосвящёнными девицами посреди переполненного зала суда? Верно – ничего!»

Еле удержавшись от того, чтоб манерно закатить глаза, Аманда отвернулась от демона и сосредоточилась на поставленной перед ней задаче. Нечего являться таким красивым и соблазнительным в суд, где всем, кроме судей и охраны, строго-настрого запрещено пользоваться личной магией. И подозревать, что она неадекватно отреагирует на приставучих девиц, тоже не надо, к тому же, свой рабочий саквояж с флакончиками она, согласно регламенту, сдала на хранение в канцелярию суда.

Умные люди придумали регламент...