Чтение онлайн

– Человеческие врачи борются за жизнь пострадавшего, человеческие эксперты в полном ужасе и не представляют, как объяснить произошедшее, – доложила Лия. – По всем каналам репортёры кричат о «подводных пчёлах-убийцах», энтомологи крутят пальцем у виска. Лейтенант Дэвис умоляет шефа полиции прислать в больницу тебя, как последнюю надежду на сотворение чуда спасения и прояснения.

Пострадавший от пчёл водолаз нашёлся в палате интенсивной терапии в обществе врачей, лейтенанта Дэвиса и капитана Вэнрайта. Жертва кровожадных насекомых была подключена к системе принудительной вентиляции лёгких и к аппарату «искусственная почка», очищавшему кровь от токсинов. Раз врачи перешли к радикальным методам спасения, состояние пациента крайне тяжёлое.

Вывод подтвердил врач, сообщивший, что действие яда неуклонно ведёт к отказам функциональных систем организма. Главная составляющая яда пчелы – мелиттин – разрушает эритроциты, а вторая опасная фракция яда повышает проницаемость кровеносных сосудов и снижает свёртываемость крови, что приводит к кровоизлияниям во внутренние органы. Прибавьте к этому нейротоксические свойства пчелиного яда, приводящие к поражению центральной и периферической нервной системы, и вы согласитесь, что рыба фугу, скорпион и королевская кобра далеко не одиноки в списке самых опасных животных на планете.

– В озере завелись пчёлы-мутанты или власти штата так неумело пытаются скрыть слив в водохранилище ядовитых отходов? – донеслось из орущего радио проехавшей под окнами машины, и оба полицейских дружно сморщились.

– Вы же понимаете, что его никак не могли ужалить пчёлы? – видимо, уже в сотый раз повторил Дэвис, поскольку его голос успел полностью утратить эмоциональную окраску и бубнил на одной унылой ноте.

– Молодой человек, я видел столько пчелиных укусов, что перепутать их с другими никак не могу, – безапелляционно отрезал пожилой врач. – Добрый день, мисс Карвет. Рад вашему приезду, поскольку господа офицеры готовы верить лишь своим собственным экспертам. Посмотрите на спину пострадавшего и скажите, прав ли я в своих утверждениях.

– Да, очень похоже, укусы нанесли пчёлы. Все жала из кожи вытащили вы?

– Не было ни единого жала, как я уже доложил господам офицерам.

– Так же не бывает? – вырвалось у Аманды, и она смущенно извинилась за несуразность замечания: когда под водой нападают пчёлы, жалят сквозь сантиметры плотной многослойной ткани и уплывают восвояси, смешно говорить о невозможном. – Лейтенант, на гидрокомбинезоне следы проколов есть?

– Нет там проколов, под микроскопом криминалисты смотрели! – Остатки эмоциональности прорезались в голосе Дэвиса, он с отчаяньем хлопнул ладонями по бёдрам. – Ну не внутри же гидрокостюма пчёлы таились, пока он его надевал?! А потом куда они делись из герметичного водолазного снаряжения?! Когда его достали из воды, рой пчёл из комбинезона не вылетел! Впрочем, какие пчёлы под водой, а? Чепуха полнейшая!

– Следов укусов не так много, не больше двадцати, – осматривая спину и ноги, заметила Аманда. Конечно, при особой чувствительности организма к апитоксину смертельная доза яда значительно ниже среднестатистических 0,2 г, но не слишком ли много исключений для одного отравления? Странно всё: угрожающей жизни аллергии нет, отёков нет, а восприимчивость к яду повышена? – На груди, голове, животе ещё укусы имеются?

– Нет, только в области поясницы, но примечательно, что концентрация яда в крови такая, словно укусов было в десяток раз больше.

В голове Аманды забрезжила догадка. Но прежде чем разбирать криминалистические загадки, надо спасти жертву злоумышленников! Врачи сделали всё, что могли, но лекарственные препараты поддерживающей терапии не разрушали яд в человеческом теле, а процесс его вымывания шёл слишком медленно. Увы, люди – не вампиры и даже не оборотни.

«Помимо моего набора флакончиков при мне всегда имеется ведьминская сила. А магия позволяет придать соединениям те свойства, что не обеспечивает одна лишь химия, так что если противоядие не отыщется в готовом виде, я смогу его сотворить», – говорила она Габриэлю.

Настал момент, когда она должна доказать справедливость этого утверждения ещё раз.

– Джентльмены, мне нужно без помех осмотреть пациента, – многозначительно посмотрела она на людей непосвящённых. – Капитан может остаться, чтобы помочь мне взять необходимые дополнительные анализы.

Врач хотел было запротестовать, но обречённо махнул рукой, признав, что он сам уже ничем не может помочь пациенту. Лейтенант возражать и не думал: он шустро поволок доктора к двери, перед уходом бросил на главного токсиколога департамента полный веры взгляд и поклялся, что никого в палату не пропустит.

– Ну, от чего он помирает? – прошептал Вэнрайт, активируя по периметру палаты заглушающие звук амулеты, чтобы можно было говорить в полный голос.

– От пчелиного яда.

– Да ладно! Ты шутишь?!

– Какие шутки у постели умирающего? Помолчи, мне нужно сосредоточиться на расчётах и не ошибиться в формулах двух вредоносных компонентов апитоксина. Если сосуды парня сейчас не выдержат, рванут и начнут заливать кровью все внутренние органы, беднягу уже никто не спасёт.

Вэнрайт наблюдал, как споро смешивает жидкости и порошки специалист по ядам, как тщательно отмеряет дозу каждого компонента и насыщает раствор хитроумно сплетёнными чарами ведьминской магии. Дракону невольно вспомнился плакат из кабинета токсикологов, напоминающий, что неядовитых веществ в природе нет, весь вопрос лишь в дозировке. Состав, творимый Амандой, явно имел очень невысокий показатель полулетальной дозы.

– Яд против яда – нормальная практика токсикологии, – обронила Аманда.

– Ты научилась читать мысли? – буркнул дракон.

– Ты слишком выразительно пыхтишь, смотря на зелье в моих руках. Подай шприц, начинаем первый раунд боя.

Спустя час усталая Аманда сочла достигнутые результаты удовлетворительными, а жизнь пациента выведенной из зоны опасности. Когда она принялась складывать все инструменты обратно в свой саквояж, капитан решил, что настало время для расспросов.

– Откуда под водой взялся рой пчёл? Сильный демон обеспечил им воздушный канал, ведущий на такую глубину?

– У тебя богатая фантазия, но и такая малореальная версия не объясняет, куда пропали проколы на гидрокомбинезоне. Или высший демон переодел жертву под водой? Или замутил всем головы ментальной магией? Давай не будем списывать все странности на проделки старших Иных: один обнаруженный среди них (и уже обезвреженный) негодяй не должен сбивать следствие с разумного пути. Где-то на теле должен быть след от ещё одной инъекции – вот его и ищи. Предположу, след укола где-то на ступнях, раз криминалисты бьют себя в грудь, что комбинезон они осмотрели от и до.

– Вот, на левой пятке! Глянь, оно?

– Оно, – кивнула Аманда. – Зови Дэвиса, надо предельно внимательно осмотреть левый ботинок водолазного снаряжения пострадавшего.

– О'кей, но какова гипотеза?

– Не только верховная ведьма увлекается буддистскими практиками и культурой Востока, мне тоже доводилось изучать народную медицину дальних стран, да и тебе следует читать не только детективы. Следы пчелиных укусов на спине – следствие лечения болей в пояснице нетрадиционными методами. Помнишь, парень ездил к тёще на блины? Предположу, блины были с мёдом с собственной пасеки, а ревматизм любящая тёща подлечила зятю пчелотерапией. Это делают так: сажают пчёл на кожу человека и вынуждают жалить его.