Чтение онлайн

– Следите лучше за собой, повелитель! – обернулась к нему Морган и, зацепившись ногой о корень дерева, неожиданно потеряла равновесие и растянулась на земле лицом вниз.

«Вот чёрт! Этого мне только ещё не хватало!» – подумала она.

– Эй, Морган! Ты цела? – Бонни поймала на себе обеспокоенный взгляд Альвиса.

– Я в порядке, просто оступилась. Всё хорошо, – Бонни поспешно поднялась, чувствуя нестерпимую боль на своде стопы.

«Как же больно! Надеюсь, это не перелом». Девушка нахмурилась.

– Как ты, Морган? Идти можешь? – снова полюбопытствовал о её состоянии Альвис.

– Конечно, могу, – соврала Бонни. – Всё хорошо, я же сказала!

– Ладно, тогда идём, – Альвис лукаво усмехнулся и ушёл вперед. – Давай, не отставай!

– За это уж не переживайте, повелитель, – она старалась не шипеть от боли.

Пока Альвис бодро шёл впереди, Бонни из последних сил плелась сзади. «Она еле наступает на одну ногу, но ни за что не признается в этом! Нужно брать всё в свои руки», – решил правитель, глядя на изнурённую, но гордо идущую за ним девушку.

– Если остановимся немного передохнуть здесь, ты не будешь против? – поинтересовался мужчина.

– Будто мой голос тут что-то решает, – заметила Бонни.

– Не язви, – он нахмурился.

– Вообще-то, это мой истинный характер. Как ты и сказал, я чокнутая, упёртая и… как ещё там было? – она старательно вспоминала.

– Уже не важно, – Альвис отмахнулся от вопроса.

– Точно, повторять не стоит, потому что мне всё равно, что ты обо мне думаешь, – Бонни опустилась на землю, потирая ушибленную ногу.

Морган задумалась: «Несмотря ни на что, пока всё складывается вполне удачно. Чем больше я буду тянуть время, тем лучше».

– Ладно, насчёт чокнутой я перегнул, а вот всё остальное – чистая правда, – проговорил Альвис, садясь с ней рядом. – Не упрямься, Бонни, и позволь мне осмотреть твою ногу.

– Ногу? А что с ней не так? – Бонни резко отдёрнула руку от своей больной ноги.

– Я заметил, что тебе больно на неё наступать, – заботливо произнёс Альвис. – Я прав?

– Отчасти да, – призналась Морган. – Очень надеюсь, что это не перелом.

– С переломом ты вряд ли смогла так бодро идти… Хотя ты же Морган, – улыбка Альвиса, тронувшая лишь уголки его губ, сделала это замечание безобидным и даже милым.

Правитель осторожно стал прощупывать ногу Бонни, осматривая её.

– Как я и предполагал, у тебя просто ушиб. Уверен, ты родилась под счастливой звездой. Сейчас я сделаю тебе перевязку и станет гораздо легче, – правитель сорвал с себя лоскут одежды и стал перевязывать ногу Морган.

Тепло мужчины и нежность его голоса действовали успокаивающе. Когда тёплые ладони Альвиса касались обнажённой кожи Бонни, она мысленно обдумывала слова, которые бы записала в своём дневнике. «Я вся покрываюсь мурашками только от мысли о том, что наши тела могут соприкоснуться. Когда же это происходит на самом деле, в каждой клеточке внутри меня словно распускается множество бутонов самых прекрасных цветов одновременно. Это необъяснимо, но именно так я могу описать этот лихорадочный восторг, который овладевает мной всякий раз, когда мы рядом». Девушка мечтательно вздохнула.

– Теперь попробуй встать. Только не резко, осторожно, – голос Альвиса вырвал Бонни из её рассуждений.

Она невольно улыбнулась своим мыслям и самой себе. «А этот человек умеет быть очень обходительным, когда хочет».

– Дай мне руку, вот так, – Альвис подставил девушке свой локоть.

Опершись на него, Морган впервые почувствовала его поддержку не как хладнокровного правителя, а как доброго друга.

– Сильно болит? Идти сможешь? – спросил Альвис.

Бонни сделала шаг вперёд.

– Могу, только небыстро, – ответила она, вспомнив, что нужно тянуть время.

– Понимаю, – отозвался Альвис. – Совсем недавно я сам был сильно ранен в ногу и даже почти в то же самое место. Знаю, каково это.

«Это он меня так жалеет или высмеивает?» Бонни отвела взгляд, вспомнив сцену со скорпионом в пещере.

– Альвис, мне жаль, что так вышло… тогда, во время грозы, – в девичьем голосе было слышно сожаление.

– Что было, то было, – ответил правитель. – Теперь это уже неважно. Идём, контейнер должен быть уже совсем близко.

Бонни и Альвис продолжили путь вниз по склону и вскоре наконец добрались до контейнера с символом Гринстоуна на дверях. «Точь-в-точь такой же, какой мы недавно видели с Диланом. Знать бы, как он сейчас? Где он?» – задумалась Морган. Был самый разгар дня, и лучи солнца на открытой местности стали сильно припекать. Пока Альвис разбирался с замком контейнера, Бонни села на траву в тени дерева. Она погрузилась в свои мысли: «Пока всё идёт хорошо, но что я буду делать дальше? Куда поведу Альвиса? Что будет, когда он узнает, что я понятия не имею, где камень?» Прервав её размышления, Альвис с подносом, наполненным провизией, сел рядом с Бонни.

– Пожалуйста, угощайся, – мужчина поставил поднос на землю.

Морган была так голодна, что без всякого стеснения схватила большой кусок вяленого мяса.

– Спасибо, – произнесла она с набитым ртом.

– Приятного аппетита! – Альвис рассмеялся.

– Взаимно! – девушка улыбнулась.

После плотного обеда и предыдущих изнурительных приключений, Бонни облокотилась о ствол дерева и, закрыв глаза, не заметила, как уснула. Сперва Морган приснился отец, и в это время с её лица не сходила улыбка.

– Папочка, как же долго я ждала этой встречи!

– И я, моя милая. Мы теперь всегда будем вместе, – отвечал ей во сне отец.

– Даже не верится, что ты снова дома, – радовалась Бонни.

– Я дома, а как иначе? Наш корабль задержался всего на неделю, а ты уже так распереживалась, – отец улыбнулся дочери. – Давай, чтобы развеяться, сходим на твой любимый фильм, «Затерянный остров». Он как раз сейчас идёт в кинотеатре.

– Отличная идея. Давай! – она радовалась, словно маленькая.

Внезапно в приятные сны об отце резко вторглись кошмары с Альвисом.

– Где мой итафенит? Ты снова солгала мне и привела меня к обыкновенному булыжнику? – правитель достал свой арбалет и прицелился в самое сердце Бонни.

– Нет! Пожалуйста! Я всё объясню! – прокричала она со слезами и беспомощно прижалась к стене.

– Нет тебе оправдания, Морган! – оскалился Альвис и выстрелил.

Из страшного сна, так похожего на действительность, Бонни вырвал его безмятежный голос наяву.