Чтение онлайн

Еще неделю друзья бродили по заснеженному Скиру, изучили его, как собственные ладони, расспрашивали едва не каждого встречного, которых на улицах с каждым днем было все меньше, хотя кто-то еще вспоминал старую историю о какой-то жутко красивой танцовщице из храма Сади с похожим именем, но лет той истории было уже много, да и у храма стояли столь крепкие воины, что даже Марик смотрел на них снизу вверх.

— К Ирунгу не пойдем, — подытожил вечером поиски Насьта, ежась возле плохо разогревающейся печи. — Тем более что он с тем мерзавцем-колдуном заодно был. А к конгу подойти надо. Недаром ты что-то в глазах у него высмотрел, да и ведь дочь она ему! Попросим Сната Геба — он нас к конгу и выведет. Найдем Кессаа и оставим сайдов разбираться с хеннами. Уйдем с ней — как-нибудь, думаю, можно найти лодчонку да…

— Нет, — покачал головой Марик. — Если мы найдем Кессаа — она уже будет решать, уходить или нет. А уж что она не просто так в Скир шла — я уверен.

— Вот у нее и спросим, — подытожил Насьта. — А пока — спать.

Беспокойным был сон друзей, который был прерван штурмом. Сквозь сон Марик услышал глухой удар, словно где-то в отдалении рухнул дом, потом еще один, а третий удар он встретил уже на ногах. Руки сами потянулись к оружию, но Насьта неожиданно покачал головой:

— Оружие, брат, мы здесь, конечно, не оставим, но что-то мне говорит, что Кессаа важнее будет, чем оборона стен Скира. Пошли-ка опять к тому деду, может быть, теперь он разговорчивее станет.

С дедом поговорить не удалось. Марик долго стучал в тяжелую дверь, пока Насьта не потащил его в обход дома. За высоким забором обнаружился уютный двор, а за невысокими, но пушистыми сосенками еще одна дверь. Марик толкнул ее и замер: в узком коридоре в луже крови лежал старик.

— Вот и поговорили, — пробормотал Марик, но Насьта толкнул его кулаком в бок:

— Тише, они еще здесь!

— Кто они? — не понял Марик и тут же получил еще один толчок.

— Все-таки баль настолько же глупее ремини, насколько короче себя называют, — прошипел Насьта. — Убийца еще в доме! Или ты следов у входа не видел?

Марик только развел руками и потянул из ножен лепесток глевии. Древко все еще оставалось в руке, но насаживать клинок Марик пока не стал: коридор был узким и не располагал к размашистым движениям. Против ожидания, в доме было тихо — только по-прежнему доносился далекий грохот. Из коридора друзья попали в зал, через высокие окна которого падал бледный свет. Марик оглянулся, но, кроме темных силуэтов снятого со стен оружия и доспехов, ничего не увидел. Помещение словно было раздето догола и вычищено от любых мелочей, напоминающих о живших в доме людях. Широкая лестница поднималась во внутренние комнаты огромного здания, узкая лестница уходила вдоль голой стены к провалу темной арки и исчезала в ней.

— Башня там? — прошептал Марик, показывая на эти ступени.

— Я тут в первый раз, — огрызнулся Насьта и вытащил из-за пояса дудку.

— Для кого представление? — удивился Марик.

— Для таких же гостей, как и мы, — усмехнулся Насьта. — А ты хочешь, чтобы я окликнул этих незнакомцев? Нет уж, я лучше поиграю, а ты смотри, парень, да не пропусти удара: думаю, наши предшественники не слишком добры, хотя ножки у них, словно у подростков.

Ремини поднес дудку к губам, и поплыла по пустым комнатам брошенного дома прозрачная мелодия.

— Что ты делаешь? — прошептал Марик. — Меня клонит в сон.

— Тихо! — Ремини отнял дудку от губ и прислушался: — Сейчас!

В тот же миг где-то высоко громкий голос произнес:

— Насьта! На них амулетов — как грибов на пнях в сыром лесу! Будь осторожен! Двое из них стрелки не хуже тебя!

— Демон меня задери! — только и произнес ремини и тут же сделал кувырок по ступеням вниз головой, непостижимым образом вытаскивая лук из чехла. Тонкая стрела пронзила дубовую ступеньку и задрожала, слово промах разозлил ее не меньше, чем стрелка.

— Тетивы не слышал, — пробормотал Насьта, притаившись за серой колонной и натягивая тетиву на собственный лук. — Ни тетивы, ни пружины. Только выдох.

Марик, прислонившийся к соседней колонне, прищелкнул к древку лезвие и вытащил из-за голенища нож.

— У тебя знакомые в Скире?

— Оказывается, да, — удивленно кивнул ремини и потянул из тула стрелу с иглой юррга.

— Для этого случая берег? — облизал верхнюю губу Марик.

— Не берег, — мотнул головой Насьта. — Просто во всякий случай оказывалось, что есть и обычная стрела, а теперь — в самый раз!

Он резко, но неслышно выпрыгнул из-за колонны и замер, оглядывая балкон, на который вела широкая лестница. Три двери, виднеющиеся за коваными перилами балкона, были закрыты. В воздухе кружились пылинки, но в холодных лучах Аилле они казались не желтыми, а серыми, как и весь дом.

— Да простит меня творец всего сущего, — пробормотал ремини и выпустил стрелу.

Она пробила крайнюю деревянную дверь так, словно та была слеплена из древесной коры, и в то же мгновение послышался вскрик и грохот упавшего тела. Где-то в отдалении возник тихий шепот, затем быстрые шаги и звон разбитого стекла.

— Пошли, — двинулся вверх по лестнице Насьта, придерживая на тетиве следующую стрелу.

В пустой комнате в луже крови лежала черная женщина. Стрела пробила ей грудь вместе с нагрудником из сыромятной кожи и вышла на пол-ладони из спины. Раскосые глаза смотрели удивленно. Изогнутый меч лежал рядом. В разбитое окно ветер задувал мелкий снег и доносил грохот штурма.

— Чая, — раздался голос за спиной Марика. — Вот уж чьей смерти я не хотела.

В дверях стояла девушка, чем-то напоминающая Кессаа, но или старше ее, или жестче — словно то, что в дочери конга было вычерчено мягкой кистью, в незнакомке уверенная рука мастера выполнила тонким резцом.

— Познакомься, Марик, — расплылся в улыбке Насьта. — Перед тобой подлинная хозяйка дома у желтого утеса. Айра, дочь Ярига!

— Ярига больше нет, ремини, — сжала губы Айра и присела над мертвой. — Насьта, снимай амулеты с нее и надевай на себя в том же порядке. Твоему другу, как мне кажется, они не нужны. Понять я этого не могу — ну да не время сейчас разбираться. А я, пожалуй, возьму себе ее меч. Тем более что он соскучился по своей подружке.

Айра расстегнула перевязь и вытащила из-за спины мертвой воительницы ножны, и тут только Марик понял, что они точь-в-точь похожи на те короткие ножны, что висели на спине его новой знакомой.

— Кессаа здесь нет, — пробормотала Айра и опустилась на пол прямо возле трупа.

— Почему? — прошептал Марик, ткнув пальцем в сторону мертвой. — Почему она не идет в Суйку?

— Зачем? — усмехнулась Айра и ударила себя по груди. — Зачем ей в Суйку, если все, что попадает в Суйку, скользит через мое сердце. Вот же короткий путь! Если бы я не сдерживала пропасть, что открылась во мне, то оледенела бы вмиг. Впрочем, мне порой даже кажется, что мое сердце уже превратилось в кусок льда.