Чтение онлайн

Дагамар вскочил. И заорал так, что я подпрыгнула:

– Великодушная нея оценила талант детей гор! Нея назвала нас великими стихотворцами! За нею!

– За нею! – дружно и радостно возопили гномы.

И, ну конечно же, снова треснули кулаками по столу! И тот все же не выдержал столь мощного и многократного напора и пошел трещиной!

– Гюст, тащи мой шувыр! – громогласно потребовал Дагамар, отшвыривая обглоданную кость.

Краем глаза я заметила, как лорд Даррелл в мнимом ужасе прикрыл глаза, и приготовилась к худшему. Но оказалось, что шувыр – это всего лишь музыкальный инструмент, похожий на надутый бурдюк с торчащими из него оловянными трубками.

Дагамар важно отодвинулся, поглаживая пузырь, пока безбородые спешно отодвигали треснувший стол, не обращая внимания на тех, кто не успел доесть. Впрочем, еду не убрали, и желающие просто передвинулись вместе с лавками. Остальные же застыли в центре зала, словно в ожидании.

Еще пару мгновений Дагамар значительно поглаживал бороду, свой странный бурдюк, хитро щурил глаза, а потом поднес одну из трубочек ко рту и изо всех сил подул!

Дикие протяжные звуки наполнили зал! И тут же все гномы слаженно подпрыгнули, топнули, хлопнули и издали громогласное «Ух!». И снова: длинный звук шувара, подскок, хлопок и еще более громкое «Хей!».

Я завороженно наблюдала этот дикий танец, оглушенная, ошеломленная, и неожиданно для себя принялась отбивать его странный ритм и тоже притопывать, словно загадочный бурдюк с трубочками был зачарованным!

И в странных звуках его мне чудилась песня неукротимых и свободных гор, так как слышу ее я и наверняка Дагамар.

Ксенька, уже не сдерживаясь, откровенно приплясывала, и гномы с хохотом схватили ее за руки, затащили в круг. Данила помялся, но эль кружил голову, и он не выдержал, тоже подскочил и стал неумело притопывать, высоко вскидывая длинные ноги.

И я совершенно не ожидала, что меня схватит за руку всегда такой благоразумный лорд Даррелл и потащит в круг, радостно улыбаясь.

– Идем, – крикнул он мне почти в ухо, чтобы я хоть что-то услышала в царящем вокруг грохоте, – идем, это весело!

Я с подозрением заглянула в блестящие ореховые глаза. Так и есть! Похоже, забористый эль ударил в голову не только Даниле!

– Э-э-э-э, – забормотала я, – я как-то не очень умею танцевать…

– Я тоже! – обрадовал меня лорд и втащил в круг.

Гномы жизнерадостно заухали, и стало еще громче, хотя и казалось, что дальше уже некуда!

А потом меня все-таки захватила музыка, закружил лорд Даррелл, замелькали бородатые лица, заворожил танец, и я просто смеялась, хлопая и топая в такт!

Я не заметила, когда Арххаррион покинул большой зал, и, лишь остановившись на мгновение, чтобы перевести дух, поняла, что его нет.

Кажется, я все-таки немножко оглохла. Потому что когда улизнула с торжества и потихоньку вышла из башни на воздух, на меня обрушилась такая тишина, что показалось – я напрочь лишилась слуха!

Я закинула голову, рассматривая верхушки Свободных Гор. Величавые синие пики пронзали облака и кутались в туманную дымку словно в вуаль. Закатное солнце медленно опускалось, окрашивая скалы длинными росчерками золота, и снежные вершины сияли словно драгоценности. А в искрящейся вышине парили, распахнув огромные крылья, драконы…

И здесь было так тихо. Толстые стены башни не пропускали ни одного звука, надежно спрятав разгулявшееся внутри веселье. Я невольно улыбнулась, подумав о празднующих гномах.

Налетел Эххо, лизнул ладонь ветром и снова умчался в горы. Воздушному зверю здесь нравилось.

Я тихонько пошла вдоль стены, рассматривая верхушки скал.

– Ветряна? Почему ты сбежала?

Я помедлила, но обернулась, стараясь, чтобы лорд не заметил на моем лице досаду. Мне хотелось побыть одной, но сказать об этом было неудобно.

– Захотелось на воздух, – честно ответила я. – Знаете, я не привыкла к таким танцам. Собственно, и танцую впервые! В Риверстейне танцы и музыка были запрещены. Но мне очень понравилось, – торопливо добавила я, и он улыбнулся, все так же пристально меня разглядывая.

– Мне бы хотелось показать тебе, как танцуют в Эллоаре, – сказал лорд, улыбаясь, – и послушать вместе с тобой эльфийскую свирель. Говорят, это самая прекрасная музыка в Подлунном мире. Такая же прекрасная, как и ты…

Я молчала, не зная, что сказать, и чувствуя себя ужасно неловко. А он все смотрел, и зеленые глаза его темнели, как листва перед грозой.

– Ты такая красивая, Ветряна, – прошептал он.

Я решительно расправила плечи.

– Лорд Даррелл… – начала я.

Он шагнул, коснулся моего лица, провел пальцем по губам.

– Шайдер. Меня зовут Шайдер. Пожалуйста, Ветряна, скажи мое имя…

Его рука легла на мою талию, потянула к себе, а в глазах разлилось то напряженное ожидание, что так пугало меня…

– Убери от нее руки, Шайдер, – лениво процедил Арххаррион.

Я отпрянула, а лорд обернулся, все еще не отпуская меня.

– Я сказал – убери руки! – повторил Арххаррион, и мне стало страшно от яростной угрозы в его голосе.

Он просто стоял в трех шагах от нас и смотрел, но в темных глазах чернела Бездна, и заглядывать в нее не хотелось.

– По какому праву ты вмешиваешься, Рион? – процедил Шайдер, не отпуская меня.

Демон молчал и смотрел в его глаза, и неохотно лорд Даррелл все же отступил. Отошел от меня на шаг.

– Ветряна не знает, чего хочет, потому что за нее говорит кровь. Твоя кровь, – сказал он, глядя на Арххарриона. – Но это закончится, как только слияние будет разорвано. И тогда Ветряна будет свободна и решит сама, – он посмотрел на меня, и в зеленых глазах я не заметила ни капли хмеля, – а я подожду.

И ушел.

Я стояла, глядя на демона, и молчала. И когда он развернулся и тоже ушел, на душе стало так горько, что захотелось завыть. Потому что я не хотела, чтобы он уходил. Не хотела! И это притяжение к демону пугало меня. Пугало тем, что усиливалось с каждым днем! Поэтому я крепче стиснула зубы, вздернула подбородок и построила внутри себя еще одну стену. Незримую, но столь же несокрушимую, как вознеслась вокруг Риверстейна. Такую, которая способна заглушить даже голос крови.