Чтение онлайн

Анташар покачал головой и грустно улыбнулся.

— Ты права, Ветряна. На востоке идут бои, клан Погруженных во Тьму сражается на стороне Хаоса. Меня Шайдер чудом застал в Долине. Уже сейчас потери значительные, орки присоединились к нам, как и гномы, и те и другие всегда недолюбливали светлых. Но и у эльфов немало союзников. К ним присоединился весь юг, это внушительные резервы, — Безликий мрачно усмехнулся, — но самое страшное, что многие понимают бессмысленность этой войны. Демоны никогда не отдадут Хаос, будут сражаться до последней капли крови, но не отдадут.

Солмея кивнула на его слова.

— Сирены пока держат нейтралитет, но это тоже временно.

— Майира присоединится к Империи? — с беспокойством спросила я.

— Не знаю, я ее не видела… Но многие сирены покинули Им и теперь обитают в Озере Забвения, — Солмея улыбнулась, — так что, Ветряна, я все-таки стала Хозяйкой.

— Прекрасной Хозяйкой, — с нежностью сказал Анташар и снова взял Солмею за руку.

Я подавила радостную улыбку. В серебряных глазах Безликого светилось такое явное чувство, что не заметить его мог только слепой.

— Поэтому и нужно открыть Грань, — вернулась я в действительность, — если есть хоть малейший шанс… Я им воспользуюсь.

— Что ж… Тогда давайте приступим, — сказал Безликий.

Шайдер стоял совершенно белый, и на него я старалась не смотреть. Солмея тоже хмурилась, что было не похоже на обычно хладнокровную сирену, один Анташар улыбался. Впрочем, и он не слишком весело.

Мы заперлись в кабинете, надеясь, что никто из демонов нас не подслушивает.

— Держи хронометр, помнишь, что должна вернуться до того, как он пройдет полный круг? Готова? — спросил Безликий. Я неуверенно кивнула.

Анташар выдохнул и резко ударил меня в грудь.

И я провалилась в Грань.

Уже знакомый мне мертвый лес с клочьями белесого тумана. За спиной повисла дымка перехода, и щелкнул хронометр, начал свое движение по кругу. Я торопливо встала и пошла между стволов. Тени проскальзывали мимо, задевая меня сгустками тьмы. Я торопилась, потому что время в грани шло удивительно быстро.

Красный шарик успел докатиться почти до середины, когда я все-таки увидела ее.

— Таяра.

Деревья со скрюченными сухими ветвями расступились, открывая тропинку, уходящую вдаль, и на ней стояла синеглазая хранительница. Моя мама. За ее спиной, цвели цветы и нежно шелестел весенний лес, чуть дальше был уже знакомый мне домик с соломенной крышей. Там светило солнце и пели птицы.

Она стояла на границе между Гранью и миром Теней и в ее глазах застыло беспокойство.

— Таяра, что ты здесь делаешь? Твой путь не пройден.

— Я знаю, — торопливо сказала я, — мне нужны ответы. Ты знаешь, почему умирают Источники подлунного мира? Куда ушли схиты? Как все исправить?

— Таяра, — она грустно покачала головой, — тени не имеют права вмешиваться в жизнь за Гранью. Мы не можем изменять ее течение или нарушать ход событий, прости.

Я в отчаянии подошла ближе, заглядывая в глаза, которые были так похожи на мои.

— Пожалуйста, помоги! Я так надеялась, что ты сможешь подсказать мне… мама…

Она затуманилась, образ хранительницы поплыл… Потом снова стал четким, но в синих глазах теперь блестели слезы.

— Ах, девочка моя, какое счастье это услышать. Даже здесь, за гранью. Я очень хочу тебе помочь… — она замолчала, размышляя, — ты должна вспомнить, Таяра. Увидеть то, что видят только схиты. Прийти туда, откуда все началось. Понимаешь?

Я отрицательно мотнула головой.

— Куда?

— Светлые духи, единороги, они уже показывали тебе! Вспомни!

— Но я ничего не поняла в их разуме! Он слишком отличен от человеческого!

Она вздохнула.

— Таяра, я не могу сказать тебе больше. Помни, что все возвращается на круги своя. Нужно вернуться к началу и начать заново, это единственный путь.

— Мама! Ты говоришь как безумная Амалия Видящая и ее последователи! Они призывают разрушить наш мир до основания! Это же бред какой-то! Я ничего не понимаю!

— Это не бред, Таяра, это закон.

— Значит, Источники должны угаснуть? Все?

— Да.

Я смотрела на нее с ужасом. Не такого ответа я ждала…Хронометр тикал, отсчитывая мгновения.

— Таяра, тебе нужно уходить. Смотри туда, куда не смотрят другие. Туда, куда они не могут смотреть, и ты увидишь путь.

Я подняла хронометр, маленький шарик дрожал уже в конце пути. Посмотрела за спину хранительницы, туда, где цвели дикие розы, оплетая деревянную ограду.

— Таяра, не смотри туда, — испугалась она, — нельзя, затянет…

Я с улыбкой покачала головой.

— Нет, уже нет. Мне есть к чему возвращаться. И к кому, — я посмотрела на нее чуть виновато, и она понимающе кивнула.

— Плетущие нити Судьбы мудрее нас, моя любимая девочка. Доверяй своему сердцу и не оглядывайся назад. Иди.

Я постояла еще миг, глядя на нее. Если бы можно было ее обнять, почувствовать живое тепло, биение ее сердца… Ощутить на своих волосах родные руки, как когда-то в детстве. Но, увы… она лишь тень. Воспоминание, мой прекрасный сон, в котором есть все это: родители, клены, домик с соломенной крышей… Где я маленькая девочка и бегу по этой дорожке, выложенной белыми камушками…

Но я уже выросла. И та маленькая девочка пусть останется в моих светлых снах.

Я развернулась и, не оглядываясь, пошла назад, почти побежала, торопясь вернуться к дымке перехода. Я успела в самый последний миг, когда красный шарик сухо щелкнул, сделав полный оборот.

Я очнулась в Риверстейн, в кабинете и сразу почувствовала давящую и зловещую тишину. А открыв глаза, сразу встретилась с очень злым взглядом темных глаз.

— Со мной все в порядке, — испуганно сказала я и села.

Арххаррион стоял у окна, в темных глазах бушевало пламя.

— Эээ, — протянул Анташар, — мы, пожалуй, пойдем.

И они с Солмеей выскользнули за дверь. Я проводила их чуть обиженным взглядом, друзья называются… Зато лорд Даррелл, похоже, уходить не собирался и смотрел на Риона напряженным мрачным взглядом. Так что его я сама попросила выйти.

— Шайдер, пожалуйста, — умоляюще сказала я.

Арххаррион молчал, разглядывая меня, и на движения моих друзей даже внимания не обратил. Лорд Даррелл недовольно сощурился, но вышел. Я сконфуженно поправила юбку, боясь встретиться с ним взглядом. Рион молчал, и я осторожно подняла голову. Неловко поднялась, подошла.