Чтение онлайн

Я опустила руки в купель, закрыла глаза, прислушиваясь. Водоворот силы стих, теперь это было похоже на ветер, все еще сильный, но уже успокаивающийся, мощный в центре и мягкий у краев. Теперь я ощущала его так…

Теплые руки Риона обняли меня сзади, он прижал меня спиной к своей груди.

— Ветряна, ты должна погрузиться в Источник и отделить часть силы, мысленно заключить ее в сферу. Попробуй. Жаль, что между нами теперь нет слияния, я бы помог, но думаю, ты и сама справишься.

Я закрыла глаза, погружаясь в силу, отдаваясь ее течению, становясь ее, и пропуская через себя. Еще глубже, еще сильнее, до полного единения, где уже нет моего сознания, и я лишь часть ветра… Здесь хорошо, спокойно, но теплые руки Арххарриона не дают оторваться от реальности, возвращают меня к себе. И я сосредоточилась, встряхнулась, попыталась сделать так, как он говорил. Поначалу у меня не получалось, я не могла понять как можно взять часть силы, которая не была материальной, лишь ветер, лишь ускользающий поток. Но Рион подсказывал и направлял, и почти через час, когда я уже еле стояла от усталости, мне все же, это удалось. Я распахнула глаза, с восхищением рассматривая маленький светящийся шарик на своей ладони. Чистая сила, заключенная в форму.

От восторга я поцеловала Риона, но тут же выскользнула из сжавших меня рук.

— Сколько нужно сфер?

— Как можно больше, неизвестно, как долго придется идти по Черте. Черный песок высасывает силы и жизнь очень быстро… Сделай, сколько сможешь. Справишься теперь сама?

— Да, а ты куда?

— Я вернусь в Хаос, ведь мне нужна сила лабиринта. Встретимся вечером, а утром выезжаем.

Он ушел, поцеловав меня на прощание, а я вздохнула. Без него мне было холодно…

Но встряхнувшись, я сосредоточилась на сферах силы. Следующие сделать было уже легче, и через несколько часов у меня было два десятка сфер. Больше уже не смогла осилить, все же в каждую я словно вкладывала часть себя, помимо силы источника наделяя сферы своей исцеляющей силой.

На время нашего отсутствия школу было решено полностью передать во владение Тиане. Мы не распространялись о цели грядущего путешествия, все же слишком эта цель была зыбкой и неясной, и честно говоря, звучала бредом скаженной. Я закусывала губы, думая о том, что могу ошибаться, и никакого Древа Жизни не существует. Вдруг Алира соврала? Или сама не знала толком… Или я ее неправильно поняла. Но, как бы там не было, это был хоть какой-то шанс, пусть и весьма призрачный.

На ранней заре следующего дня мы стояли рядом с лошадьми во дворе Риверстейн. Я решила последовать примеру Ксени и облачилась в штаны и кожух, памятуя, насколько неудобно ехать на лошади в платье. Всех тревожило предстоящее путешествие, а Солмея и вовсе выглядела испуганной, что на лице русалки выглядело странным.

— Я не очень дружу с лошадьми, — шепнула она мне.

— У тебя очень спокойная кобылка, не бойся, — успокаивающе сказала я, и добавила доверительно, — знаешь, я тоже плохая наездница, если честно. Не то что, Ксеня.

Мы с русалкой проводили гарцующую на жеребце Ксеню восхищенными взглядами.

Школа еще спала, когда мы уезжали, а мы молчали, обдумывая наш путь. Составлением плана занимались мужчины, я особо их не слушала, сосредоточившись на укладывании провианта в дорогу. Было решено ехать вдоль Черты, а я буду стараться увидеть, куда ведут нити силы. Если замечу путь, придется войти уже на сам черный песок.

Меня передернуло от предстоящей перспективы. Даже если я права и Черта это защита, трудно представить себе более страшное место…

Я оглянулась на Риверстейн, обвела взглядом темные камни, шпили башен, ворон на стене… Мне не хотелось прощаться, и я лишь слушала песню, что пели мне духи моей земли. И изо всех сил сжимала зубы, обещая вернуться.

Мы достигли Черты на третий день нашего путешествия.

В Северном Королевстве уже отчетливо пахло весной, она наступала со всех сторон, властно отодвигая зимнюю стужу. Теплый ветер обдувал наши лица, и мой Эххо, носился вместе с ним, словно обезумевший от радости щенок со сворой бродячих псов.

Я постоянно рассматривала нити силы, что окружали нас, пытаясь найти и увидеть их взаимосвязь. Возле Риверстейн они почти все были зеленоватые, потому что тянулись от моего источника, но чем ближе к Черте мы приближались, тем чаще стали встречаться и другие цвета: розовые, синие, белые, оранжевые… Даже знакомые мне красные нити от лабиринта Хаоса. Это напоминало паутинку, что накрывала весь подлунный мир, и я удивлялась, что не замечала этого раньше. И все эти нити тянулись в Черту… Я рассказала Арххарриону, о том что вижу.

— Но я пока не понимаю, что мне нужно искать. Где вход?

— Значит, просто смотри, — ответил он, — и говори мне, если заметишь, что-то необычное, хорошо?

Так что я пыталась смотреть.

Мы ехали вдоль Черты уже пятый день, делали привалы прямо возле островков пепла, быстро перекусывали и отправлялись дальше. Ночевали в ближайших поселениях, если была такая возможность, а несколько раз пришлось устроиться спать на земле, под защитным контуром, что устанавливали Шайдер и Данила.

Первый раз, когда мы остановились на ночевку в местной харчевне, Рион совершено невозмутимо взял меня за руку и потянул за собой в комнату. Я попытался смутиться, тогда он развернул меня к себе, посмотрел в глаза.

— Ветряна, — спокойно сказал он, — мне плевать на моральные принципы, на мнение окружающих и на все остальное. Я больше никогда тебя не отпущу, понимаешь? Мне хватило тех месяцев, что ты жила в Риверстейн. Если тебя беспокоит чужое мнение, я с радостью надену на тебя брачные браслеты у ближайшего источника, и ты станешь моей парой прямо сейчас. Ты согласна?

Он кинул взглядом узкий коридор харчевни, в котором мы стояли и усмехнулся.

— Прости, наверное, ты ждала другого… предложения. В более подобающей обстановке. Правда, я не уверен, что знаю, как это делается…

А я смотрела на него и понимала, что не нужно мне никакая другая обстановка, и вообще все это не важно.

— Согласна? — повторил он, всматриваясь в мои глаза с напряженным ожиданием.

— Мне не важно чужое мнение, — сказала я, — но все же… давай подождем.

В темных глазах мелькнула грусть, но лишь на миг.

— Хорошо, — медленно сказал он, и вдруг подхватил меня на руки, — но учти, я не собираюсь делать вид, что между нами ничего нет. Ты моя, Ветряна.

Я согласно кивнула, потянулась, чтобы обнять его.

Через восемь дней пути, когда все уже начали уставать от серого пепла, вдоль которого мы ехали, мне показалось, что нитей силы стало больше. Я не стала сразу говорить об этом, переживая, что это мне лишь почудилось. Никто из моих друзей ни словом, ни взглядом не торопил меня, напротив, все старались подбодрить и утешить, когда я впадала в отчаяние.