Чтение онлайн

То взял в руки очень необычного вида пистолет, покрутил его, рассматривая со всех сторон.

— Девушка, а вы знаете, что при выстреле оружие испытывает большие механические нагрузки? И что делать пистолеты из карболита просто глупо?

— Знаю, поэтому из карболита их и не делаю. Это полиамид, он вообще прочнее стали. Да и пистолет из него получается на двести грамм легче, чем ТТ, причем вместе с патронами, которых здесь помешается двадцать штук.

— Да что вы говорите!

— Говорить можно много чего, лучше своими собственными глазами посмотреть, что же у меня получилось. Сходим в тир?

— Вы уверены?

— Василий Алексеевич, — вмешался в разговор Миша, — это же Белоснежка, она всегда в своих словах уверена. И может их доказать… Ты что, на самом деле пистолет изобрела? Можно и я с вами в тир?

— Пошли, любитель суровых мужских игрушек, — Шэд достала из верстака четыре уже готовых магазина, — только чур руки к игрушке не тянуть. Сама дам попробовать, но если увижу, что у вас… у тебя, Миша, детство в одном месте играть стало… Заодно и вот это захвати, — она показала на небольшой металлический ящичек, стоящий возле верстака.

— Это что?

— Машинка для перезарядки магазинов. Их можно и вручную, но получается слишком долго. Так что бери и неси!

Пистолета Шэд было очень жалко: она ведь только что довела ствол до нужной кондиции… но раз уж обделалась, то попробуем сделать из дерьма конфетку…

Тир находился в подвале соседнего цеха. Вообще-то на заводе отстреливали все производимое оружие на заводском стрельбище, а тир использовался лишь для отстрела опытных изделий и «контрольных» автоматов, наугад выбираемых из каждой новой сотни — поэтому рабочих там было немного. Когда они зашли, один из рабочих очень обрадовался, увидев девочку:

— Татьяна Васильевна, вы к нам пострелять решили зайти? Давно собирался к вам забежать, спасибо сказать: я почти хромать уже перестал, очень ваша микстура мне помогла — но времени нет, работы очень много…

— Мы вам немного помешаем, можно на пять минут позицию освободить?

— А она и свободна, сегодня в конструкторском тихо, а автоматы только после обеда принесут.

— Вот и отлично. Вы мне не поможете? Пять мишеней на пятьдесят метров…

— С удовольствием.

— А вы уверены, что из вашей этой… игрушки можно попасть в мишень на пятьдесят метров? — все еще довольно ехидно спросил старичок. Таня, высыпав в заряжающую машинку несколько пригоршней патронов, ловко заряжала магазины, а закончив с этим, спокойно ответила:

— Это у кого какие руки, некоторые и с пяти шагов промахнуться сумеют. Готово?

«Надо сделать самую вкусную конфетку», — подумала Шэд и приступила к демонстрации. На каждый магазин она смогла потратить секунд по семь, меняла их тоже очень быстро. То есть старалась менять быстро, но — отвычка… впрочем, получилось все же неплохо. Когда рабочий тира принес бумажные мишени, старичок долго и с явным недоумением разглядывал бумажные листы, в центре которых, в круге диаметром сантиметров десять, были пулями выбиты вензеля: буква «С» и над ней, наполовину ее перечеркивая, буква «Т».

— Не ожидал, честное слово, удивили вы меня. Сразу видно, что… игрушку вы изготовили замечательную.

— Терпимую, у нее все же куча недостатков. Пластик держит температуру до двухсот градусов, поэтому больше пяти магазинов подряд, то есть как я сейчас стреляла, использовать не рекомендуется. Да и ресурс маленький, секунд тридцать всего. Если за пистолетом ухаживать нежнее чем деревенский парень за девицей, которую сосватать хочет, хорошо если до сорока секунд растянуть ресурс получится. И даже если ствол заменить, больше минуты-полутора не выйдет.

— Но вы, вроде бы, стреляли больше тридцати секунд.

— А про рабочий ресурс говорю. Пуля в стволе летит примерно одну тысячную секунды, чуть даже меньше. То есть если без изысков, то пистолет выдержит примерно сорок тысяч выстрелов, а с плясками вокруг него — тысяч шестьдесят. И все, потом его только выкидывать.

— Хм… интересные у вас представления о ресурсе. А мне можно его самому попробовать?

— Конечно, — Таня протянула ему пистолет и предупредила:

— У него отдача более плавная, чем у «ТТ», а предохранитель интегрирован в спусковой крючок, так что просто нажимайте на него спокойно, а как пальцем почувствуете, что предохранитель утоплен, то дальше на ваше усмотрение. И после второго подряд выстрела запускаются турбинки охлаждения ствола, ствол немного при этом вниз ведет… думаю, вы сами почувствуете.

Старичок отстрелял магазин, поднес пистолет к уху, вслушиваясь в тихий шум турбинок:

— Хм… ухом шум почти не слышен, а рукой чувствуется… в общем, интересная у вас игрушка получилась. Но, боюсь, с технологичностью…

— В серийном производстве трудозатраты примерно раз в двадцать меньше, чем у «ТТ». У меня сейчас пресс-машина заправлена, если есть возможность потратить полчаса, я вам покажу как за пять минут изготовить все детали… почти все, кроме ствола, ударной группы и пружин, за пять минут для десяти пистолетов.

— Я с удовольствием посмотрю, но если можно, то завтра. А пока вы не позволите мне этот пистолет с собой взять? Посмотреть повнимательнее…

— Берите. И творите с ней что хотите: я себе еще сделаю. А показуха тогда только на той неделе будет, я на заводе просто раньше не появлюсь. Миша вас заранее предупредит, когда именно. Миш, зарядную машинку здесь оставь, ей и рожки к автоматам заряжать можно…

У Тани до конца недели точно свободного времени не предвиделось: Иван Михайлович сообщил, что в ковровские госпитали приезжает какая-то комиссия из Москвы. Собственно, Тане до комиссии вроде дела и не было, но старый доктор думал иначе. То есть он думал, что это комиссии будет дело до Тани.

И в целом он не ошибся: Николай Нилович Бурденко к Коврову проявлял повышенный интерес. Сначала — следил за тем, как в спешно учрежденном «учебном госпитале» обучаются медсестры и врачи, чуть позже — лично курировал строительство «четвертого госпиталя», а в конце июня, получив очередную сводку по результатам работы госпиталей, очень заинтересовался тем, что во всех трех госпиталях Коврова был нулевой процент смертности пациентов. А, запросив дополнительную статистику, с удивлением обнаружил, что в городе и уровень заболеваний населения колебался в районе статистической погрешности. Мимо такого феномена он спокойно пройти не мог и приехал лично выяснить, что же такое в городе происходит.

Пермский поезд прибыл в Ковров около часа ночи, и на вокзале Николая Ниловича встретил лишь пожилой начальник первого госпиталя. Явно уставший, он сразу предложил Бурденко отправиться переночевать и все прочие дела отложить на позднее утро.

— Почему именно на позднее? — не удержался от вопроса Главный хирург армии.

— А сейчас все врачи сейчас на конвейере стоят.

— На заводе, что ли?

— Нет. Вечером санпоезд пришел, раненых очень много, в том числе и тяжелых, все врачи в операционной. Мы сейчас их обработку как раз на конвейере и ведем, это получается втрое быстрее… и качественнее, конечно.