Чтение онлайн

— Не удастся мне повидать драконов, — криво усмехнулся он. — Илонна, ты там присматривай за этим балбесом.

Девушка поцеловала Тео в щёку, а Дилль осторожно пожал ему не раненую руку.

— Ты, главное, себя донеси до Григота, — сказал ему Дилль. — Обратно поедем в карете — я не я буду, если не уговорю ваших старейшин выделить тебе транспорт.

— Лучше фургон — там спать можно, — улыбнулся Тео.

Послышался окрик мастера Мортиана — старшего возвращавшегося отряда. Тео ещё раз пожелал им удачи и ушёл. Дилль смотрел им вслед до тех пор, пока воины не скрылись во тьме, затем повернулся к Илонне.

— Знаешь, я тут подумал…

— Надеюсь, не о том, о чём всегда? — лукаво улыбнулась она.

— Нет. Но мысль хорошая, — ответно улыбнулся Дилль. — Я хочу попробовать проделать с тобой кое-что.

— Ну, я же говорила!

— Помнишь, мы с тобой попадали в какое-то странное место?

— Я с тобой всё время попадаю в странные места, — хмыкнула Илонна. — Вот даже в Запретный предел пришла.

— Цыц, адепт! Я про то, как мы медитировали. После этого я был просто переполнен энергией. Астральная атака высосала мой резерв до дна. Думаю, если мы с тобой сейчас проделаем тот же фокус, то я буду готов к бою гораздо раньше. Ну, как?

— С удовольствием, мой господин, — Илонна схватила его за руки и посмотрела ему в глаза.

Дилль хотел сказать глядевшему на них Фиррису, что они так просидят часа два-три, но омут зелёных глаз Илонны уже затянул его. Мгновение, и Дилль оказался в том месте, где не было ничего и никого — только он и Илонна, ставшая его частью. Он с усмешкой подумал: несмотря ни на что, они сумели уединиться даже в присутствии старших вампиров и скрылись там, где их никто не найдёт. Дилль хотел бы уединиться по-настоящему, но чтобы такая возможность появилась, нужно закончить войну — это было одним из условий Илонны. А для этого нужно найти драконов. А для этого нужно собрать эрги. И Дилль занялся медитацией.

Когда он вернулся в реальный мир, Илонна открыла глаза и тихо прошептала:

— Я тоже хочу уединиться с тобой. Но я — воин. Спасибо, что ты поддерживаешь меня.

— Может, хватит любезничать? — послышался напряжённый голос отца Илонны. — Вы закончили свои странные действа?

— Да, — Дилль поднялся на ноги и с удовольствием ощутил в себе полный магический резерв. — Мы готовы к бою.

— Тогда можно начинать прямо сейчас, — мрачно сказал Фиррис, указывая мечом куда-то вперёд.

Там, где заканчивался мёртвый лес, простиралось поле засохшей травы. Всё поле было покрыто непонятной шевелящейся массой, Илонна пригляделась и выругалась, совершенно не по-девичьи. А вскоре ругнулся и Дилль, во время вспышки молнии разглядев, что шевелящаяся масса — это не что иное, как тысячи оживших мертвяков. Они ровным ковром покрывали поле от края до края.

— А чего стоим, кого ждём? — спросил Дилль. — Думаю, самое время отступить и поискать обходной путь.

— Дело в том, что с той стороны нас давно поджали, — пояснил Фиррис.

Дилль оглянулся — там, откуда они пришли, зомби было не меньше. Если не больше. Среди засохших стволов деревьев мёртвого леса тоже мелькали полусгнившие трупы: одни были высохшими до состояния скелетов, другие щеголяли в проржавевших латах и шлемах, третьи были вооружены мечами и копьями. А некоторые поднятые при жизни вообще не были людьми: огромные рогатые медведи, скелеты летающих ящеров с клочками кожи на костяных крыльях, многоногие и многорукие твари в панцирях. Дилль сразу сообразил, что эти нелюди были погибшими солдатами из воинства демонов.

— Кажется, нам придётся повторить Величайшую битву, — пробормотал он, призывая элементалей. — Вот только сумеем ли мы её выиграть?

— Н-да, не повезло! — сказал Хальвар, глядя на гномьи транспорты, разворачивавшиеся в боевой порядок.

— До ближайшего леса с десяток лиг, — поморщился Гаюр — один из вождей. — Побежим — их клятые огневики всё равно достанут.

— А останемся на месте — расстреляют, — хмыкнул Хальвар. — Лучше погибнуть в бою, чем быть мишенью или получить болт в спину.

Две сотни каршарцев стояли на вершине пологого холма, откуда им было отлично видно гномов. Тяжёлые фургоны разворачивались, коротышки торопливо распрягали лошадей и заводили их внутрь боевого круга. Пехотинцы носились со щитами и топорами, строясь для боя, а огневики занимали места для стрельбы.

— Атакуем как обычно? — спросил вождь Брондгиль — возрастной мужчина с лицом, изборождённым морщинами и шрамами. — Рассыпаемся, а кто прорвётся — лупит коротышек?

— А что ещё остаётся? — пожал плечами Гаюр. — Смотри, сколько их понаехало. Не меньше трёх тысяч. А то и все четыре.

Недаром Хальвара выбрали главным вождём в этом походе. Несмотря на относительную молодость, он был опытным воином и, главное, неплохим командиром. Он выслушал замечания вождей, задумчиво поскрёб русую бороду и сказал:

— Можете назвать меня гнилым тилисцем, но коротышки строятся для обороны.

Вожди смущённо переглянулись — почему-то эта простая истина не сразу дошла до них.

— Мы, конечно, знаменитые воины, — продолжал Хальвар, — но я не верю, что три тысячи гномов испугались двух сотен каршарцев, тем более, что сейчас у них такое огромное преимущество. Коротышки от доброй драки никогда не отказываются. Значит, они опасаются не нас. Но кого? Кроме нас тут никого нет.

Совет вождей так и не решил — атаковать гномские фургоны или всё же попытаться добежать до ближайшего леса, где болты огневиков будут уже не страшны. Рядовые каршарцы, ожидая, пока командиры примут решение, сидели на траве, потягивали кислое пиво и спорили, кто больше набьёт гномов. То, что их самих подстрелят ещё раньше, каршарцев не смущало.

— Пойду, узнаю, чего им от нас надо, — сказал Хальвар. — Если они меня пристрелят, вломите им, как следует.

Вожди не стали отговаривать Хальвара от рискованной затеи — каждый каршарец должен решить сам, как и когда ему умирать. Но отомстить за смерть вождя — это святое. Хальвар бросил на землю щит, усиленный бронзовыми полосками, поправил ножны на поясе, нахлобучил поглубже шлем и решительно зашагал в сторону гномского табора. Не доходя шагов ста до первых фургонов, он приставил ладони ко рту и зычно крикнул:

— Эй, коротконогие! Давайте сюда переговорщика.

Хальвар ждал недолго. Борт фургона, опущенный для отражения атак, поднялся, и из-под него колобком выкатился гном. Хальвар с интересом выслушал ругательства, которыми гном наградил кого-то из своих, когда борт отпустили раньше времени, и он крепко приложил коротышку по ноге. Когда гном приблизился, каршарец разглядел суровое выражение на его физиономии. Крохотные глазки жителя Подгорья мрачно глядели то на рослого каршарца, то на остальных северян, по-прежнему сидевших на холме в ожидании начала битвы.