Чтение онлайн

— А что вообще про неё говорят, Лямой? Ну, про луассу эту… — вроде безразлично спросил я егеря, сгребая угли в центр самодельного мангала, на скорую руку сляпанного из речных окатышей.

— Ничего не говорят, Серьга, — вздохнул Лямой. — Некому говорить. Рухвалы на луассу не охотятся, только стоит увидеть её следы или драную кору высоко на стволах деревьев, где она точит когти, как наши охотники тихонько убегают из её угодий. А те, с кем луасса неожиданно повстречалась на охоте, уже никогда ничего не скажут. Счастье, что этих зверей мало. Они сами себя истребляют. Иногда мы находили мертвых луасс в лесу. Они всегда страшно изодраны когтями, с большими ранами от клыков. Если две луассы начнут драться, то зачастую погибают обе… Когда наши охотники были в лесу группой, и некоторым потом удавалось спастись и убежать, то они рассказывали, что что-то внезапно леденило и выключало им мозги, ноги становились ватными, руки не держали оружие. Луасса на расстоянии вырубала людей, потом убивала тех, кто не сумел скрыться и убежать. Специально за человеком она не охотится, но встреч с ней никто пережить не смог.

— А ты такую встречу сможешь мне устроить, Лямой? Ведь ты же охотник, главный егерь санатория. У тебя наверняка есть электронные поисковые и защитные системы, установленные в лесу. Если таких нет, то я их найду и дам тебе. Что скажешь?

Лямой ничего не сказал. Он неподвижно сидел у огня, уставившись прищуренными глазами в багрово-фиолетовый, с перебегающими быстрыми и маленькими язычками живого пламени, узор углей. Телохранительница подбросила в огонь толстых, сухих сучьев. На Метафаре, как и в России, власти тоже любезно разрешали народу собирать в лесу опавшие ветки. Здесь мы были с Содружеством на равных. Россия, пожалуй, даже явно вырвалась вперёд. Ведь там был принят Федеральный закон, разрешающий людям собирать валежник! Содружество до этого всё ещё не додумалось. Потом егерь плюнул в костёр.

— Дурак ты, Серьга! — равнодушно сказал морщинистый рухвал. — Мы тогда выжили чудом. Человек не способен заметить луассу. Она подойдёт сзади, посмотрит на тебя и ты упадешь. Зверь ударит тебя лапой по затылку, завернёт кожу на нос и убьёт. А ты и не поймешь ничего. Видел я двух-трёх покойников. Лица у них были спокойные, они ничего не опасались. И винтовки несли за спиной. Тогда Стас каким-то чудом обернулся и сразу начал стрелять. А у него была автоматическая десятизарядка, крупнокалиберная. Да-а… Вот он одной пулей ей прямо в пасть и попал. А я ничего не почуял. Правда, я немного впереди от Стаса был, следы читал. На луассу охотиться нельзя!

— А я не охотиться буду. Хочу ей просто в глаза посмотреть. Я псион. Точнее, буду псионом, пока ещё только личинка… Но если мне не сходиться в поединке с сильным соперником, то максимум что я смогу — это задирать нос перед девчонками и хвастать тем, что я ношу кортик. Найди мне луассу, Лямой! Ты найди и заляг с винтовкой в стороне, на страховке как бы. Поможешь?

Лямой спокойно мне кивнул.

— Конечно, помогу. Стас прислал мне просьбу помогать и поддерживать тебя во всём. Как ты хочешь найти луассу?

Я пожал плечами.

— Не знаю, Лямой. Я бы сначала определил, где можно найти луассу, потом создал бы в этом районе безопасный лагерь. Желательно на высоте, чтобы луасса до нас не смогла бы легко дотянуться своей пси-атакой, и ночью, походя, не убила. Потом я бы поднял три-четыре коптера большим квадратом с целью засечь в лесу зверя определённого веса и размера. Нашёл бы луассу, определил бы её лёжбище, тропы на водопой и на охоту. А потом бы встретился… Вот, примерно, так. А что?

— Да нет, ничего. Всё правильно сказал. Так мы и поступим. А ты посади в фрегат хорошего врача на время твоей встречи с луассой. Медкапсула на фрегате отличная, со спасательного катера Джоре, я помню, сам там был и катер раскапывал. — Старый рухвал оценивающе посмотрел на меня. А потом завершил. — Может, так ты, Серьга, и выживешь.

У меня по спине строем пробежали мурашки…

Дальше что вам разжёвывать? Как планировали, так и сделали. Только спрятали наш лагерь от луассы в космосе, а коптеры заменили на выписанный специальный небольшой спутник для учёта диких животных в природе. Лямому в работе пригодится такой. Главный егерь лично ввёл в поисковую систему спутника усредненные данные по луассе, и мы начали её искать. Нашли со второй корректировки орбиты и перенацеливания спутника на новый район поиска, километрах в пятистах от санатория. Лямой только озабоченно покачал головой от такого соседства. Охотничий участок луассы был огромен. Учитывая, что хищник брал свои жертвы исключительно тихо и выборочно, жить там луасса могла очень долго. Это и подтвердила пристальная слежка за зверем; а на свой офицерский планшет я скачал любимые пути миграций луассы по своей территории. Пора было собираться в гости. Поскольку фрегат при посадке шумел очень мало, звук был почти не заметен, Ульяна решила держать «Пилу» в воздухе, на гравитонах. Медкапсула была заряжена картриджами из спецхрана, Юнона точила свой устрашающий ножик. Рэмбо со своим перочинным рядом с ней делать было нечего. Я долго думал: брать мне или не брать винтовку. Потом махнул рукой и взял не взял. Повесил на трёхточечный ремень крупнокалиберный аварский автомат из оружейки «Пилы». Милое дело — скорострельность небольшая, магазин большой, мне хватит, я уверен, а калибр 12 миллиметров! Я ещё зарядил бронебойными и разрывными вперемешку.

В общем, я готов к свиданию со зверем. Как говорят у нас в России: «Вечер обещает быть томным». Напевая «Как упоительны в России вечера…», а было ранее утро, между прочим, я вышел из лесу. Точнее — зашёл. Брести было не долго: наша неожиданная встреча с колоритной зверушкой была намечена возле большущего гладкого валуна, на котором, после своей утренней чашки коф… глотка воды из речки, любила полежать луасса под тёплым солнышком. До обеда. Лямой залег со своим винтарём напротив, на восьмидесятиметровой дистанции. С его навыком стрельбы это был пустяк, считай, в упор будет пулять. А Юнона со мной даже не препиралась на тему «пойти ей или не пойти»? Она просто шла бок о бок со мной, справа, чтобы её правой руке ничего не препятствовало, молча, и лишь подозрительно шарила глазами по кустам. Мне телохранительница не мешала. Псионом она не была, человеком тоже, защищать девушку не требовалось. Так мы добрели до большого серого валуна. Я оглядел диспозицию. Сделал, так сказать, рекогносцировку, если говорить простым, понятным русским языком. На «бараний лоб» валуна я не полез. Мне нужна была свобода передвижений.

В простом офисном наушнике, который вешает на себя премьер Медведев на столь любимых им форумах, что-то щелкнуло, и скрипучий голос Лямого меня известил: «Вижу тебя. Скажи своей девке, чтобы не перекрывала мне линию прицеливания». Я повернулся к Юноне.

— Видишь во-о-н тот взгорок? Там Лямой залёг. Не перекрывай ему директрису стрельбы.

— Ясно, — Юнона была спокойна как её тезка из древнеримского божественного пантеона.

— И ещё. Появится луасса, вперёд не лезь. Весь этот праздник и затевался для того, чтобы мы со зверьком наедине обнюхались. Если она захочет меня поцарапать, то можешь тогда вмешаться. Ласково и корректно, как с котиком. На Земле котят видела? Ну, вот.

— Ясно, — повторила телохранительница.

Тут от летучего дрона-усилителя сигнала для моего слабого наушника (симбионт ведь ещё не работал) пришло сообщение: «Луасса в ста метрах. Идёт к валуну».

Я отрепетовал: «Всем готовность. Встреча без галстуков началась».

— Чего? — проскрипел непонятливый Лямой.

— Луасса идёт! Готовься! — фыркнул я.

— А-а, понятно. Я всегда готов, — сдержанно ответил Лямой.

Осмотрелся вокруг, проверил себя. Удивился. Страшно мне не было, никакого напряжения я тоже не испытывал. Было ожидание и лёгкий интерес. За Юноной и Лямым я чувствовал себя в полной безопасности. Однако модернизированных мозгов хватило для того, чтобы щёлкнуть пальцами, переключаясь в боевой режим.

— Сорок метров… — прошелестел наушник.

Я повернулся к Юноне и прижал палец к губам и жестом показал: «Отойди»! Юнона беззвучно сместилась в сторону.

— Тридцать метров…

И тут я её почувствовал. В голову, медленным шагом напившегося свежей воды хищника, вошло чужое лёгкое любопытство, мгновенная реакция и поворот головы зверя на судорожно захлопавшие крылья спасающейся от смерти птицы, желание раскинуться на тёплой поверхности валуна. Меня она ещё не почувствовала. Я приободрился. А зря.

Вдруг из головы всё разом выдуло. Зверь наклонил голову и встал. Я почувствовал нарастающее недовольство луассы. Как будто на яркое утреннее солнышко стала медленно наползать беременная снегом и градом чёрная туча. Настроение зверя хорошо описывалось словами: «Что, не ждали, суки? Вам пришел большой …» Далее понимающему человеку и так ясно, кто пришел. Дед Мороз со Снегурочкой.

Внезапно я просто увидел, как из подлеска напротив плетью вымахнуло серое щупальце. Так было на самом деле или так увидела моя фантастическая реальность/виртуальность. Щупальце хлёстко ударило нас с Юноной. Девушка с позитронными мозгами этого удара даже не почувствовала, а у меня по спине пробежала орда мурашек. Я немного удивился этому, ведь боевой режим я уже включил щелчком? Потом я понял, что это был просто обычный человеческий страх. Нормальная реакция организма. Страх, и ничего более.