Чтение онлайн

— Свалю при первой же возможности... — сунув крестьянке серебряную монету, я подхватил плетеную корзинку с сушеными грибами и двинул дальше.

Экскурс по домам и погребам мистической деревни оставил двоякие впечатления. С одной стороны — здорово, что местные заготовили столько водорослей и не прочь ими поделится. Но с другой... Не дофига ли они гостеприимные? Обычно у крестьян и воды хрен выпросишь, а тут меняют монетки на водоросли и, не то, что не торгуются, а даже тару назад не требуют! Еще и жратву продают задешево.

То ли это разница между статусом рыцаря и наемника, то ли это самые щедрые крестьяне, что я видел в своей жизни! Их приветливость уже откровенно пугает. А то хожу тут посреди ночи, в дома ломлюсь, водоросли какие-то требую... Хоть бы раз нахрен послали!

Впрочем, продавать курицу или гуся они наотрез отказывались, а крыс в кармане у меня не водится — пришлось тестировать «антидот» на себе. Прихваченный из гарнизона платок с вяленым мясом хоть и тянулся резиной, застревая в зубах, но ни через час, ни через два — симптомов отравления так и не наступило. Да и на вкус ничего так — с пивом покатит.

Передвигаясь от одного двора к другому, я постепенно превратил свою комнату в гостинице в натуральный склад. Когда кисетов и корзинок скопилось слишком много, в голову пришло осознание, что просто так все это добро на себе не утащишь — пришлось снова идти по домам, цыганя мешки покрупнее да покрепче — потом салазки можно будет замутить.

Пересыпая толченые водоросли в странный шерстяной мешок, я в очередной раз убедился, что спать этой ночью точно не буду — мешок являлся крепко зашитым серым плащом с неровно отрезанным куском, на котором должен располагаться герб с желтой ящерицей.

Выходит, дезертиры все же добрались до этого затерянного рая. Но что-то у них не срослось. Возможно рыбешкой «угостили», а то и просто прирезали. Странно. Очень странно. Если уж местные пускают такую хорошую шерсть на мешки, стало быть у них этих плащей дохрена. А как им удалось отбиться от такого количества дезертиров? Тут мужиков-то человек десять-пятнадцать на все дома. Да и те половина старые или вечно бухие.

Нет, с этой дымной деревушкой точно что-то не чисто. Вот чует моя жопа — нихрена хорошего здесь не жди.

Но хрена лысого я стану проводить расследование! Ужастики по телеку смотрел — знаю, чем подобное любопытство кончается. Главное, не спать, не жрать, баб не водить, да свалить при первых проблесках солнца. И все будет пучком. Наверное.

В любом случае, доставить припасы в город куда важнее, чем искать приключений на свою задницу.

Окончательно замучавшись бегать туда-сюда да потеть под толстым слоем зимней одежды, я все же сделал себе послабление и избавился от подбитой стеганки. Северный панцирь на пропотевшем пиксельном кителе смотрелся так себе, но, думаю, всем плевать. За эти годы никто всерьез так и не задался серьезными вопросами о моих берцах или пикселе.

Поглядев как за окном клубится пар я пожал плечами и вышел за дверь. Это может быть самая опасная деревня в мире, но я сроду не был на горячем озере. Интересно же, блин.

Коридор встретил запахом мокрых девичьих тел и пьяным смехом — трое «розанов» в сопровождении селянок, вовсю наслаждались деревенским гостеприимством. Наперебой нахваливая здешнее вино, которое «ничуть не уступает лучшим сортам с Молочного холма» они охотно делились с благодарными слушателями историями о своих «невероятных приключениях». Тот факт, что виноградниками в округе и не пахнет, нисколько не смущал отважных путешественников и прожженных исследователей. Однако, заметив, как местные девахи без опаски прикладывались к тем же бурдюкам, что и моя троица, я несколько успокоился.

Будучи сильно подшофе, рыжая авантюристка вдруг преградила мне дорогу и с неподдельным интересом уставилась на китель:

— Какой у вас необычный герб, сир... — не скрывая кокетства, она оглядела пиксельный узор и игриво ткнула пальцем в шеврон с эмблемой паука.

Само собой, нормальных рэровских шевронов днем с огнем не сыскать — приходилось пришивать, что попало. Ладно хоть рэбовские, а не связисткие...

— Я не узнаю ни единой буквы... — девчонка наклонилась, вчитываясь в подпись под шевроном. — Это какая-то северная разновидность люрии? Что за девиз у вас написан?

— Слабоумие и отвага.

Праздных бесед с ужравшимися дамочками мне еще в клоповнике хватило.

— На удивление честно... — пожал плечами блондин, удерживая одну из крестьянок за филейную часть. — Приятно видеть, что рыцарские добродетели не чужды даже дикарям...

Решив, что быстрая смерть слишком милосердна для этого поганца, я уточнил местоположение остальных. Гена с Киарой все еще тусовались на озере и «им лучше не мешать», как заключила хихикающая кошатина.

Предоставив авантюристам и дальше «праздновать блестящее выполнение очередного контракта», я двинул на залитую туманом улицу.

Про то, что нам еще с неделю по сугробам топать — «ответственные работники» предпочитали не вспоминать. Хорошо, что я все-таки сам в поход отправился, иначе водорослей и к лету бы не дождался.

Время приближалось к полуночи, и дымное озеро мирно коптило беззвездное небо, придавая затерянной деревушке налет мистической таинственности. На рыбацком помостке пара полуголых теней болтала ногами в теплой воде, о чем-то напряженно перешептываясь.

Красные уши Гены отражались в чистой воде не хуже хищного оскала фиолетовой — отчаянно прижимаясь к пацану мокрым и прозрачным бюстгальтером, девчонка вовсю наслаждалась собственным превосходством. Но парнишку тоже не пальцем делали — проживание в элитном борделе не прошло для оруженосца даром и он стойко переносил все тяготы и невзгоды своей нелегкой службы, раз за разом обламывая настырную барышню:

— Нет, мне такое не интересно. Я оруженосец, а не...

— Как же ты знаешь, что тебе не интересно, раз ты их ни разу не трогал? Смотри какие милые... А хочешь дам поцеловать? Или сама поцелую? Ну же, скажи, куда тебя поцеловать?

— Поце... — у бедолаги аж челюсть отвалилась. — То есть как, «куда»?!

— А ты не знаешь? Хочешь покажу? — она медленно положила его ладонь на свою мраморную грудь. — Я тебя всему-всему научу, только не рассказывай тому высокому недоумку! Вот увидишь, твоя милая Киара тебе все покажет...

— Я тебе сейчас сам «кой-чего» покажу! Руки прочь, ведьма, он мой! — удар берца о гнилые доски заставил засранку оторвать клешни от парня и отчаянно вцепиться в помост.

От неожиданности она не рассчитала своей сверхъестественной силы и сходу разломала пару досок.

— Бойца мне тут портить вздумала...

Скрипнув челюстью, фиолетовая раздраженно фыркнула:

— Он у тебя и так сломанный... Только краснеть и умеет. Я требую вернуть свои деньги!

— Сир! Рад вас видеть! — наигранный восторг не смог скрыть разочарование в блестящих глазах оруженосца.