Чтение онлайн

— Ну дык… Первый — капитан, второй — дед, третий сержант убитый пауками, а я получался как раз…

— Брось дурачиться, мы это уже миновали. Впрочем, пусть, все равно необходимо начать с самого начала, дабы развеять ложь твоего безногого спутника. Я знаю это больно, и ты не захочешь слушать, однако пора признать — вовсе не я использовал тебя.

Не понял, а причем тут дед? И когда он мне врал? Сдается, речь не про драконов и ходячие деревья с барынями-боярынями…

— Ладно, хрен с ним, считай что клюнул. Давай свою версию, где это дед меня использовал?

Хотя, проще спросить, где не использовал, но то такое. Старческие приколы со спасением князя хоть и отдают помоями, но на великую комбинацию не похожи. Так, обычная «ложь во спасение». Которая едва всех не угробила.

Несмотря на мой пренебрежительный тон, инспектор остался бесстрастен:

— О первом ничего сохранилось, — такие сведенья плохо переживают века. О его существовании можно утверждать лишь из-за наличия второго. Сомнительно, что первый император стал бы величать себя вторым ради шутки, а не из-за знаний о неком предшественнике. С третьим чуть проще, — трех веков не минуло с его преступлений. А касательно четвертого… — пожал он плечами и поднял кружку в знак приветствия.

Драматическая пауза заставила меня дотянуться до своего вина и в два глотка проглотить приторную бурду, от которой лишь сильнее захотелось пить. Блин, покурить бы…

— Это типа… Короче… Блин. — только и выдал я, не сумев подобрать слова.

К счастью, мое внезапное косноязычие не заразило чекиста:

— Ты Четвертый, да. Но дозволь не ставить телегу впереди лошади. В полной мере осознавая твою мнительность, я предпочту не спешить. Однако прими же мое слово — я не ставлю целью ввести тебя во мрак заблуждений. Прозвучит горделиво, однако я предпочитаю не допускать ошибок своих предшественников. К тому же, тебя не так просто обмануть и я не желаю рисковать ради…

Окей, в открытую так в открытую.

— Хватит кривляться! Не работает на меня эта параша, сто раз уже поняли — давай к делу! Что за херня у вас тут творится? На кой ляд ты герцога угробил? Почему войну едва не развязал и причем тут эти гребанные демоны? А самое, блин, главное — я здесь каким боком?! Нафига из кожи вон лезешь, чтобы меня завербовать? К чему этот цирк, ну?!

— Не можешь одолеть, возглавь, а что до остального… — федерал скривился и умолк.

Похоже, ему стало некомфортно, что я выложил все карты на стол, подзадолбавшись от словесных пикировок и недомолвок. Живя и работая за кулисами, ему приходилось делать усилие, чтобы играть в открытую.

И все же к его чести должен заметить — он не стал нагонять тоску драматизмом, великими тайнами и угрожающим требованием клятв, чтобы сказанное никогда не покинуло пределы кабинета. Однако даже будничный тон покрывал мою спину мурашками.

Он начал издалека, проводя краткий экскурс в местную историю. Ничего особенного, синевласка болтала про то же самое, с теплом рассказывая любимое «раньше было лучше». Про счастливые и справедливые времена, когда никакой империей еще и не пахло, а у руля стояли самые умные, справедливые, и «талантливые». Этакие райские кущи с королями-волшебниками верхом на драконах, кошатинами вместо мудрых эльфов, и прочими Гендальфами с Сауронами.

Разница в том, что в устах инспектора эти детские сказки приобретали оттенки хоррора-антиутопии:

— Цивилизация, пожирающая саму себя. Ты пренебрегаешь благородными домами и высмеиваешь право крови — чтобы ты сказал очутись семь веков назад? Когда общество делилось на две группы — рожденных чародеями и раболепный скот, закованный в оковы ужаса перед своими немногочисленными, но «талантливыми» хозяевами? Когда леса кишели неописуемыми тварями, драконы не были экзотической диковинкой, а тысячи сгорали заживо по щелчку единого пальца? Жертвоприношения вечно алчущим богам и орды прислуживающих им тварей с глубин зазеркалья?

— А чего, что-то изменилось? Твари на месте, вместо драконов феодалы, а…

— Изменилось. С появлением «второго» все изменилось. Драматические перемены, коли изволишь подчеркнуть.

По словам инспектора, магия точно такая же фигня, как и демоны. Реальность крайне болезненно реагирует на всякую волшебную паранормальщину и чем больше колдовства и экстрасенсов, тем больше… Колдовства и экстрасенсов. Дураки к дуракам, короче — чем больше Гендальфов, тем больше Сауронов, чем больше волшебных мечей, тем больше драконов, чем больше красивых единорогов, тем больше мантикор и прочих неописуемых мутантов.

Попердывая в атмосферу своей гребанной магией, местные настолько засрали несчастный мирок паранормальщиной и ожившими богами, что вот-вот назревал натуральный сказочный апокалипсис. Если бы из небытия не выползло непонятное чучело и не поставило всех раком, огнем пройдясь по континенту, выжигая все подряд.

Кем он был — непонятно. То ли таким же придурком как и я, то ли каким-то зеленым человечком с летающей тарелкой, то ли очередным демоном, вылезшим из страха местных перед вездесущей магией. Однако ему не только удалось перевешать всех королей-волшебников и прочих чародеев, но и объединить весь континент под одним знаменем. Тварей вырезали, магию запретили, да зажили долго и счастливо.

Красивая история. Хоть фильм снимай. Беда в том, что титры вовремя пустить забыли, и получился целый сериал… Отнюдь не комедийный.

— Семь веков — не один день. Поколения сменяли друг друга, подобно императорам на троне. Золотые эпохи следовали за темными, темные за золотыми, и с каждым новым столетием непостижимая стихия все отчетливее напоминала о своем существовании.

Экономика не дракон, ее мечом не зарубишь. Точно так же как и политику повесить не получается. С каждым новым столетием империя все сильнее трещала по швам. Тут кошаки восстание рабов поднимут, там очередной вице-губернатор власти захочет, здесь император дураком окажется отчего на половине континента воцарится голод… Тоже не в сказке родились, короче.

Но альтернатива еще хуже — сидя на троне, потомки «второго» помнили о дамокловом мече, висящим над местным мирком. Проблема не исчезла после истребления тварей и волшебников, и стоило лишь дать слабину, как паранормальщина вновь напоминала о себе. То сильный волшебник родится и войнушку развяжет. То какой-нибудь демон вылезет и, отожравшись, начнет гастролировать по городам да весям.

Это я такой везучий, что аж трех в зародыше замочить успел — местным приходилось куда как хуже. Мечом таких тварей не возьмешь, а шизофрении на всех не хватает. Прямо супергероем себя ощущаю, с очень нецензурным псевдонимом и адресом ближайшего дурдома на груди.

В общем, несладко империи приходилось. Как с какой-нибудь хронической болячкой, исцелить нельзя, только симптомы купировать. И чем дальше, тем больше сил уходило на лечение нормального и меньше оставалось на паранормальное. Попробуй, сохрани страну на протяжении такого срока — нормальные государства и сотню лет не всегда сдюжат. Безо всяких там волшебников.

— Мятеж «черного бастарда» на востоке, эпидемия чумы с запада, сгубившая посевы за морем засуха… — инспектор долил последние капли из графина в свою кружку. — Конец виделся осязаемым, и император отчетливо понимал, что он становиться последним своего имени.