Чтение онлайн

— Хорошее предложение, — поддержал Гледерик, упираясь спиной в трактирную стойку.

Происходящее не нравилось ему все больше и больше. В воздухе ощутимо похолодало, пламя свечей сделалось высоким и тонким, странно изгибаясь, вытягиваясь к потолку и дрожа. Черная мгла, которую и туманом не назовешь, расползалась по комнате. Колдер продолжал о чем-то спрашивать Гарета и его порядком странно выглядевшую родительницу, по-прежнему скрывавшую собственное лицо, но Дэрри больше не слушал. Все имевшиеся у него инстинкты в один голос кричали о приближающейся опасности. Он перехватил взгляд деревенской девицы, что раньше пыталась убить Крейтона, а теперь вроде бы сменила сторону, раз пришла вместе с ним.

— Ты такой же, как я, — шепнула девушка одними губами, оказавшись рядом.

— Шутить изволите, барышня. Я не фермер, не крестьянин, не женщина, наконец, и по лесам в чем мать родила по ночам не шастаю. Где вы изволили увидеть между нами сходство?

Быстрое, легкое прикосновение к руке. Тонкие пальцы — нежны, как бархат.

— Не обманывай меня попусту. Твое сердце бьется, ты отбрасываешь тень, но ты такой же мертвый, как я сама или леди Элена. Гарет об этом не знает, верно я поняла?

Девица не отводила взгляда, оказалась рядом, придвинулась настолько близко, что едва не уперлась туго обтянутой платьем грудью в локоть. Гледерику нестерпимо захотелось поцеловать Гаретову подружку, до того манил ее запах — живой, ни капельки ни затхлый, напоминающий о сеновалах и весенних ночах. Как прекрасно оказалось бы отвести белокурую красотку куда-нибудь в чулан и избавить от платья, и без того отсутствовавшего в их предыдущую встречу. Как давно у него не было женщины, однако. Такое чувство, будто миновало несколько столетий.

— Вы молчите, сэр рыцарь.

— Мне не нравится эта дымка. Из нее сейчас попрут чудовища, верно?

— Вполне вероятно.

Анвин, ее звали именно так, вспомнил Гледерик, поводила головой из стороны в сторону, будто прислушиваясь к чему-то. Гарет продолжал чесать языком с капитаном, но тоже оглядывался по сторонам с беспокойством. Несколько дальних свечей внезапно погасли, будто задутые ветром.

— Мне нужна помощь, если вас не затруднит мне помочь, — тихо сказала Анвин.

— Помогу с радостью, но с вас тогда поцелуй, дорогая сударыня.

— После сочтемся, — по ее лицу скользнула и сразу пропала улыбка. — Нам нужно срочно уходить отсюда, и я знаю куда. Мой покровитель защитит нас, а я смогу открыть дорогу в его обитель. Да только леди Элена не доверяет ему и примется спорить. Вы способны убедить лорда Гарета пойти выбранным мной путем?

— Постараюсь, если докажете, что вашему покровителю действительно стоит верить.

Анвин тревожно закусила губу:

— Доказать мне нечем, но если вы доверитесь моему слову, милорд…

Договорить она не успела. Живая черная мгла, которая до того вела себя достаточно смирно, наконец пришла в движение. Она взвихрилась вверх темными щупальцами высотой в человеческий рост, сразу десятками по всему залу. Чернота переливалась, обретая человеческую форму — вновь, совсем как тогда, когда из нее явился облаченный в наемнический наряд чародей. На этот раз из нее возвращались люди, прежде ею казалось без остатка пожранные.

Все они вставали плечом к плечу, безмолвной стеной, прямо напротив застывшей у стойки компании. Худощавый трактирщик, необычно нервный для своей работы, сейчас стоял с полностью непроницаемым холодным лицом, держался ровно, будто проглотил рыцарское копье, а рядом с ним выстроились угрюмые работяги с окрестной мельницы, болтавшие днем о приезде Гледерика и Колдера, очаровательная черноволосая девица, за которой Дэрри каких-то полчаса назад едва не приударил, и ее широкоплечий ухажер — а также все прочие, и прочие, и прочие. Крепкие мужчины, желторотые юнцы и тронутые дряхлостью старики, обычные завсегдатаи здешнего трактира, жители доброй деревни Лейсен — в засаленной и перелатанной одежде, грязные, потные, накачавшиеся дешевым пивом, такие обыденные, человеческие и живые.

Почти что живые, практически обыденные.

Если бы не каменное выражение их лиц. Если бы не пустые недвижные взгляды и неторопливые размеренные движения, невольно вызывающие страх.

Если бы не клинки из холодного металла, сжатые у них в руках.

Существа, уже вполне возможно, не являющиеся больше смертными людьми, выстроились в две шеренги, ровно и стройно, словно солдаты, собравшиеся идти на парад. Они сделали одно слитное движение вперед, синхронно стукнув об пол каблуками сапог, у кого они наличествовали. Вскинули, словно движимые незримой рукой марионетки, клинки. Пламя само собой вспыхнуло на кончиках длинных мечей. Одержимые двигались неспешно, как и прошлой ночью на ратушной площади — но Гледерик хорошо запомнил, как ловко они дерутся, когда доходит до боя.

— Я попробую вспомнить заклятие, чтобы их уничтожить, — сказал Гарет.

— Акарсайдское? — быстро спросил Дэрри. — А ты справишься?

— Не справится, — отрезала Анвин. — Вчера он едва не погиб, а сейчас только очнулся, и если даже вспомнит, как правильно сплести эти чары, они погубят его.

Не дожидаясь ответа, девушка бросилась к ближайшей стене. Она быстро что-то зашептала, провела пальцами по грязной побелке — раз, потом еще один и еще. Между ладонями Анвин загорелся свет, исходящий пучком призрачных острых лучей. Там, где мертвячка поспешно проводила руками, на стене пролегали черные линии, сами собой расширяющиеся и складывающиеся в подобие дверного прохода. Сам кусок стены, заключенный в прямоугольник этих линий, исчезал подобно тому, как рассыпается пеплом бумажный лист, пожранный пламенем.

Одержимые оказались совсем рядом. Двоих Гледерик успел снять, выстрелив из арбалета — но убитые им не пропали таинственным образом, как вчера в Акарсайде, а тяжело повалились на пол, совсем как обычные мертвецы, словившие шальную стрелу. Мужик лет сорока, лысоватый и в светлой рубахе, с арбалетным болтом в горле, и та самая черноволосая красавица, с пробитой грудью. На краткий миг Гледерик испытал сожаление, а затем ему резко сделалось не до лишних мыслей. Пришлось закрываться клинком, уходить от сразу нескольких ударов мечами, прилетевших слева и справа.

Он отступил, исступленно вращая собственным клинком, отбивая сыплющиеся со всех сторон атаки. Сталь скользнула по куртке, раздирая рукав, едва не пришлась в голову, отозвалась в ушах звоном. Гледерик отбил неприятельский замах, наскоро кого-то проткнул, высвободил меч, отрешенно отметив, что на лезвии не выступило ни единой капельки крови.

Дэрри подхватил удобно подвернувшийся табурет, намереваясь использовать его заместо щита. Для этого ему пришлось выпустить арбалет, на который кто-то немедленно наступил ногой. Весьма досадно и до крайности жаль хорошее оружие, но иначе живым из этого милого питейного заведения точно не выберешься. Гледерик выставил вперед табуретку, по возможности прикрываясь ею.

Одержимые навалились толпой, ощетинившись клинками. Колдер удачно оказался рядом и прикрыл, свалив нескольких лейсенских поселян с ног. Одному он снес голову, второму раскроил грудь и плечо, третьего ударил в бок. Капитан размахивал своим мечом так же легко, как бывалый опытный дуэлянт машет практически невесомой шпагой, и словно и не чувствовал его веса. Дыхание Колдера оставалось спокойным и ровным. Убитые или раненые, его противники падали на пол, но по-прежнему не желали пропадать с глаз.