Чтение онлайн

— Чародей, с которым мы столкнулись, разговаривает совсем другим голосом, сын.

— Это ровным счетом ничего не значит, леди Элена. Голос несложно подделать при помощи чар. Скрывает же он собственное лицо, значит спрятал и голос, намеренно его исказив. Вы отрицаете очевидное!

— Или же вы находите совпадения там, где их попросту нет. Черный костюм способен надеть кто угодно, и людей крепкого телосложения на свете тоже немало. Мой родственник не единственный чародей, увлекшийся магией тьмы, и не единственный, способный играть на Клэг. Лично я не понимаю, зачем человеку, который приютил меня в час великой нужды, оберегал меня, учил магии, не понимаю, зачем ему теперь причинять тебе зло. Айдан оказался подвержен амбициям, но сумасшедшим он не был, а нам противостоит обезумевшая тварь, которая ни перед чем не остановится на своем пути.

— С возрастом люди меняются, вам ли того не знать, — мотнул головой Гарет.

— Господа, — голос Гледерика, вмешавшегося в их спор, звучал как никогда прежде почтительно — настолько, что Гарет немедленно насторожился. — Господа, вынужден прервать этот, вне всякого сомнения, увлекательный диалог. Объясните мне, пожалуйста… в особенности вы, милая Анвин — все так, как ему и полагается быть?

Гледерик, попутно снявший со стены один из факелов, вытянул руку, указывая куда-то вперед. Анвин поднялась посмотреть, о чем идет речь, а вместе с ней двинулся вперед и Гарет. Колдер настороженно хмыкнул, положив ладонь на рукоять меча, а мать, еще не отошедшая после перепалки, осталась полностью безучастной.

Коридор, которым они прежде шли, заканчивался тупиком. Ни поворота, ни развилки, ни подъема, ни спуска, и уж тем более никаких дверей, неважно запертых или нет. Глухая каменная кладка маячила в нескольких десятков фута впереди, без каких-либо признаков, что ее получится обойти. У Гарета, и без того скованного отчаянием и тревогой, возникло ощущение, будто он смотрит в крышку собственного гроба, запертый в нем изнутри. Неужели Анвин намеренно их обманула, завела в ловушку, и теперь появится возглавляемая чародеем в черном, кем бы он в действительности не оказался, погоня?

— Все нормально, — бросила Анвин, угадав, очевидно, овладевшие ее спутниками сомнения. — Не беспокойтесь. Это означает, мы пришли, куда нам полагалось. Сейчас я открою проход.

Анвин осторожно подошла к стене и приникла к ней ухом, будто к чему-то прислушиваясь, а затем отстранилась и принялась водить по камням ладонями, неразборчиво бормоча себе под нос какие-то слова. Тревога, завладевшая Гаретом, тем временем сделалась сильнее и настойчивее, он принялся тревожно озираться и оглядываться по сторонам. Юношу не оставляло паскудное и настойчивое ощущение, будто сейчас случится нечто плохое — куда худшее, нежели все из того, что уже стряслось с ними прежде.

Леди Элена встала рядом с Анвин, пристально за ней наблюдая.

— Я все же полагаю, нам стоит отправиться в Карлайл, к моему кузену, — проронила она.

— Ага, и поплатиться жизнями, если Гарет прав и он действительно тот волшебник в черной одежде? — язвительно бросила Анвин, не поворачивая головы. Ее лицо выражало крайнюю степень сосредоточенности, между пальцами то и дело проскальзывали синие огненные искорки, в воздухе потянуло грозовой свежестью.

— Нашим с тобой, девочка, жизням все равно уже ничего не грозит.

— Я выразилась образно, вы же, леди Крейтон, меня наверняка понимаете. Может, его величество и не достойны особенного доверия, как вы тут на сотню разных ладов талдычите, но мы до него уже почти добрались, и дверь я вот-вот открою, а сколько еще плутать до выхода в столицу переходами темной страны, знать не знаем ни я, ни тем более вы. Вдруг погоня уже наседает на пятки?

— По мне так, как раз насела, — выпалил Гледерик. — Смотрите!

Гарет рывком обернулся, обнажая клинок. Коридор в том направлении, откуда они пришли, расплывался прямо у него на глазах водяными кляксами, оборачивался серым туманом — колеблющимся, живым и недобрым. С потолка там, где коридор еще не утратил своей вещественной природы, продолжали срываться тяжелые капли, по-прежнему касаясь пола совершенно беззвучно, подобно той капле, что насторожила Гарета чуть раньше — только падали они уже не каждая по отдельности, а тугой стеной, настоящим дождем. Завеса дождя колебалась, в ней обрисовывались с каждым мигом все более плотные очертания человеческих фигур, сжимавших в руках длинные клинки, сверкавшие лунным серебром. Туман следовал за призраками по пятам, вился холодной мантией за их спинами. Повисший в воздухе холод усилился, оседая инеем на губах.

— Кому-то, кажется, опять подраться не терпится, — сплюнул на пол Остин Колдер.

Гледерик встал с ним рядом, также доставая из ножен меч. Лицо гостя из иного мира не выражало ни малейших чувств, кроме, пожалуй, лишь легкой усталости. Еще бы, мастеру Брейсверу можно лишь посочувствовать — попасть невесть куда, сражаться невесть с кем, копаться в замшелых и страшных тайнах, уходить от погони, организованной нечистью… Гарет двинулся было к нему с Колдером, намереваясь их поддержать — если не магией, раз в предыдущий раз применить ее не вышло, так хотя бы мечом, но мать, дернувшись, резко перехватила его за локоть.

— Стой на месте, — из-под вуали прошипела леди Элена.

— Не пытайтесь меня задерживать. Я достаточно уже опозорился!

— Про семейную честь и доброе имя Крейтонов советую вспомнить в другой раз, — голос вернувшейся из могилы родительницы оставался негромким и злым. — Я не доверяю Дунстану, это верно, но лучше уж ты поговоришь с ним и окажешься под его защитой, чем сложишь голову в очередной бессмысленной стычке. Капитан Колдер и этот достойный господин их задержат, а ты уйдешь. Не спорь, заклинаю тебя Бездной!

Леди Элена обогнула Гарета и встала у него на пути, преграждая дорогу — не обойдешь при всем желании, и не сбивать же вновь обретенную родственницу с ног. На такую наглость Гарет попросту бы не осмелился. Гледерик, услышавший краем уха их перепалку, повернул голову, бросил быстрый взгляд на леди Элену и опять отвернулся, поудобнее перехватывая меч.

Вода застывала, обращаясь льдом, четко очерчивавшим широкие плечи, длинные руки и ноги, неживые холодные лица, лишенные глаз. Созданные при помощи неведомой магии истуканы приближались. Вот ближайший из них с неожиданными ловкостью и проворством взмахнул клинком. Оказавшийся у него на пути капитан Колдер проворно парировал, а Гледерик, воспользовавшись случаем, метнулся вперед, выпростав руку в колющем выпаде. Острие его меча ударило ледяному голему в бок — и немедленно со скрежетом отскочило, бессильное. По ледяному боку не зазмеились трещины, не брызнули во все стороны осколки — меч Гледерика даже не поцарапал живую статую, вылепленную чародейством из окаменевшей воды.

Гледерик коротко выругался и отступил, отбивая удары, которые посыпались на него, стоило еще нескольким големам подоспеть. Колдер по мере сил поддержал товарища, прикрывая его справа и орудуя своим полуторником. В тесном коридоре особо не размашешься клинками, так что Гледерику и Остину приходилось двигаться осторожно и больше колоть, чем рубить, сбивая попутно чужие выпады либо принимая их на основание меча. Ледяные твари при этом двигались быстро и ловко, словно недостаток пространства вовсе их не стеснял. Гарет снова попробовал вырваться на поддержку друзьям, но леди Элена выставила у него перед грудью саблю, не давая сделать и шагу:

— Я уже потеряла мужа, — отчеканила она. — Сына не потеряю. Анвин, долго еще?!

— Сейчас, минуту еще обождите! — с отчаянием крикнула девушка.

Пламя, заискрившееся между ладонями Анвин, сделалось ярче, во все стороны острыми лучами ударил ослепительный свет. Камни стены пришли в движение, перестраиваясь и бесследно проваливаясь куда-то вовнутрь. Позади прямо на глазах исчезавшей кладки обнажилось бурлящее марево, неспокойное и искрящееся вспышками молний.

Лорд Андрас прежде рассказывал Гарету о порталах, которыми пользовались величайшие из друидов, чтобы пересекать огромные расстояния почти мгновенно, за один или два шага. Со временем, впрочем, подобные знания оказались под спудом — после трагической гибели Мирддина, преданного собственным учеником, не осталось волшебников достаточно опытных и искусных, чтобы их применить. Эта магическая дверь очень напоминала некоторые расплывчатые описания и рисунки, сохранившиеся в отцовских трактатах, да только явно не была стабильной. Из нее будто дул пронзительный ветер, иссушающий и горячий, способный при малейшем неосторожном вдохе наполнить легкие пламенем. От раскрывающейся двери так и тянуло необузданной, едва сформированной Силой. Стены вокруг ходили ходуном, пол дрожал и шел волнами, с потолка осыпалась пыльная крошка — того и глядишь своды подземелья рухнут прямо на головы огромными глыбами, готовыми под собой похоронить.