Чтение онлайн

Санта напряглась, готовая порвать репортера, но Крис одним коротким взмахом заставил остаться на месте. Трик хихикнул, глотнул остывшего кофе и затараторил со скоростью кинетического ружья:

– Пока эта дрянь не выветрится, я буду говорить, но, увы для вас, не то что хотите услышать, а черт знает что... Во! К примеру: знаете почему ящерам нужно больше спор? А потому что у вас кровь горячее, чем у людей! Драконы вообще могут мухоморы бочками жрать и даже не улыбнуться... изжога после замучает... А у меня и Друза головы будут болеть... О! придумал! Я тебе ее подарю, хи-хи, от подарка шамана еще никто не уворачивался...

– За что!
– завопил ящер, трясясь и покрываясь бурыми пятнами.

– Надо же парню помочь? Друз сам не справится, а две больные головы сложновато тянуть, отрубить проще! Вжик - и готово... Нет, вжик-вжик и готово, одного вжик маловастенько будет, а вод двавжик в самый раз...

– Пьяный шаман это что-то, - мурлыкнула Санта.

– Друз, дружище!
– Трик через стол потянулся к парню, опрокидывая чашки и кроша блюдца, издающие грустный звон, распадаясь на куски.
– Я избавлю тебя от бед!

Сфен, когда шаман до него достал громко всхрапнул и что-то забурчал. Крис состроил грозную мину официанту, и тот остался на месте.

– Спи, парень, спи! Это вещий сон... и мой тебе совет, - шаман резко откинулся на спинку неудобного, не людского стула, добив последнюю посуду, - никому его не рассказывай, даже мне... Ну а если невтерпеж станет, поделись с Джокер. Императрица-а-а! Я люблю эту чертовку, как родную дочь... Кстати, у меня есть дочь... несколько дочерей и сыновей сколько-то... э-э, сколько же их? Надо бы подсчитать...
– Трик затих, только беззвучно шевелил губами и загибал пальцы, сосредоточенно хмурясь все больше.

– У него еще и дети есть!
– всплеснула Санта руками.

– Даже праправнуки, - гордо сообщил шаман, демонстрируя два сжатых кулака.
– Ты меня сбила... И сколько "пра" надо ставить перед шестым поколением?

– Четыре, - подсказал Крис.

– Точно! Спасибо, великий математик. У меня растет... а, собственно, сколько у меня четыреждыправнуков? Нет, эльфов еще посчитать можно, а людей, гномов и... всех остальных - увольте, пусть Джин экстраполирует или по генофонду проверяет, только думается мне, заселить мир-другой вполне возможно. Как вам целый мир моих потомков?

– Впечатляет, - Крис скрестил на груди руки.

Тут Друз попытался упасть со стула, но драконы ловко его поймали с двух сторон, пристроили поудобнее и разом хмуро посмотрели на ящера.

Молчаливый иклиец с трудом оторвал затуманенный наркотиком взгляд от точки на столе и перевел на рептилианина. Белое Пламя не сразу понял, что отравлен, только после обличительных слов шамана, но с дурнотой, которую относил до этого к "пошаливанию" нервов и перегреву, боролся почти с самого начала, еще в будке коммуникатора почувствовал недомогание. Шаман правильно определил, что болеть с похмелья будут они вдвоем со Сфеном, Белое Пламя вполне справлялся сам, только настроение у иклийца не улучшалось.

– Раз, два, три, четыре, пять, надо эльфов пострелять, или орков обскакать или гоблинов посечь, может, что-нибудь достану...
– шаман понес уже откровенную околесицу.

Белое Пламя потер виски и, сверля ящера суровым взглядом, спросил:

– Как вы догадались, что мы воспользуемся этим коммуникатором?

В ответ рептилианин поджал хвост и злобно зашипел, Крис счел необязательным переводить для других смысл, он понимался и так.

– Значит, это ядовитыми грибами воняло в будке?
– воскликнула Санта.
– То-то мне все время чихнуть хотелось.

– Именно, - подтвердил иклиец.

– И вправду интересно, как он догадался, - протянул Крис.

– Не скажет, - убежденно сказал Белое Пламя, - в их контрразведке дураков и слабаков нет.

– Давайте я его заколдую!
– предложила Санта.
– Я прекрасно знаю "Чары истины", и с превеликим удовольствием...

Ящер недослушал, рванул из сидячего положения как заправский спринтер, только хвост за углом сверкнул на прощание. Крис злорадно наблюдал бегство рептилианина, как и остальные он был несказанно рад, что избавились от него.

– Тетка, - спросил он, продолжая смотреть в ту сторону, где скрылся ящер, - ты сама хоть раз накладывала "Чары истины"?

– Нет, никогда не пробовала. Зато знаю как это действует и как делается не понаслышке!
– бодро сообщила девушка.

– Что, твоя мама часто ими пользуется?

– Мм-м, вполне.

– Ясно, - в голосе Криса не было и малой толики насмешки, он слишком хорошо знал королеву Суланну, и шутить по этому поводу не имел никакого желания, тут только посочувствовать можно.

Иклиец очень точно уловил настрой Санты.

– Тебе обязательно возвращаться домой?
– спросил он.

Девушка неопределенно дернула плечом.

– Я бы в такой дом, где на меня накладывают чары, ни за что бы не вернулся, - горячо произнес Белое Пламя.

– И куда ей деваться?
– устало поинтересовался Крис.
– Чтобы королева не достала?

– В Подлунный Мир, - впервые за последний час внятно сказал Трик, - ей туда хода нет.

– Мы и так туда собирались...

– Сейчас у вас есть Свои деньги, - продолжил шаман, - проживете до вступительных экзаменов, а там... все зависит от вас. Но хватит, завтра трудный день, а спит только Сфен, да и вещи кое-кому надо собрать...

***

В гостинице, если так можно назвать фешенебельную казарму где их разместили, шаман приказал, состроив строгое лицо:

– Всем спать!
– А сам уселся по-турецки на стол и затянул тоскливую песню с подвываниями о горькой судьбе вдов и сирот, потерявших кормильцев в несправедливой войне.

Крис осторожно сгрузил с плеча на кровать Сфена, его пришлось нести, да и жалко было будить, во сне парень казался счастливым. Последние дни он все больше замыкался и уходил в себя.

Белое Пламя чувствовал себя совершенно разбитым, но ходить, мыслить здраво и говорить мог вполне прилично. Однако добравшись до постели, рухнул и сразу отключился.

Только на драконов споры черного мухомора никак не подействовали, Санта и Крис оставались бодрыми и полными сил, уж чего-чего, а спать им точно не хотелось, вечер только начинался.

– Тетка, пошли на кухню, заварим чай, посидим, поговорим, - предложил Крис.

– И то дело, - согласилась она.

Шаман самозабвенно выводил рулады и, кажется, ничего вокруг не замечал.