Чтение онлайн

— Иномиряне стали появляться в нашем мире? — задал вопрос ещё один из Стражей.

— Представители службы безопасности Ровении долгое время наблюдали за девушкой. Она совершенно безобидна. Наоборот, принесла много пользы Ровении, сейчас служит в полиции, закончила с отличием университет, — глухо произнёс Страж от Ровении. — До переворота в Ровении её по ложному обвинению уже отправляли в нашу Тюрьму, но она так и не доехала, а потом её оправдали.

— А кто такая Линара Корденис? — обратился старший из Стражей к представителю от Ровении. — Соберите о ней всю информацию.

— Я догадываюсь, кто она, — резче, чем хотелось, ответил Страж, которому поручили задание. — Скорее всего, она жена, дочь или сестра Тинара Кордениса, бывшего главы полиции Ровении, осуждённого более трёх лет назад на пожизненное заключение, номер А-1098, он же… известный Демон, легенда Тюрьмы Пустоши, как и Дух. Два заключённых, которые смогли продержаться в Пустоши много лет.

«Два ровенца… какие сильные духом в Ровении мужчины…» — услышали Стражи Её довольное шипение.

Стражи встрепенулись. Она все ещё была рядом с ними.

«Я не ушла, нет… Вы ещё не отдали мне энергию, на которую я имею полное право…»

Верховная Фурия Бердайн Огдэн из-за занавесей окна внимательно наблюдала за гостем из Ровении и двумя внучками: родной и приёмной, прогуливающимися по центральной улице маленького городка, как раз под окнами её кабинета во дворце.

У Кристы было такое несчастное выражение лица, что королева сразу поняла — хитрая Еля заставляет младшую подругу гулять с ней и Маем в то время, как у той, скорее всего, назначено свидание с женихом, с которым она давно не виделась.

Ровенец, как и всегда, выглядел совершенно невозмутимым и спокойным, Еления тоже, и Бердайн вдруг с удивлением впервые подумала, что эти двое друг друга стоят. Как там говорит иногда её приёмная внучка? Два сапога — пара? Интересное высказывание, но этим двоим в данный момент очень подходило. Два сноба с постными физиономиями, на лицах — скучающее равнодушное выражение, а внутри у обоих, Бердайн с точностью знала это, кипел вулкан эмоций.

Легкий стук в дверь и голос графини Изы Мароу отвлёк королеву от созерцания чинно прогуливающейся троицы и собственных мыслей. Краем глаза она успела ухватить высокую фигуру целителя Анатоля Мароу, с выражением нетерпения на лице издалека махавшему Кристе. Судя по тому, как Еления крепко вцепилась в подругу, махать Анатоль будет ещё долго.

Бердайн усмехнулась: Майстриму Данери будет непросто поговорить с Еленией по душам.

— Не помешаю, ваше величество?

— Входите, графиня Иза, — доброжелательно разрешила Верховная Фурия, поворачиваясь к гостье, начиная беседу о том, что несомненно очень волновало графиню, — о предстоящей свадьбе, — сама же размышляла о недавнем разговоре с младшим из Данери.

«Как и вы» — эта простая фраза после встречи с молодым императором Ровении потом ещё долго мучила королеву фурий.

Совершенно отчётливо она тогда осознала, что мальчишка-император прав. Когда Еления несколько дней находилась между жизнью и смертью, она проклинала и свою магию, и свой королевский статус, которые ничем не могли помочь умирающей девочке.

— Почему вы не исключите Елению из клана фурий и не отправите её куда-нибудь в далекие края за пределы Земли Фурий и даже Ровении, чтобы не привязываться к ней и в будущем не видеть того, как она уйдёт за грань? — задал ровенец вопрос, который пронзил сердце Бердайн словно пуля из пистолета.

Исключить девочку из клана?! Выдворить из собственного королевства, в котором каждый подданный готов жизнь за неё отдать, и где беззащитная иномирянка находится под её постоянной защитой?!

Тогда Бердайн ничего не ответила — ответ был слишком очевиден, а для чего был задан вопрос тоже совершенно понятно.

Она только прищурила глаза, чтобы ровенец не прочитал в них, насколько она задета, а через некоторое время, прожигая Данери взглядом, медленно процедила:

— А вы совсем не такой, каким я вас всегда представляла себе… хм… ваше величество.

— Уверен, что вопросов ко мне больше не осталось, ваше величество, — бесстрастно прозвучало в ответ.

Вот же… засранец!

Фурия с внутренним изумлением осознала, что ей вдруг захотелось трансформироваться и расцарапать гордое холёное лицо ровенца, заставить того сбросить маску невозмутимости и спокойствия.

Но Бердайн, конечно, как и всегда, сдержала себя, иначе какое право она имела бы занимать трон королевы фурий? Выражение лица королевы стало нечитаемым.

— Мои мотивы и чувства теперь вам тоже более чем понятны, — продолжал спокойно говорить гость. — И, да, я тоже представлял вас себе немного другой… До нашего более близкого знакомства и до того, как вы приняли в клан обычного человека.

Верховная смотрела на красивое узкое лицо Изы, делала вид, что внимательно слушает графиню, а перед глазами стояло породистое мужественное лицо Майстрима Данери.

Она помнила, как заиграло тогда её любопытство, осознала, что ей действительно стало интересно узнать представление ровенца о себе. Мальчик — император был далеко не так прост, как она ранее считала, а ещё, похоже, создан из гранитной породы с железными жилами вместо нервов.

О-очень интересный мужской экземпляр. На удивление. Давно она не встречала никого похожего. Очень давно…

Молодой император Ровении напомнил Верховной Фурии кое-кого из далёкой молодости, из того времени, когда Бердайн сама была молодой девчонкой, такой, как Еления и Криста, а тот мужчина добивался её расположения…

— Любопытно. И какой же вы ранее представляли меня?

— Я отвечу, — согласно качнул головой ровенец и твёрдо добавил: — Но и вы ответите мне на такой же вопрос.

— Договорились, — легко согласилась королева. Говорить правду в лицо она всегда любила, а гордому ровенцу скажет её с большим удовольствием.

— Я представлял вас жестокой и ограниченной женщиной, которая слепо поклоняется древним устаревшим традициям, живет, как дикарка, держит клан фурий в железном кулаке с помощью запугиваний и наказаний. К тому же которую не терпит собственная внучка, предпочитающая жить в Ровении.