Чтение онлайн

Глубокий, укоряющий, твёрдый — прощальный взгляд человека, который точно знает, что это их последняя встреча. Иномирянка приняла ситуацию, поняв, что выбора нет, решила бороться за жизнь до конца, но не надеялась выжить. Неожиданно Хранитель мира совершенно отчётливо это понял.

Понимание последнего непривычно повлияло на мужчину, прожившего не одну сотню лет, — ему стало стыдно за то, что происходило здесь и сейчас, за то, что всех этих людей, практически безоружных, отправляли на верную смерть. Они отправляли. Хранители мира.

Не только невиновных иномирянку и её напарника, но и других смертников. Тех, кого долго отбирали Стражи во главе с ним, многие из которых, как выяснилось, оказались в Тюрьме Пустоши либо по недоразумению и наговору, как смертник Демон, либо по роковой ошибке, которую они совершили в той прошлой жизни, и которую никто им не простил и слишком жестоко наказал, не дав шанса на исправление. На искупление.

Осознание происходящего засело в мыслях Хранителя и не давало покоя. И немало раздражало. Ведь Он — Мираль Конели, ровен древнейшего рода Ровении, один из Великих Хранителей мира Арде, обязан разбираться с глобальными проблемами мира, а не думать о судьбе обычных смертников. В конце концов, он лично не виновен, что они здесь оказались.

«А разве ты должен допускать подобные ситуации? Ты?! Ты же Хранитель мира…» — зашевелилась совесть.

Хранитель Конели с нечитаемым выражением на лице вышел из тренировочного зала Стражей, перед уходом бросив многообещающий и проницательный взгляд на хмурого и бледного начальника тюрьмы Сида Умаса.

«Похоже, и Тюрьма Пустоши, и в целом мир, в последние годы живут совсем по другим правилам, чем те, которые много лет назад установили Хранители мира Арде, — мрачно размышлял Хранитель мира. — И по-моему… пора их изменить».

Мираль Конели шёл по коридорам Тюрьмы твёрдым и уверенным шагом. Взгляд иномирянки, застрявший как заноза в памяти, не давал покоя и снова заставлял шевелиться совесть, которая упрямо нашептывала:

«Столько лет эта Тварь совершает беззакония, несёт угрозу миру Арде, а вы никак не найдёте выход?.. Да ищите ли вы его?! Или смирились? Нашли самый простой способ утихомирить чудовище и успокоились — построили Тюрьму, возвели Стену вокруг и кормите тварь регулярно, не одну сотню лет, смертниками… Ещё Стражей обязали делиться энергией… Разве это достойно Хранителей мира? А что вы прочитали в последних отчётах?.. Про план о доставке смертников помнишь?.. Сколько человек от каждого государства ежегодно должно поступать?.. А все ли так виновны, чтобы отдавать их Пустоши для расправы?..»

Мираль Конели тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли, и остановился перед дверью целительской. Именно сюда он и шёл. Без стука зашёл в кабинет целителя Оливара Варниуса.

Бывший принц могущественной империи, а ныне обыкновенный тюремный целитель стоял к нему спиной и смотрел в окно с решётками.

Хранитель много слышал и знал об этом неоднозначном человеке. Информация была самой противоречивой. Частично она вызывала отвращение и возмущение, частично — восхищение и уважение. Когда Хранители мира узнали о преступлениях одержимого учёного, тот уже был наказан правосудием и Хранителями порядка Ровении.

Когда Мираль Конели узнал, что Оливар Варниус — новый целитель Тюрьмы Пустоши, ему не понравилась эта новость. Интуиция подсказывала, что этот человек оказался здесь неспроста, хотя небольшое расследование ни к чему не привело.

Обстоятельства, сложившиеся вокруг добровольного прошения учёного о принятии в целители Тюрьмы Пустоши, были несколько подозрительными, но не настолько, чтобы бить тревогу и предпринимать какие-то превентивные меры.

Оливар Варниус медленно обернулся. Лицом к лицу мужчины встретились впервые.

Хранитель отметил невероятную бледность целителя, уставший вид, запавшие глаза. Внимательно осмотрел худощавую сгорбленную фигуру в тёмно-зелёной форме работника Тюрьмы Пустоши, заметил на обоих запястьях широкие амагические наручники… Конели знал, что этот человек раньше был сильным и опасным магом, но сейчас явно не представлял угрозы. Неожиданно Миралю стало интересно узнать подробности о магии целителя. Решил, что позже он непременно удовлетворит любопытство.

— Кому обязан? — сухо произнес целитель, взгляд которого стал настороженным.

— Мираль Конели, — спокойно представился мужчина и добавил ещё более ровным тоном: — Один из Хранителей нашего мира. Избранный от Ровении.

Некоторое время Оливар Варниус смотрел на него с нечитаемым выражением на лице, пряча эмоции, потом произнес сухо и коротко:

— Ясно. Впечатлён. Полагаю, кто я, вы знаете, и представляться нет нужды.

— Конечно, я слышал о вас, господин Варниус. Даже больше, чем хотелось бы.

Оливар слегка наклонил голову набок, поджал губы, на мгновение в холодных умных глазах учёного мелькнула насмешка, что удивило Хранителя, а потом её вновь сменила усталость и… что-то ещё, необъяснимое и никак не соотносимое с визитом Хранителя, — Мираль отчётливо почувствовал это.

У Конели возникло впечатление, что Оливар Варниус словно раздвоился: один Оливар был здесь и сейчас с Хранителем, холодный и настороженный, а другой глубоко ушёл в себя и о чём-то переживал, не обращая особого внимания на Хранителя мира.

Миралю очень захотелось проникнуть в мысли целителя, узнать о его переживаниях и тайнах, но он сдержал себя. Бывший принц точно почувствует вмешательство, а это ему ни к чему. По крайней мере, не сейчас.

— Я тоже впечатлен, господин целитель. В частности, вашим изобретением — эликсиром бессмертия, — проговорил Хранитель. — Читал отчёт начальника тюрьмы о нём. Все смертники хорошо перенесли изменения с кровью?

— Я ввёл совсем небольшую дозу, так как особенности крови всех заключённых исследовать времени не было, — говорил Варниус неохотно, понимая, что хочет он или нет, а объяснить Хранителю всё обязан. — На начальном этапе все заключённые хорошо перенесли изменения, однако прошло слишком мало времени, чтобы делать какие-либо выводы.

— Я понимаю, — кивнул Мираль Конели. — Хотел уточнить, насколько усилит их способности та доза, которая введена?

— У Рональда Аверина усилит значительно, поскольку первоначально, спасая мальчика от смерти, я ввёл ему небольшую дозу эликсира. Через несколько дней ввёл большую дозу. Остальным смертникам только единожды была введена экспериментальная доза. Она усилит коэффициент их полезного действия на… — Оливар задумался на несколько секунд, — на тридцать процентов.

— Вы говорите о них, как о машинах, — усмехнулся Хранитель.

— Они и станут машинами, — устало отозвался целитель. — Машинами для убийств. Только разумными, с понятиями о чести и достоинстве.

И добавил с циничной усмешкой:

— Конечно, если честь и достоинство до этого присутствовали среди их моральных качеств.

0Император Майстрим Данери возглавлял Малый Совет Ровении, терпеливо выслушивая доклады членов Малого Совета о состоянии дел в империи.