Чтение онлайн

Удар страшной невиданной силы откинул мощное тело от неё как пушинку… Мужская фигура стала растворяться в воздухе, таять, но взгляд Ели успел зацепиться за огромную дыру в широкой груди, в которой, словно маленький смерч, быстро-быстро кружилась тьма.

Еля вскинула испуганные глаза на Мая, а в ответ встретила уже остекленевший взгляд.

Еления проснулась от собственного душераздирающего крика. Дикая тревога холодными щупальцами впилась в сердце и не отпускала. Она соскочила с кровати и на мгновение застыла, боясь вдохнуть, прислушиваясь к себе. Но паника не отпускала, а интуиция вопила, как ненормальная, — с Маем что-то случилось, он в беде!

Не сомневаясь ни секунды, Еля выскочила из дома и помчалась к королеве, в том, в чём спала — в тонкой короткой сорочке, и босиком.

Патруль из фурий проводил полуобнажённую фигурку встревоженными удивлёнными взглядами и последовал вслед за девушкой к дому королевы.

— Бабушка! — разбудила Еля Верховную Фурию, врываясь к той в спальню. — Нужно срочно связаться с Маем по фоннору!

— Сейчас ночь, если ты не заметила, — проворчала сонная Бердайн, в недоумении уставившись на взбудораженную внучку с ненормально горящими глазами. — Тебе кошмар приснился, что ли?

— Бабушка, да, кошмар! И у меня плохое предчувствие! Всё во мне кричит, что Майстрим в опасности и может погибнуть!

Королева окончательно проснулась, повнимательнее вгляделась в бледное лицо Ели, в её безумные глаза, наполненные ужасом. Нахмурившись, Бердайн нашла фоннор и активировала его, настроив на Майстрима Данери.

Впервые за много лет.

Император Ровении не отзывался.

— Связывайся с любым, кто есть во дворце! — прошептала Еля, сжимая пальцы в кулаки, и заметалась по спальне Бердайн, словно раненый зверь.

Никто из близких к императору людей тоже не отзывался на фоннор королевы.

— Диннар! — наконец на лице Верховной отразилось облегчение. — Что-то происходит во дворце императора. Я не могу ни с кем связаться!

— Ночь вообще-то, — со вздохом проворчал глава полиции. — Твоё величество не заметило этого? Все спят, и я тоже сплю. Давай утром свяжешься со мной и поболтаем.

— Дин! Ты спишь, но ты ответил мне! — с нажимом проговорила королева. — Во дворце Майстрима не могут спать все! А если и спят, кто-то должен услышать мой вызов! А я ни с кем не могу связаться! Понимаешь? Ни с начальником охраны, ни с Анатолем, ни с Кристой, ни с Даном! Так не может быть! У тебя же есть свои люди во дворце? Попробуй связаться хоть с кем-нибудь!

— Хорошо, — вздохнул глава полиции. — Выбора, похоже, у меня нет. Да и разбудила ты меня уже.

Через некоторое время фоннор королевы вновь ожил. Мечущаяся из угла в угол Еля замерла и огромными глазами уставилась на побледневшую королеву.

— Я тоже ни с кем не могу связаться, — голос Диннара Роннигуса теперь звенел от напряжения. — Охрана императора на связь не выходит. Такое впечатление, что кто-то глушит фонноры… впрочем… Мне это очень не нравится, я со своими людьми выезжаю во дворец.

— Мы тоже вылетаем, — сообщила встревоженная Бердайн.

— Думаю, не помешает, — согласился генерал Роннигус. — Лети очень быстро, твоё величество, и возьми своих девочек — мало ли что нам предстоит.

— С Мадлен свяжись, — резко бросила Бердайн. — Пусть тоже вылетает из своей дыры. Ей ближе всего лететь.

Еления летела на запредельной скорости, королева Бердайн и её воительницы, к их изумлению, остались далеко позади. Но Еля не могла лететь с ними, она знала, что может передвигаться намного быстрее, а ещё чувствовала, что нужно торопиться, — всё это время сердце билось, как ненормальное, а ощущение надвигающейся беды въелось намертво в каждую клетку.

Границу между землями она пролетела со скоростью звука, наверное, стражи на границе даже не поняли, что произошло. А вот фуриям с королевой пришлось объясняться, что у них за срочный внеплановый визит с таким огромным количеством фурий.

Дворец императора Ровении Еля нашла быстро. Объятый магическим тёмным пламенем, которое окружало его сплошной высокой стеной, уходящей далеко в небо, он издалека сиял как тёмный алмаз.

Магическую стену преодолеть никто не мог, — перед преградой по всему периметру дворцового комплекса столпились военные маги и полицейские.

Что-то в душе Ели, чуждое ей самой, радостно встрепенулось и замерло в предвкушении…

Тёмная магия.

Сильная.

Редкая.

Запрещённая в Ровении.

Страшно ли ей стало?

Еля не думала об этом.

Просто влетела на полной скорости в мерцающую стену, прошив в той дыру, опаляя крылья, зная, что не может терять ни секунды, интуитивно веря, что сможет сделать это, ведь в ней часть Её — древнейшего тёмного создания.

Когда прорвалась сквозь стену, на фурию с разных сторон обрушились резкие звуки — крики, стоны, звуки сражения…

Боль от обожжённых крыльев Еления даже не заметила.

Поняла — нападение на дворец. Покушение на императора и его семью.

К нему привело сердце, которое тянуло в одном единственном направлении. И Еля летела, полностью отдавшись невероятному чувству, которое руководило ею.

Мая нашла в тронном зале. Жнец душ и его Тени окружили молодую бледную простоволосую женщину, державшую на руках испуганного маленького темноволосого мальчика, и отбивались от нескольких десятков лысоголовых.

«Эннийцы! — мелькнула злая мысль. — Да сколько можно?!..»

Разъярённая фурия с острыми необычными крыльями налетела на эннийцев внезапно, сверху, застав тех врасплох. В одной когтистой крепкой руке появился хлыст, тот самый с острыми шипами, который мгновенно обвивался вокруг крепких шей лысоголовых, безжалостно отделяя головы от туловищ. Иногда хлыст сменялся кинжалами, которые всегда попадали в цель.

Фурия налетала остервенело, не давая жертвам шанса увернуться, казалось, она находилась сразу в нескольких местах…

Защитники императрицы и маленького наследника воспряли духом. Коса жнеца и хлыст фурии снова и снова находили новых жертв. Тени сплошной стеной окружили императрицу и мальчика, не подпуская к ним убийц, жертвуя собой, плотно смыкая круг.

Откуда взялся тот маг?..

Его точно не было в зале, когда появилась фурия.

Или он находился под действием артефакта по отвлечению внимания?

Всё длилось доли секунды.

Вот маг поднимает руки, его зрачки сливаются с радужкой, а затем и с белком глаза и светятся мрачным тёмный огнём, тонкие губы уверенно шепчут древние заклинания, а с крючковатых худых пальцев срывается что-то невероятное.