Чтение онлайн

— У Лидочки сегодня счастливый день, — ответил я. — Получит три пятёрки. Вот что значит: внимательно слушала на уроках и выполняла все домашние задания, даже устные.

Волкова фыркнула.

— А это тогда что? — спросила она.

Ткнула пальцем в один из листов.

— Это список домашних заданий, которые нам сегодня зададут, — сказал я. — По всем предметам. Начиная от физики, и заканчивая историей. Если заскучаешь на переменах — заранее приготовь домашку. Чтобы дома не отвлекалась от общения с Барсиком.

Алина недоверчиво качнула головой.

— Ну и где ты всё это раздобыл? — спросила она.

— Где раздобыл — к этому мы ещё вернёмся, — ответил я. — Всему своё время, Волкова.

Увидел, что в классную комнату вошла Наташа Кравцова.

Сказал:

— На счёт три.

— Что на счёт три? — переспросила Алина.

— Раз.

Я отогнул указательный палец.

— Два.

К указательному присоединился средний.

— И три.

Задребезжал звонок к уроку.

— Готово! — сообщил я. — Магия! И никакого обмана.

Волкова легонько стукнула меня по плечу кулаком (чего никогда прежде не делала).

И сказала:

— Шарлатан ты, а не волшебник.

— Присаживайтесь, — сказала учительница физики.

Ученики десятого «А» класса послушно уселись на свои стулья.

Физичка бросила рассеянный взгляд за окно, где ярко светило солнце — началось «бабье лето». Вновь посмотрела на притихших школьников. Печально вздохнула.

— Ну что, десятый «А», — сказала она. — Проверим, как вы усвоили вчерашнюю тему.

Она опустила глаза на классный журнал.

Я толкнул коленом ногу соседки по парте, показал пальцем на фамилию «Сергеева» в своём списке.

— Кто у нас будет первым? — пробормотала физичка.

Приподняла лицо, посмотрела перед собой.

— Сергеева, — сказала она.

Добавила:

— Вставай, Лида. Давно я не слышала твой голос.

Сергеева резво вскочила на ноги, застыла у края парты. Я посмотрел на спину Лидочки… и чуть пониже её спины. Вспомнил, что сегодня будет урок физкультуры.

— Как ты узнал? — едва слышно прошептала Алина.

Волкова обожгла моё лицо подозрительным взглядом и придвинула к себе учебник физики.

— Фаза колебаний — это физическая величина определяющая отклонение колеблющейся величины от положения равновесия в данный момент времени, — сказала Алина. — Обычно, фазу любого колебательного процесса измеряют в градусах. А полный цикл колебания совершается за триста шестьдесят градусов. Независимо от периода колебательного процесса.

Она замолчала.

Учительница физики указала на неё рукой.

— Вот! — сказала физичка. — Коротко и понятно.

Потрясла указательным пальцем.

— Вот так и нужно отвечать! — заявила она. — Чётко и по существу. А не мычать и придумывать отсебятину. В учебнике для вас всё чётко сформулировали. Не нужно ничего придумывать. Тогда и не будет никаких «четвёрок». Ты слышишь меня, Свечин?

— Слышу, — отозвался Лёня.

Физичка победно улыбнулась.

— Молодец, Волкова, — сказала учительница. — Свою «пятёрку» ты честно заработала. Присаживайся.

Она пробежалась взглядом по лицам учеников десятого «А» класса (в том числе и по моему).

Школьники следили за ней, затаив дыхание.

— А теперь все открывают учебники на двадцать четвёртой странице, — сказала физичка.

Десятиклассники шумно выдохнули.

По классу прокатилось шуршание страниц.

— Мы продолжаем изучать тему колебаний…

Сегодня на уроках меня в очередной раз посетило ощущение «неправильности» происходящего. До возвращения в Рудогорск образца тысяча девятьсот восемьдесят первого года я в последний раз посещал школу перед выпускными экзаменами (ЕГЭ) моего младшего сына. Случилось это незадолго до аварии. Вот только тогда — то была совсем другая школа: уже российского образца. И шёл я туда, чтобы задавать вопросы, а не отвечать на чужие. Тогда из моей головы, как мне казалось, уже выветрились не только школьные, но и институтские знания. Да и желание забивать голову ненужной информацией я к тому времени подрастерял. Это желание не вернулось и теперь, вместе с молодым телом. А вот знания, как оказалось, никуда не делись: все те бесчисленные направления физики, которыми меня пичкали в ВУЗе, вспоминались теперь легко и подробно… и не только они.

Первые же слова учителя истории воскресили в моей памяти рассказы, что я уже слышал из уст этого же человека в прошлое пятое сентября. На них тут же наслоилась информация на тему сегодняшнего урока, прочитанная в книгах и в интернет-ресурсах. Я отметил, что в будущем сегодняшнюю тему будут подавать ученикам не в столь радостном тоне, как её преподносил нам историк. Но желания спорить с учителем не испытал. Лишь от скуки всё чаще протирал линзы на очках. В особенности после того, как демонстративно поставил «плюсики» на своих списках — напротив фамилий тех одноклассников, которых (как я и предсказал) сегодня опросил историк. На химии «плюсики» в списке проставляла уже Алина Волкова — с азартом, будто играла в лото. После урока она не поспешила уйти из класса. Придержала за руку и меня. Показала мне список.

— Иван, здесь написано, что на литературе Снежка спросит Громова, — сказала она. — И поставит Васе «двойку».

Я кивнул.

— Спросит. Поставит. Как там и написано.

Класс быстро опустел — уже через две минуты после звонка в нём остались лишь я и Волкова.

Алина огляделась по сторонам.

— Ваня, я понимаю, что ты заглянул в учительские планы…

Она потрясла моими списками, которые не спрятала в сумку.

— …не законным способом. Я тебя не осуждаю за это. Наверное, я бы тоже не удержалась…

— В какие планы? — спросил я.

Алина снова показала мне списки.

— Вот в эти, — заявила она. — Думаю, ты увидел планы учителей на сегодняшний день в кабинете директора. Правда? Вчера, когда… ну, ты помнишь. Я угадала?

Волкова вопросительно вскинула брови.

Я озадаченно поправил очки.

Сказал:

— Интересное предположение. Я о таком объяснении не подумал.

Усмехнулся.

— Считаешь, учителя заранее пишут записки на имя директора: сообщают, кого спросят на своих уроках и какие оценки этим ученикам поставят? — спросил я.

Волкова пожала плечами.

Я стоял около парты — Алина смотрела на меня снизу вверх.

— Откуда мне это знать? — сказала она. — Но где-то же ты эту информацию нашёл.

Я покачал головой.

— Логично.

Волков тряхнула собранными на затылке в хвост волосами.

— Крылов, ты не подумай, — сказала она, — я у тебя ничего не выпытываю. И никому не расскажу вот об этом.

Показала мне бумаги.

— Не знаю, угадал ли ты с оценкой Громова, — сказала Алина. — Пока ты ошибся в своих предположениях только с моей «тройкой». Но мне кажется, что Вася не подготовился к сегодняшнему уроку.