Чтение онлайн

– Как скажите, папенька! – присела я, склонив голову, чтобы не увидел выступивших на глазах слез.

– Вот то-то же! – моя покладистость его слегка успокоила. Но ненадолго… - Эх, такой выгодный брак был… - прорычал он. Схватил попавшуюся под руку шкатулку с курительными трубками, шваркнул об пол. – Нет, ты представляешь, - обратился теперь уже к брату, - он посмел высказаться против войны?! И где?! На дворянском собрании!

– В Канцелярии говорят, - не скрывая сарказма, отозвался тот, бросив на меня неприязненный взгляд, - что император собирается подписать указ о ссылке князя на границу с Ритолией.

– Туда ему и дорога! – удовлетворенно прошипел отец в ответ.
– А ты почему еще здесь! – вспомнив о моем присутствии, вновь окрысился он. – В свою комнату я сказал! В комнату!

Последнее, что я услышала в тот вечер, были два имени: графы Орлов и Илинский, которые отец произнес, пока я закрывала дверь….

– Прости, солнышко, - Георгий вдруг порывисто прижал меня к себе, - но есть вещи, о которых тебе лучше не знать. Совсем.

Он был прав….

Наверное….

– Когда я должна отправиться в Виноградово?
– не желая добавлять мужу проблем, уточнила я, сожалея лишь об одном – повторить прошлую ночь нам, возможно, удастся еще не скоро.

– Неделя, дней десять, - не отпуская меня от себя, прерывистым шепотом произнес он в самое ухо. – Когда будешь готова, отправь вестника, дядя пришлет за тобой Ивана.

– Я сделаю, как ты просишь, - сглотнула я вставший в горле ком.

С каждым новым словом все становилось еще серьезнее. Иван…. Бывший денщик Алексея Степановича, ставший теперь верным слугой.

Невысокий, худощавый, с грубоватым, продубленным ветром и солнцем лицом…. Я однажды видела, как он легко, играючи, жонглировал тремя топорами….

Если Георгий считал, что так будет лучше, я должна была прислушаться к его словам. Не только ради себя, но и... ради нашей дочери!

Первый день без Георгия был самым тяжелым. Мысли…. Мысли…. Мысли….

О муже, об Эндрю…. Как могло оказаться так, что любовь к Андрею в одно мгновение сумела стать светлой памятью, уступив место другому в казавшемся разбитым сердце?!

Или я вновь обманывала себя и виновна в этом чувстве была разлука?!

Или та ночь, когда я отдавала себя с неистовством, которого не ощущала в себе раньше?

Или это просто было чудом, и родившееся дитя соединило тех, кто дал ему жизнь?

Вопросов оказалось много, но лишь малая часть из них находила свои ответы…. Те, чтобы без капли сомнений или тени сожаления.

– Госпожа, - в приоткрытую дверь кабинета заглянула Аннушка - старшая горничная. Когда я подняла голову от расходной книги, мило присела, чтобы тут же вспорхнуть шебутной птичкой.
– Вернулся посыльный от господина Красина.

– Что там? – несколько устало протянула я, только теперь посмотрев на стрелки часов.

Хотя бы стало понятно, откуда это ощущение окаменевшей спины. Я собиралась только наметить, что необходимо сделать до отъезда в Виноградово, а просидела почти до обеда.

– Господин Красин будет ждать вас завтра в одиннадцать, - бросила она быстрый взгляд на две стопки, в которые я раскладывала накопившиеся бумаги. Третья, которую еще предстояло разобрать, была самой большой. – Если вас не устроит это время….

– Отпускай посыльного, - улыбнулась я. – Меня все устраивает.

Когда Аннушка, вновь порадовав меня задиристым книксеном, выскочила в коридор, я поднялась, вышла из-за стола. Подошла к большому окну, выходившему на подъездной двор.

Следы, которые оставила гроза, здесь уже убрали, так что дорожки между рядами идеально подстриженного кустарника были чистыми, ухоженными.

– Эх, папенька, папенька… - невольно вслух произнесла я.

В половине двенадцатого он обычно покидал дом, чтобы перед обедом в Клубе, ставшим модным в последние несколько лет, успеть посетить оружейный завод, которым владел род Красиных.

– Эвелина Федоровна….

Ох уж это сочетание! Маменька всегда отличалась экстравагантностью…. Мое имя исключением не стало.

– Я слушаю вас, магиана, - неторопливо повернулась я.

Алина Горская. Маг-целитель третьей, высшей категории. Довольно высокая, худощавая женщина, которой можно было дать и двадцать пять, и тридцать, и даже сорок, если она позволит увидеть в своих глазах тайны жизни и смерти, которыми владела.

Темные волосы коротко острижены, едва-едва добираясь до шеи. Черты лица правильные, но это если сами по себе. Собираться в единый образ они отказывались, создавая о ней странное впечатление. Правда, только на первых порах. Чем больше мы общались, тем меньше я обращала внимание на внешность, отдавая дань той внутренней силе и уверенности, которые были сутью этой женщины.

– Я хотела просить вас… - она медленно прикрыла за собой дверь.

Я приглашающим жестом указала на кресло, стоявшее с другой стороны стола, но она не двинулась с места.

– Все, что могу, - улыбнувшись, заверила я магиану.

То, что эта женщина сделала для меня….

Надежды на то, что ребеночек перед родами развернется, как нужно, так и остались надеждами. И если бы не она….

– Господин граф поделился перед отъездом, что вы собираетесь в поместье его дяди, графа Горина?

– Да, это так, - я обошла стол, но подходить ближе не стала. Магиана была взволнована, хоть и тщательно сдерживала эмоции, я хотела дать ей время справиться с собой. – Не позже, чем через десять дней.

– Я понимаю, что это не совсем удобно….

Это было не просто волнение! Едва ли не отчаяние!

– Алина Сергеевна, - я без особого труда переступила через внешние приличия, все-таки преодолев те несколько шагов, которые нас разделяли. Из нас двоих старшей сейчас была я…. Или… я просто могла помочь. – Алина Сергеевна, - повторила я, успев заметить, как в ее глазах мелькнуло что-то похожее на облегчение, - если это в моих силах….

Медлить с ответом она не стала:

– Вы не могли бы взять с собой мальчика… - она на миг опустила глаза, чтобы тут же вновь посмотреть на меня. Твердо! Решительно. – Мой сын. Владислав. Ему недавно исполнилось семь.

– Ваш сын?!

Стоило признать, ей удалось меня удивить. Подобная просьба… к практически чужому человеку….

– А его отец? – я не стала дожидаться ответа магианы. Если она посчитала нужным обратиться именно ко мне, значит, в ее глазах я заслуживала доверия.