Чтение онлайн

— Следилки… — выдохнула я. Места, где они стояли, на мгновение вспыхнули, оставив в памяти замысловатый рисунок создавшего их слепка. — Свежие.

И опять не понять, каким из номеров интересовались. Восемь 'звездочек' на разной высоте создавали сложную фигуру, 'ловя' весь коридор.

— Вызвать группу или воспользуемся помощью князя? — Энгин правильно понял суть моего замешательства.

Первый вариант был хорош тем, что добавлял нервозности служащим гостиницы. Этим же самым он был и плох. Тот, кто установил следилки, похоже, уверился в своей безнаказанности, раз рискнул установить новые. Мне не хотелось его спугнуть, лишив этой убежденности.

Со вторым вариантом было еще сложнее — мое понимание участия Северова в расследовании ничего подобного не предусматривало, но он оставлял нам определенный простор для дальнейших действий.

— Воспользуемся помощью князя, — несколько раздраженно буркнула я, тут же, взглядом, попросив у Энгина прощения. Наши с Северовым отношения….

Наши с Северовым отношения в данном случае не имели никакого значения. Он, как и мы, был заинтересован в поиске преступника…. Оставалось только убедить в этом себя.

Не в том, что заинтересован, в том, что эту самую заинтересованность мы понимаем одинаково.

— Я за ним пригляжу, — хмыкнул Энгин, как мне кажется, без труда догадавшись, о чем именно я подумала, и повернул к тридцать четвертому.

В двери мы постучали одновременно. Его — открылась и снова закрылась, раньше.

Представив себе возможное начало их разговора — придворным стилем общения Паррей владел в совершенстве, не без труда избавилась от появившейся на губах улыбки. Обмен любезностями, витиеватые фразы….

Впрочем, все могло оказаться иначе. Главным для нас сейчас оставалось время.

— Чем могу быть полезен? — постоялец из тридцать третьего номера появился не оттуда, откуда я его ждала.

— Анастасия Волконская. Старший следователь Следственного департамента, — повернувшись к мужчине, только что поднявшемуся по лестнице, назвалась я. — Мы ведем расследование убийства, произошедшего два дня тому назад. Если вы позволите….

— Я уважительно отношусь к законам вашей империи, — ровно… как-то даже равнодушно, произнес мужчина. — Саид Эль Карим, — представился он. — Ювелир.

Степняк…. Чтобы описать его больше и не требовалось. Высокий, жилистый, с довольно резкими, грубоватыми, но весьма приятными чертами лица. Жгучие черные волосы, аккуратная бородка, усы…. Руки крепкие, ладони узкие, пальцы длинные….

Про возраст сказать не так-то просто. Сорок. Сорок пять. Пятьдесят….

И ведь не смотрела специально, но хватило одного взгляда, чтобы заметить все. И даже ощутить ту силу… властность, которые от него исходили.

— Вы позволите пригласить вас в номер? — не дав мне навязать свою манеру разговора, поинтересовался Эль Карим. — Или у вас не принято, чтобы женщина осталась наедине с мужчиной?

Вместо ответа отступила, пропуская ювелира к двери.

У нас не было принято, но это был не тот случай.

Он прошел в номер первым, щелчком зажег магические светильники:

— Прошу вас, — пригласил, остановившись на пороге гостиной.

Свет вокруг него был мягким, сглаживая легкую напряженность позы, оттеняя вызов, который прятался в его провокационной улыбке.

Он чем-то был похож на отца. Такой же опасный, всегда готовый к схватке….

— Я должна предупредить, господин Эль Карим, что вы имеете полное право отказаться от разговора со мной, — проходя в комнату, заметила я.

Небольшой холл, три двери. Прямо — гостиная. Налево, насколько я помнила план номера, 'любезно' предоставленный нам господином Руши, спальня. Справа находилась купальня. Вода для нее подавалась и холодная, и горячая.

— Мне нечего скрывать, — с тем же… безразличием, произнес он у меня за спиной.

— Я не об этом, — пройдя дальше, остановилась в центре гостиной.

Убранство этого номера отличалось от того, что я видела в апартаментах. Более приглушенные цвета, отсутствие нарочитой вычурности. И хотя о скромности говорить не приходилось, мебель, ковры, гобелены, шторы, отделка каминной плиты, несколько статуэток, которые были расставлены на специальных подставках, намекали скорее на утонченный вкус, чем на желание произвести впечатление.

— Я не имею права допрашивать вас, мы можем только….

— … поговорить, — не сдвинувшись с места, закончил мужчина за меня. — Но разговор предусматривает равенство тех, кто его ведет, — завел он большие пальцы рук за широкий пояс, затянутый поверх богатого халата.

— Хотите меня о чем-либо спросить? — одарив его той самой, 'наивной' улыбкой, которая не выводила из себя только тех, кто меня хорошо знал, уточнила я. — Если это не относится к делу….

— Ваше лицо кажется мне знакомым, — вновь оборвал он меня.

Защитный браслет, скрытый под рубашкой, дернул кожу холодом и… 'затаился', оставаясь на страже.

— Мне приходилось бывать в степи, — продолжая улыбаться, отозвалась я. — Во дворце принца Орина.

— Вот как? — его 'удивление' больше напоминало попытку оценить, что это ему дает. — Но я не имел чести быть представленным принцу, так что если и видел вас где-то, то точно не в его окружении.

— Мне жаль, — развела я руками, — но тогда я бессильна вам чем-либо помочь. Вы ведь прибыли в Марикард чуть больше семидневья назад? — воспользовалась его примером, не дав вставить свое слово.

— Девять, если быть точным, — он сделал шаг вперед, прислонился плечом к стене, напомнив мне уже не отца, а князя Северова. Та же внешняя невозмутимость и… невозможность предугадать, чего от него ждать дальше.

— Вам приходилось встречаться с погибшей? — уже более сдержанно спросила я.

— За обедом она предпочитала занимать соседний столик, — чуть прищурился он. Взгляд скользнул по моей руке….

Браслет опять напомнил о себе холодком, который вдруг тонкой струйкой стек ниже и… исчез, словно его и не бывало.

Высокоуровневый маг, что, впрочем, и не удивительно. Да и к магии особо не придерешься — всего лишь попытка 'собрать' цельный образ. Если бы не амулет отца, я бы и не заметила….

Амулет отца!

Иногда я забывала, что на угрозу он реагировал не так, как служебный.

— Вы разговаривали? — ничем не выдала я своего 'открытия'. Меня не просто 'изучали' — очень тонко проверяли, насколько защищена от чужого воздействия.

И это мне уже совершенно не нравилось.

— Лишь обменивались приветствиями, — ювелир как-то… по-мужски мягко улыбнулся, вновь едва не сбив меня с толку. — Госпожа Корганова была очень красивой женщиной.