Чтение онлайн

— Так что за дела? — спрашиваю, одеваясь.

— Наконец, пришел груз с Питерской фабрики, — радостно доложила Анюта, — Сигналки и мобилеты… так-то все это хотели в Лучково отдать, но…

— Все правильно. В Лучково пока без сигналок и мобил… летов обождут. Здесь важнее.

— Вот и я так подумала.

— Что еще?

— Еще Комаринский тебя дожидается.

— Он здесь? В особняке?

— А чему ты удивляешься? Сам ему вчера звонил. Вот он приехал.

— Отлично. Комаринский молодец… а людей он привез?

— Там полсотни погранцов во дворе. Их надо как-то разместить.

— Разместим. Особняк у нас большой.

Кое-как умывшись, выхожу в гостиную. Комаринский сидит с чашкой кофе, закинув ногу за ногу. Вид у него бодрый до неприличия.

— Ну привет, брат Кротовский, — радостно встречает меня он, — Опять влез в очередные неприятности… а я предупреждал… не совался бы ты в Кречевск.

— Я тоже рад тебя видеть… кофе есть еще?

— Тут крутился один… с кофейником… ну, рассказывай, во что опять вляпался.

— Пока мне кофе не нальют… а, Фемка, вот ты где… неси сюда кофейник.

Я начал рассказывать. Постепенно за столом собрался весь мой клан, в том числе и Березников. И хотя инженер формально в мой клан не входит, я посчитал, что его тоже нужно вводить в курс дела. Как минимум, он имеет право знать степень опасности. А дело принимает такой оборот, что под удар может попасть кто угодно, в том числе и он.

— Вот такой получается расклад, — резюмирую свой рассказ, — До сих пор англичане только гадили. Теперь пролилась кровь. Джентльмены — люди не робкие. Им есть, за что сражаться. Не сомневаюсь, они пойдут на обострение конфликта. Поэтому… должен предупредить сразу. Принимая решение остаться в Кречевске, каждый должен отдавать себе отчет в существующих рисках…

— Благодарю вас за откровенность, граф, — взял слово Березников, понимая что последняя фраза была адресована в основном ему, — Такой разговор, вероятно, назрел… я мало выхожу из цеха, но и так вижу, к чему ведет конфликт с англичанами. От себя скажу: я знал, на что шел, отправляясь в Кречевск. И, если вы не возражаете, хотел бы продолжить работу в прежнем ключе.

— Хорошо сказано, — похвалил Комаринский.

— И я очень рад, что вы намерены остаться, спасибо, — с благодарностью киваю Березникову, — Может быть, еще кто-то хочет высказаться? Уехать отсюда непостыдно. Осуждать никого не стану. В Лучково у нас тоже много дел…

Высказаться больше никто не пожелал, и разговор за завтраком как-то сам собой перерос в производственно-оборонное совещание. Как раз со второго этажа спустилось казачество, мы начали распределять мобилеты, решив, что связь нужна не только на каждом недвижимом объекте, включая казачью слободку, но и в каждом патруле и в каждом отряде.

Кеша на пару с инженером довольно быстро установили два уровня сигналок: вокруг дома и вокруг калитки, и объяснили казакам с погранцами как их включать/выключать чтобы пропускать своих. Затем Кеша с озабоченным видом засобирался на выход.

— Инокентий, ты куда это намылился? — всевидящий деда заметил его сборы.

— Так в цех надо бежать, — пояснил Кеша, — Мне тут идейка одна пришла. Если все получится, стабилизаторы нам даже не понадобятся.

— Ну ты даешь, — поразился Комаринский, — Только обсуждали, что отныне по одиночке никуда не ходим. Ты же сам кивал… как болванчик.

— Ой… да… извините.

Казаки организовали для похода в цех целый рейд и, я считаю, правильно сделали. Шутки кончились. В цеху, кстати говоря, тоже надо ставить сигналки и выдавать мобилы охране, поэтому туда отправились все мои соклановцы, а заодно и Комаринский. А я, приняв один короткий звонок, остался.

Вышел к задней калитке чтобы встретить Еву, заранее предупредив казачий патруль, что сигналка сейчас сработает.

— Какая честь для меня, — баронесса не удержалась от язвительного замечания, — Кротовский лично встречает у оградки… романтично…

— Мы поставили охранное устройство, — усмехаюсь, — Пройти незамеченной тебе бы на этот раз не удалось. Не хочу, чтоб кто-то пострадал.

— О, заботишься обо мне. Как мило. И правильно, не позволяй грубым мужикам заламывать мне руки. Я нежная и ранимая…

— Вообще-то, говоря что не хочу, чтобы кто-то пострадал, я больше переживал за казаков.

— Фи, Кротовский. Какой ты грубый…

— Перестань дурачиться, Ева… что ты узнала?

— Мог и потерпеть. Торчать в лавке у Крысючихи, я тебе скажу, тоска смертная…

— Ева.

— Ладно, ладно… значит так. Похоже, англичане замышляют очередную грязную пакость.

— А поточнее.

— Точно сказать не могу, но я тебе перечислю некоторые факты. А ты сам сопоставишь.

— Слушаю.

— Факт номер один. Вчера в город прибыли несколько человек. Рожи у них, как у отъявленных негодяев. Им сдали две комнаты за трактиром.

— Это еще ничего не значит, а впрочем… что еще про них узнала?

— Тогда вот тебе факт номер два. Вчера же вечером двое из них встречались в пабе с Чарли Спайдером.

— Хотел бы я узнать, о чем они говорили.

— О чем говорили неизвестно. Но разносчица кое-что услышала уже после разговора.

— И что она услышала?

— Что сам Спайдер назвал этих людей мерзавцами. А еще Спайдер говорил про грязную работу.

— Да, это уже теплее… и как ты все это разузнала?

— Люди любят трепаться… особенно в лавках… теперь слушай факт номер три.

— Я весь внимание.

— В мануфактурные склады пришла большая партия товара. В основном оружие и патроны. А сегодня с утра над складами повесили объявление, что оружие отпускается в рассрочку даже без первого взноса.

— О как. То есть можно взять сейчас, а оплатить потом?

— Выходит, что можно.

— Для полноты картины не хватает какого-то маленького штриха.

— Еще бы. Вот тебе факт номер четыре. Городские нищие…

— В городе есть нищие?

— В каждом городе есть нищие, — поучительно заявила Ева, — Так вот, городские нищие, причем заметь все как один будто по команде, сегодня с утра завели шарманку про дремучих кровожадных казаков, которые чуть ли не воруют детей и женщин. Что мол казаки ненавидят всех просвещенных европейцев и что того гляди начнут грабить и убивать прямо на улицах.

— И что? Просвещенные европейцы верят городским нищим?