Чтение онлайн

Убедившись, что скорость набрана и не сбрасывается, Иванушка обернулся назад и уточнил:

– А куда гнать-то?

– Это ты у меня спрашиваешь, или у него? – волшебник фыркнул и ткнул пальцем в демона.

– Понял, – коротко кивнул лукоморец и еще усердней защелкал кнутом: – Э-ге-гей!.. Пошла!.. Пошла, родимая!..

И родимая пошла – только телега загрохотала по мостовой, как камнепад средней поражающей силы, высекая железными ободьями из гулкого булыжника искры и нарушая и без того не слишком сладкий сон обывателей в окрестных домах.

Когда ломовая лошадь стала задыхаться от непривычного темпа передвижения, Иванушка сбавил скорость и оглянулся. Если не считать их, то кругом все было тихо. Хорошо освещенные, более-менее освещенные, относительно освещенные и даже едва освещенные районы Атлиник-Сити успели кончиться, и теперь ехать приходилось почти в полной тьме, между приземистыми серыми домами из грубо отесанного камня [71] , находя дорогу лишь благодаря нелимитированному лунному свету.

Кажется, погони не было. По крайней мере, за ними она не увязалась.

– Давай, наконец, спросим, где находится "Гибкая Лиана", – предложил Иванушка компаньонам.

– Согласен, – кивнул невидимый в темноте Агафон невидимой в темноте головой. – Остается найти того, кто откроет двум незнакомцам среди ночи и…

– Зачем искать, – улыбнулся Иван, довольный, что в кои-то веки его идея не вызвала отторжения. – Вон кто-то на коне едет, хоть и не в нашу сторону – у него и спросим сейчас.

– Где? – закрутил головой чародей.

– Вон, там! Метрах в сорока справа, мимо открытой двери проехал! Видишь?

И действительно – из открытой двери трактира метрах в сорока от них изливался мутноватыми потоками тусклый свет и волны незатейливой музыки.

Царевич обеспокоено впился взглядом в спину слишком быстро удаляющегося наездника и прищелкнул кнутом, ускоряя ход недовольной кобылы.

Когда всадник вдруг изъявил желание свернуть за угол и пропасть у них из виду, Иван приподнялся, откашлялся и закричал:

– Извините, пожалуйста! Эй, господин!.. Да, на лошади!.. Я говорю, извините за беспокойство, но дело в том, что мы приезжие и немного заблудились! Не могли бы вы нам подсказать, где находится…

Всадник обернулся на голос, поворотил коня и шагом двинулся к ним.

– Благодарим вас, что уделили нам внимание, – вежливо склонил голову Иван.

– Вы приезжие? – переспросил всадник.

– Да, мы тут проездом и заблудились…

– А там у вас чьи ноги торчат? – ткнул он пальцем за спину царевича.

– Это мой друг, он отдыхает.

– Друг? Где? Я имею ввиду, стоящие ноги, до колена.

– Это?.. А-а… Э-э-э… А-а-а… – сразу нашел, что сказать лукоморец.

– А не ноги ли это статуи, похищенной сегодня ночью из сада дворца?

– Но…

Всадник остановился рядом с Иваном и потянул из ножен меч.

– Именем короля вы аресто…

– Кабуча!.. – охнул Агафон и дернул одной рукой царевича за шиворот так, что в воздух взметнулась еще одна пара ног. Другая рука мага в это время рассекла воздух под аккомпанемент неразборчивой скороговорки, и перед носом коня офицера грохнул и брызнул искрами небольшой – размером с ежа – но чрезвычайно яркий и вонючий разноцветный взрыв.

Неизвестно, на какой эффект рассчитывал специалист по волшебным наукам и что подумал офицер, но у офицерского коня на этот счет быстро составилось свое, особое мнение.

Он дико всхрапнул, встал на дыбы, умудрился развернуться почти на месте и бросился бежать очертя голову, оставив оглушенного седока отдыхать и любоваться звездами на мостовой.

Можно было подумать, что враг разгромлен, посрамлен и бежит; далее – цветы, фанфары, фейерверки, овации…

Но не тут то было.

Если лошади не любят чего-то больше, чем взрывы у себя под носом, то это взрывы у себя за спиной.

Флегматичная в другое время и при других обстоятельствах кобыла-тяжеловоз сразу вообразила самое худшее, не стала терять время на пустые разглядывания и выяснения, сразу взяла с места в карьер и, невзирая на протесты возчика и пассажиров, присоединилась к улепетывающему во все лопатки жеребцу.

На остывающей мостовой остались следы пробуксовки подков.

Оглушенный, едва не раздавленный офицер слабо приподнялся на локте и визгливо заорал:

– Стража!!!.. Стража!!!.. Они сбегают!.. По улице Вязов!.. В сторону Репьевки!.. Все за ними!!!.. О-ох-х-х…

Из соседнего переулка раздались проклятия, звон оружия, грохот копыт, и из-за угла выскочили пять всадников с мечами наголо и сетью для поимки преступников наготове.

– Капитан Бамбук?..

– За ними, не теряйте времени!.. Трубите сигнал!.. Они не уйдут!.. – делая неуклюжие попытки подняться, ревел офицер и махал рукой в ту сторону, куда умчались кони.

"Тревога! Тревога! Всем караулам и разъездам! Операция "Перехват"! Преступники обнаружены на улице Вязов! Перекрыть все выезды из города! Останавливать и досматривать все подозрительные телеги! Преступники вооружены!" – выпевала сигналы труба, будоража и поднимая на ноги всех, кто еще не знал, что в городе твориться что-то неладное.

"Вас понял! Присоединяюсь к погоне!" – доносились со всех концов города ответные сигналы, и конные и пешие отряды торопливо разворачивались и неслись на подмогу товарищам по оружию.

А в это время Иванушка пытался справиться с обезумевшей кобылкой, но с таким же успехом он мог попробовать остановить при помощи вожжей и кнута танк. Конь офицера и их лошадь – отставая всего на полкорпуса – несся к незримому финишу, сметая со своего пути всех и вся. Телега подпрыгивала на булыжной мостовой, тряслась и грохотала так, что у пассажиров перехватывало дыхание, стучали зубы, а мозги медленно превращались в крем-брюле.

– К-каб-буч-ча!!!.. – отчаянно выругался волшебник. – Не знаю, чего они рас… рас… раструбились… но мне это не… нрав… вит… ся!.. Надо спеш… шиваться!.. Останови!.. ее!..

– Н-не мо… гу!.. – сквозь стиснутые зубы процедил Иван. – Она словно взбес… силась!..

– Ага, ты это за… заметил? – с неожиданной гордостью произнес Агафон. – Это за… заклинание… отпугивания жив… вотных… "С ума… с… сойти"… Лазаруса!.. Оно у меня получ… получилось… первый раз за три… ой, язык прикусил!.. года!.. Безупреч… чно!.. Идеально!.. Вос… хи… ти… тель… но!.. Правда, здорово?.. Ой!..