Чтение онлайн

— Давити! — озабоченно сказала она. — Надо довести ребятам ситуацию. Выбор они должны сделать сами и сейчас, потом будет поздно. В первом вагоне я сообщу, возьми на себя второй, а?

— Ты, Зита, то поразительно умна, то… — флегматично отозвался Давид. — Командир «Спартака» — ты. Тебе и говорить. Я сеть включу, все услышат.

Она подумала и вынужденно признала, что да, дура. Хотя воспитанный Давид и не сказал вслух.

На командира штурмовых отрядов Виктор не тянул, но на своем месте справлялся на все сто, поэтому, когда Зита вошла в вагон, там уже стоял на входе патруль, а перед патрулем — раздраженный лейтенант сопровождения.

— Извините, господин лейтенант, «Спартак» проводит совещание, посторонние нежелательны, — вежливо сообщила ему Зита. — Если у вас посадочное место в нашем вагоне, вас пропустят через полчаса, подождите. И в любом случае ваши приказы здесь исполняться не будут. Только через меня. По закону «Спартак» идет на фронт отдельным подразделением со своим руководством.

— Доедешь до части — отдам под трибунал за неподчинение! — пообещал белый от злости лейтенант.

— Пока не приняли присягу — вы нам никто, — напомнила Зита. — Когда примем присягу — вы будете выполнять мои приказы как младший по званию.

— Посмотрим, кто будет младшим! — посулил лейтенант и отошел в сторону.

Она удовлетворенно кивнула. Вменяемый, за оружие не схватился, взаимопонимание возможно.

Вагон-казарма оказался плотно забит штурмовиками. «Спартак» поместился в вагон весь, все две сотни бойцов.

Качнулся и поплыл назад знакомый до каждой выщербинки перрон. Пора. Она охватила взглядом штурмовиков, словно притянула и вобрала их спокойные, внимательные взгляды.

— Мы призваны в боевые части, ребята, — сказала она четко. — Там — свое начальство. Которое за неисполнение приказа имеет право отдавать под трибунал и расстреливать на месте. Сейчас каждый из вас должен решить, идет со «Спартаком» — или самостоятельно.

По лицам пробежали волны недоумения. Разом поднялось множество ладоней. Можно гордиться, дисциплину общих советов они с майором Каллистратовым поставили надежно — ни выкрика, ни попытки перебить. Она кивнула одному из штурмовиков. Саша Орлов, «Орел», из закрытого списка кадрового резерва штурмовых отрядов. Регулярный командир боевой пятерки, по самым ответственным заданиям работают именно его ребята. Очень разумный, ответственный парень. То, что скажет он, окажется наверняка мнением большинства штурмовиков.

— По закону мы идем на фронт готовым подразделением, — напомнил штурмовик. — Какой может быть выбор?

Молодец, Саша. Правильно подвел к нужной теме.

— По закону мы вообще не должны идти на фронт. Никому из нас не исполнилось восемнадцати. Мы — вторая очередь народного ополчения, исключительный случай. Нас могли мобилизовать, только если враг стоит под стенами Копейки. Только в этом случае.

Она оглядела штурмовиков. Большинство рук опустилось. Думают, осмысливают информацию.

— Приказ майора Каллистратова на случай чрезвычайной ситуации! — звонко сказала она. — Довести до личного состава «Спартака» следующую информацию: штурмовые отряды являются молодежным крылом политических войск! «Спартак» в первую очередь — солдаты партии! Потому в случае призыва на военную службу решение о принадлежности принимать лично, до принятия присяги! Заявление о выходе из рядов штурмовых отрядов передать по защищенной линии связи до окончания текущих суток!

Она включила гарнитуру и резко понизила голос. Лейтенанту у входа незачем слышать закрытую информацию.

— При решении пусть каждый учитывает, что бойцам политических войск следует опасаться удара в спину. Мы — в политике, а она всегда была очень грязным делом. Есть вероятность, что нас попытаются убить еще до фронта. Штурмовики номерных городов прошли специальную подготовку для ведения боевых действий в условиях Крайнего Севера, и наше место по призыву — в Особом Заполярном военном округе. Но руководство Особого Заполярного — с нами. Итог: мы едем на Южный фронт. Вопреки закону, мобилизационным предписаниям и здравому смыслу. Нас попытаются убить свои. А вне штурмовых отрядов есть шанс послужить родине. Нашим противникам опасна организованная сила, отдельных штурмовиков никто преследовать не станет. Принять решение вы должны до двенадцати ночи. У меня всё. Вопросы?

К ее огромному удивлению, поднялась всего одна рука.

— Там лейтенант прыгает у входа в вагон, — сказал штурмовик. — Он причастен?

Зита усмехнулась. Знал бы лейтенант, что сейчас реально решается вопрос его жизни — наверно, выпрыгнул бы на ходу.

— Вероятно, — сказала она и поставила одним словом над судьбой лейтенанта жирный вопросительный знак.

Штурмовики разошлись по вагонам и уровням, начали кучковаться, чтоб обсудить в дружеском кругу новую информацию.

— Жестокая девушка, — заметил Давид, имея в виду лейтенанта.

Она пожала плечами. Жестокая? А если лейтенант подведет штурмовиков под удар, что тогда? Плакать и каяться, что не предупредила о вероятности предательства? Так плачем ребят не вернешь.

— Значит, поймешь, почему твое место в середине вагона, под защитой штурмовиков, — спокойно заключил Давид. — Я рядом с тобой?

По приказу майора они уже больше года изображали влюбленных, но парень до сих пор спрашивал у нее на все разрешение. Удивительно деликатный товарищ для той работы, о которой она только подозревала.

— А как иначе? — весело бросила она. — Место радиста — в группе управления!

Лейтенант встретил ее кислым взглядом:

— Уже можно, да?

— Пока не знаю, — честно сказала она. — К санинструкторам вас не пустят, бойцы соответствующий приказ получили, не обижайтесь. И здесь «Спартак», а у нас сухой закон.

Лейтенант аккуратно выдохнул в сторону и задумался.

— Поменяйтесь с ребятами из Тройки, — посоветовала она. — У них не так строго. И вам веселей будет с коллегой… и мне спокойней.

Офицер ГБ поправил парадную форму и глянул ясными глазами на официантку.

— Я не пьян, — сообщил он.

Официантка молча собрала со столика пустую тару.

— Не настолько, — пробормотал капитан, — не настолько!

Офицер встал, расчетливо точным движением положил карточку на ридер.

— Не пьян! — повторил он упрямо. Снова поправил форму и вышел из Торгового центра. Оставалось завершить одно дело. Одно последнее дело.

Он нашел их после недолгих поисков. Что хорошо в подкупольнике — молодежные компании держатся своей территории. Даже после чисток штурмовиков держатся. Инстинкты стаи.